Неприязнь ко многим особенностям строгого путинского правления понятна. И все же, маниакально представлять Путина исчадием ада, отказывать Путину в признании крупнейших заслуг, а любые неудачи либо промахи вменять ему в вину – отменная глупость. Глупость – ибо тут углубляется пропасть меж американским и русским взглядами на творящееся в их странах: русские высоко ценят Путина, ибо ценят возрожденные им спокойствие и национальную гордость. Глупость – ибо тут поощряется заблуждение, гласящее: все дурное в России – от Путина; если устранить Путина, русские снова изберут либерала, подобного Ельцину. Глупость – уже по одному тому, что американские руководители выглядят именно глупцами, насмехаясь над будущим России – именно глупцом и выглядел бывший президент США Барак Обама, объявивший: «Россия ничего не производит. Иммигранты не стекаются в Москву, ища себе лучшей жизни. Численность населения снижается».
В действительности же, российское население умножается, начиная с 2010 года, российская рождаемость – одна из наивысших в Европе. Россия занимает третье место в мире по притоку иммигрантов, уступая лишь Америке и Германии. А российская промышленность выпускает ракетные корабли, несущие в космос американских астронавтов. И Обама и бывший государственный секретарь Хиллари Клинтон любили без толку ёрничать по русскому поводу. Оба измывались над Путиным, Клинтон даже сравнивала его с Адольфом Гитлером — сравнение было бы смехотворным, не будь оно столь оскорбительно для русских, потерявших 26 миллионов жизней во Второй Мировой войне. Сравнение было безрассудным, учитывая широкую популярность Путина в России. Но… когда Обаме указали на это, Обама, ничтоже сумняшеся, ответствовал: «За Саддама Хуссейна голосовало 90% населения». И прибавил: «Если распоряжаться всеми СМИ, а гражданские свободы у людей отобрать, а инакомыслящих сажать за решетку – так и случается».
Глубоко ошибочная точка зрения.
Разумеется, путинская Россия далеко не безупречна. И Обама и Клинтон сами успели натерпеться от Москвы. Однако недостойно американского президента, и попросту глупо хулить не только главу зарубежного государства, но и всю его страну, – а ведь именно это и сделал Обама. Его тянуло ответить насмешкой на насмешку – и порыв возобладал над уважением к российскому общественному мнению. Обама лишь укрепил российские СМИ в убеждении, что Америка – земля невежд и наглецов. Казался верхом остроумия выкрик Хиллари Клинтон: Трамп – «марионетка Путина!» Однако особого отклика среди рядовых американцев, голосовавших за Трампа, эти вопли не нашли. Не найдут особого отклика среди рядовых русских и вопли о Путине – исчадии ада.
Эти рядовые русские – забытые люди. Учителя, врачи, механики, чьи сбережения, работа – случалось, даже здоровье! – были уничтожены катастрофой 1990-х. Они были неопытными избирателями – и они увидели свою младенческую демократию купленной и проданной Борисом Ельциным и его приспешниками. Некогда они восторгались Соединенными Штатами, но потом они мечтали о руководителе, способном возродить русскую гордость после десяти лет унижения. При Билле Клинтоне США обращались с Россией, как с побежденным врагом, пользовались ее временной слабостью, чтобы блок НАТО смог расширяться и расползаться. Заверения в том, что такая экспансия была чисто оборонительной, разлетелись в прах, когда блок НАТО разбомбил Сербию, союзницу России, в 1999 году. При Джордже В. Буше США решили запугать Россию, аннулировав Договор об ограничении систем противоракетной обороны, введя карательные тарифы, очертя голову вломившись в Ирак, продолжая расширять НАТО и окружать Россию со всех сторон, заигрывая с Украиной и Грузией.
Оттого-то и не удивительно, что в 2008 году Россия огрызнулась, нанеся ответный сокрушительный удар по Грузии (чьи войска убили несколько десятков российских миротворцев) на спорных землях Южной Осетии. Тогда, число сторонников Путина враз подскочило до 85% — и цифра эта возросла после воссоединения Крыма с Россией в 2014-м.
Как не способствовать демократическому развитию.
С такой-то Россией и привелось иметь дело Обаме в 2009 году: гордой, рассерженной, отнюдь не склонной отвечать взаимностью на ханжеское лицемерие нового правительства США, стремившегося «способствовать демократическому развитию». Русские видели, как Билл Клинтон братался с растленным лихоимцем Ельциным, русские знали цену смехотворным демократическим претензиям новейшего образца. Они скрипели зубами, когда новый вице-президент Дик Чейни порицал российскую демократию, одновременно восхваляя казахскую. Они слышали, как Россию бранят за вмешательство в дела сопредельных стран, – а тем временем НАТО подползает вплотную к российским рубежам, Соединенные Штаты затевают вторжение в Ирак – ради того, чтобы и на тамошних землях «способствовать демократическому развитию», а заодно зажечь пожар войны по всему Ближнему Востоку!
Не удивительно, что российские СМИ все чаще упоминали о «двойных стандартах», бытующих в Америке.
Неразумно, пожалуй, было со стороны правительства Обамы зарываться до подобной степени, «содействуя демократическому развитию», порицая российские выборы, поощряя противников Путина. Это не просто попахивало лицемерием, это грозило опасностью, казалось – и в самой России, и за ее пределами – попытками подрыть и подорвать существующую российскую власть. Поборники демократии вольны были различать между политикой, нацеленной на экспансию НАТО, и политикой, направленной на либерализацию общества в России и прочих бывших советских республиках — вольны были заявлять, будто Обама проводил политику второго, а не первого вида. Но Путин им не верил, и Путина легко понять, учитывая перечень союзников Москвы, соблазненных американцами – так было на земле Сербии, Грузии, Украины, чьи новые режимы США стремятся вовлечь в западные блоки – политические и военные. Еще будучи сенатором, Обама выступал за включение Украины в блок НАТО – и втягивал ее в НАТО все годы своего президентского правления. Хиллари Клинтон также призывала «распахнуть натовские двери» перед Украиной, а потом довела Путина до ярости, затеяв «гуманитарную интервенцию» (вскоре приведшую к смене режима) в Ливии.
Оттого-то ее требование «тщательно расследовать все рассказы о подтасовках и запугивании» в ходе российских выборов 2011 года пришлись отнюдь не ко двору. Обама же, будто намеренно стараясь раздражать русских, в 2012 году отправил к ним послом не кого-нибудь, а Майкла Макфола (Michael McFaul), специалиста по части «содействия развитию демократии», давнего путинского критика.
Ханжеское негодование по поводу суровых мер, принятых Путиным после выборов, не должно застить взора тем, кто размышляет о задачах и об орудиях американской дипломатии. Некоторые делают ставку на российскую либеральную оппозицию, горстку москвичей – это активисты, которые всего усерднее придерживаются американских правил и добродетелей. Многие из них утратили доверие российского большинства: то ли пособничали в свое время ельцинскому режиму, то ли ныне бранят Путина, ставшего предметом общего восхищения, то ли с умным видом поддерживают политику, проводимую США – например, экспансию НАТО, — даже если та идет вразрез российским интересам. Короче сказать, они выглядят кем угодно, только не патриотами. Они серьезны, красноречивы, они достойны всяческого восхищения. Однако даже не заклейми их Путин – даже не будь они опорочены своими действиями в 1990-х, — они воплощают собой либерально-космополитические понятия, чуждые большинству русских, настроенных консервативно либо националистически. Пускай именно это и делает их привлекательными для Запада – но именно это и делает их непригодными орудиями для содействия демократическому развитию.
Возьмите пресловутый Pussy Riot («Бабий бунт»), российскую феминистическую панк-рок-группу. Несколько ее участниц были осуждены в 2012 году за хулиганство в московском Храме Христа Спасителя – кощунственное высмеивание Путина, а заодно и всей Русской Православной Церкви, всех русских верующих. И американские активисты, и государственные чиновники США одобрили это хулиганство и требовали освободить виновниц. Однако простейшее чувство приличия — равно как и должное уважение к чужим обычаям и понятиям, — подсказало бы: приветствовать кощунство «бунтующих девчонок», звать их «поборницами свободы слова» значило плевать России в лицо.
Это значило также действовать опрометчиво – если, разумеется, США и впрямь желают привлечь на свою сторону побольше русских, из коих примерно 70% являются или считают себя православными. Россия – консервативное общество, сплошь и рядом рассматривающее годы ельцинского правления как золотой век разврата и порнографии. Опросы показали: всего лишь семь процентов русских считают политический протест, проводящийся в церкви, допустимым, и всего лишь пять процентов опрошенных полагают, будто «бунтующих девчонок» следует отпустить на свободу более-менее безнаказанно.
Право слово, чувства, испытываемые большинством рядовых русских людей, заслуживают не меньшего уважения, чем чувства горсточки деятелей, зовущих себя либеральными космополитами. И циничное западное заступничество за хулиганок навряд ли уменьшит исконную русскую неприязнь по отношению к однополой любви. Напротив: похоже, что истерические вопли, поднятые Западом в защиту Pussy Riot, лишь укрепили всенародную поддержку пресловутого закона, воспрещающего пропаганду «нетрадиционных сексуальных отношений», принятого в 2013 году.
Русские усматривают «двойные стандарты» в суждениях США об их стране. Соединенные Штаты становятся в позу обвинителей, порицая Россию за вещи, которые в иных государствах остались бы незамеченными. Например, «Вашингтон Пост» (Washington Post) зорким оком следит за российской политикой, направленной против гомосексуалистов, бисексуалов и лиц, изменивших свой пол хирургическим путем – однако закрывает глаза на точно такую же политику, проводимую Литвой, Грузией и Украиной, – а ежели поневоле доводится уделять внимание и политике, принятой в перечисленных странах, «Вашингтон Пост» со вздохом намекает: здесь виновата Россия, заражающая соседей неприязнью к однополым любовным связям. С 2014 года западные СМИ кричат о натиске московской пропаганды, однако наглую и продажную пропаганду, осуществляемую печатью таких государств, как Азербайджан, Казахстан и Украина, старательно обходят вниманием. А там ведь происходит не обыкновенное лоббирование общественных связей, там вкладываются деньги в якобы независимую исследовательскую работу, посвящаемую отдельно взятой стране. Да вот беда: сама же отдельно взятая страна и платит «независимым» исследователям — платит им за бодрые отчеты о подтасованных выборах и за оценки, раздаваемые такими организациями, как Парламентская Ассамблея Совета Европы.
Американцам редко и глухо говорят о подобных вещах, – а вот громкие выкрики о «происках Москвы» звучат почти истерически. Недавний отчет американской разведки о русском вмешательстве в президентские выборы 2016 года извещает: «Кремль затеял кампанию, нацеленную на подрыв доверия к правительству США и разжигание политического протеста». Одним из главных виновников зовут канал новостей RT (привлекающий ничтожную долю от общего числа американских зрителей): он, дескать, «предупреждает об опасности, сопряженной с нефтедобычей, которую осуществляют посредством гидравлического разрыва пластов. Также уделяется повышенное внимание экологическим вопросам». Он, дескать, «показывает документальный фильм о движении “Захвати Уолл-стрит” (Occupy Wall Street movement), зовущем политическую систему США продажной».
А ведь, в отличие от многих американских и европейских государственных и общественных деятелей, одобрявших и поддерживавших захват Майдана в 2014-м году, русские дипломаты весьма тщательно избегали каких-либо отношений с движением «Захвати Уолл-стрит» и воздерживались от любых высказываний по этому поводу.
По материалам газеты Foreign Affairs
