В ходе президентских выборов в марте 2012 года обман повторился. Путин вновь получил большинство, причём для президентства ему хватило одного тура голосования. На этот раз большая часть подтасовок на выборах была электронной. Путин дополнительно получил десятки миллионов «киберголосов». В некоторых регионах у Путина вышли столь красивые круглые цифры поддержки, что это позволило предположить буквальное исполнение местными чиновниками установок на требуемые результаты. В Чечне Путину было отдано 99,8% голосов. Вероятно, этот показатель отражает полный контроль над республикой, который установил союзник Путина Рамзан Кадыров. Аналогичные показатели Путин получил в психиатрических больницах и в других местах, которыми управляет государство. В Новосибирске протестующие жаловались, что общее количество подсчитанных голосов составило 146% населения. Независимые российские и международные наблюдатели вновь отметили нарушения. И опять же,  результаты одобрили дружественные режиму иностранцы с радикально правой политической ориентацией.

5 марта 2012 года в Москве около 25 тысяч российских граждан вышли на протест против фальсифицированных президентских выборов. Сам Путин в эти месяцы, с декабря 2011 года по март 2012 года, мог выбирать, как относиться к протестам. Он мог бы прислушался к критике парламентских выборов. Он мог бы согласиться с реальными результатами президентского голосования и выиграть во втором туре голосования, а не в первом. Победа в первом туре была не более, чем вопросом гордости. Он мог бы понять страхи многих из протестующих, которых волновало верховенство закона и принципы правопреемственности. Вместо этого он, кажется, воспринял протесты как личное оскорбление.

Путин предпочел сохранить иллюзию победы в первом туре. Для него она оказалась более важной, чем закон, а его собственное чувство обиды более важным, чем убеждения его сограждан. Как-то раз Путин случайно признал, что мошенничество было. Медведев как-то обронил, что все выборы России были подделаны. Путин игнорировал выбор граждан, но требовал участия населения в выборах. Он не признавал принцип «один человек, один голос», но ожидал, что люди будут принимать участие в будущих ритуалах поддержки. Власть сформулировала свою позицию: «выигрывает тот, кто подделывает победы».

Если в 2000 году Путин занял президентский кабинет как загадочный герой из художественной книги, то в 2012 году он вернулся, как мстительный разрушитель верховенства закона. Путин принял решение украсть выборы, что поместило российскую государственность в подвешенное положение. Вступление Путина в должность президента в 2012 году стало началом кризиса преемственности. Поскольку человек, который взял в руки власть, уничтожил будущее, он должен был сделать настоящее вечным. В 1999 и 2000 годах Кремль использовал чеченцев в качестве необходимого врага. Чечня потерпела поражение, а её деспот Кадыров стал важной частью путинского режима.

После надлома 2011-2012 годов внутренняя политическая чрезвычайная ситуация стала хроническим явлением. Это сделало необходимым наличие врага. Нужно было изыскать некоего могущественного иностранного неприятеля, который должен был быть связан с протестующими. Это позволяло не Путина, а их самих изобразить как опасность для российской государственности. Необходимо было разорвать связь между действиями бунтовщиков и реальными внутренними проблемами страны, которые создал Путин. Вместо этого, их нужно было привязать к фальшивой иностранной угрозе российскому суверенитету. Политика вечности нуждается в вымышленных, а потому неразрешимых проблемах. Для России в 2012 году такой вымышленной проблемой стал проект Европейского Союза и США по уничтожению России.

Загнивающий Запад, постоянный враг Леонида Брежнева, вернулся. На этот раз декаданс Запада был более откровенно сексуальным. Любимый философ Путина Иван Ильин называл оппозицию своим взглядам «сексуальным извращением», под которым он подразумевал гомосексуализм. Столетие спустя Кремль так же отреагировал на демократическую оппозицию. Те, кто на выборах 2011 и 2012 годов желал честного подсчёта голосов, уже не были гражданами России, которые хотели соблюдения законов. Они были бездумным орудием глобального сексуального декаданса, чьи действия угрожали невиновному национальному организму.

На следующий день после первого протеста в Москве 6 декабря 2011 года тогдашний президент Российской Федерации Дмитрий Медведев ретвитнул сообщение о том, что лидером протеста была «глупая овца-сосалка». Собирающийся вернуться в президентское кресло премьер-министр Путин сказал по российскому телевидению, что белые ленты, которые носили протестующие, напомнили ему о презервативах. Затем он сравнил демонстрантов с обезьянами и сделал несколько ужимок. Во время визита в Германию Путин сказал удивленной Ангеле Меркель, что российская оппозиция «сексуально деформирована». Министр иностранных дел России Сергей Лавров начал утверждать, что российскому правительству пришлось выступать против гомосексуализма, чтобы защитить целомудрие российского общества.

Доверенное лицо Путина Владимир Якунин разработал образ овцы в теории геополитики. По мнению Якунина, опубликованному в длинной статье в ноябре 2012 года, Россия вечно сталкивалась со скрытной группировкой врагов, которая на протяжении веков задавала ход мировой истории. Эта тайная ложа развернула по всему миру гомосексуальную пропаганду, чтобы снизить уровень рождаемости в России и тем самым сохранить власть Запада. Мировые хозяева капитализма осознанно продвигали политику защиты прав геев. Она должна была превратить россиян в «стадо», которым можно было бы легко манипулировать.

В сентябре 2013 года российский дипломат повторил этот аргумент на конференции по правам человека в Китае. Права геев были ничем иным, как оружием глобального неолиберального заговора, предназначенным для подрыва изнутри добродетельных традиционных обществ, вроде России и Китая. Несколько дней спустя, на своем собственном глобальном саммите в Валдае, президент Путин шагнул ещё дальше и сравнил однополые отношения с сатанизмом. Он увязал права геев с западной моделью, которая «открывает прямой путь к деградации и примитивизму, что приводит к глубокому демографическому и моральному кризису». Российский парламент к тому времени принял закон «с целью защиты детей от информации, пропагандирующей отрицание традиционных семейных ценностей».

Человеческая сексуальность это неисчерпаемый ресурс для раздувания истерики. Попытка разместить гетеросексуальность внутри России и гомосексуализм за пределами с точки зрения фактов смехотворна, но на факты никто не и смотрел. Цель антигейской кампании заключалась в том, чтобы превратить требования демократии в туманную угрозу русской невинности и выстроить смысловую цепочку «голосование = Запад = содомия». Россия должна была быть невинной, а ответственность за все проблемы должны были нести другие.

Кампания даже не опиралась на фактическую демонстрацию гетеросексуальности российской элиты. Главный пропагандист Путина Владислав Сурков представлял его в образе с мехом и перьями в серии фотоснимков. Путин и Медведев фотографировались белых футболках после матча в бадминтон. Это должно представить их в качестве мужественных друзей, но выглядело неубедительно. Сразу же после начала кампании против геев Путин развелся со своей женой, что оставило защитника семейных ценностей без традиционной семьи. В 2017 году за изображение Путина в образе клоуна-гея была вменена уголовная ответственность. Одна наблюдательная исследовательница подытожила своё восприятие: «Путин целует только детей и животных».

Тимоти Снайдер

Перевод Евгения Селякова

Часть 1.

Часть 2.

Часть 4.

6,329 просмотров всего, 6 просмотров сегодня

Print Friendly, PDF & Email