В глазах одних американцев Трамп консерватор, для других популист, для третьих он сильный президент, а для четвертых – клоун. С его оценкой в Китае происходит то же самое. Если официальный Пекин радуется дискредитации Трампа на мировой арене, то многие китайцы с искренним восхищением смотрят на президента США. В последние месяцы я слышал немало такого рода восторженных суждений от китайских поклонников Трампа. И это были люди самого разного толка: журналист, провинциальный нео-маоист, ученый, высокооплачиваемый программист. Пенсионер, облаченный в традиционную пижаму, однажды обратился ко мне на улице, чтобы сообщить, что каждую ночь молится на портрет Трампа, висящий у него на стене, вместе с изображениями Линкольна, Франклина Д. Рузвельта и Эйнштейна.
Особое место в среде китайских трампистов занимают те, кто мнит себя «экспертом» в американской политике. Возьмите онлайн-платформу Zhihu – форум, на котором тема «Дональд Дж. Трамп» собрала порядка 75 000 подписчиков. Как следует из опросов, многие пользователи Pro-Trump Zhihu учились в США. Опрос не был массовым, но мои наблюдения его подтверждают. Мои собеседники, выпускники американских университетов, утверждали, что в лагере трампистов они оказались из-за устойчивого неприятия западного либерализма, выработанного в период их проживания в США. Как и многие американские сторонники Трампа, они высоко оценили его желание тролить благоглупость американских левых образованцев.
Пользователи Zhihu энергично ведут дискуссии на темы, идеально вписывающиеся в любую американскую правую платформу. Китайские форумы пестрят символами альт-правого движения и карикатурами на либералов, сопровождаемыми подписями вроде «Все, что мне не нравится, должно быть запрещено. Все, что мне нравится, – это права человека, и они должны оплачиваться за счет других».
Презрение к современным стандартам американской политкорректности – постоянная фиксация на темах нелегальной иммиграции, исламистского терроризма и однополых отношений Хиллари Клинтон – любимые темы китайских «американистов». Один из моих собеседников из числа пользователей Zhihu объяснял свою поддержку Трампа не тем, что тот вызывает у него симпатию, а неприятием современного стиля Демократической партии, напоминающего, по его мнению, эпоху культурной революции.
Янь Гу утверждает, что значительная часть китайского «ответа Обаме» в китайских соцсетях была откровенно расистской.
Западные экспаты, оказавшись в Китае, к своему удивлению узнают, что в обществе, столь жестко контролирующем публичные высказывания и пресекающем самостоятельность мнений по социально значимым вопросам или трактовкам наследия Мао, народ столь откровенен в частных беседах, и может быть невероятно бестактным и прямолинейным в быту. Для китайского общества в порядке вещей насмешки над внешностью, инвалидностью, здесь не считается моветоном превознесение, или наоборот, унижение этнических групп, народов и рас. Все то, что уважающий себя западный человек не станет делать в силу воспитания, здесь является нормой.
Янь Гу – профессор университета Джорджа Вашингтона, специализирующаяся на изучении авторитаризма и исследовавшая феномен китайского сетевого трампизма, считает, что эта особенность китайского общества делает атаки Трампа на политическую корректность и неолиберальную риторику крайне привлекательными в КНР. Янь Гу утверждает, что значительная часть китайского «ответа Обаме» в китайских соцсетях была откровенно расистской. Напомним также консерватизм китайского общества в вопросах в частности ЛГБТ – здесь до сих пор применяется электрошоковая терапия как «лекарство от гомосексуализма».
Янь также отмечает, что националистическая риторика Трампа и стиль альфа-самца великолепно ложатся на китайскую культурную матрицу. Здесь, как объединителя нации, почитают императора Циня Ши хуанди, сжигавшнго книги и казнившего ученых. Мао, мнивший себя новым Ши хуанди, подавлял всякое инакомыслие и науськивавал озверевшие толпы на интеллектуалов, учителей и писателей. Си Цзиньпин, несмотря на свою внешнюю респектабельность, декларирует самую жесткую партийную линию, а его кампании по ограничению иностранного влияния и борьба за лидерство китайских корпораций в будущем мире, по сути, продолжает базироваться на постулатах Мао Цзэдуна.
«Предлагаемое Китаем «национальное омоложение» и «Сделать Америку снова великой» схожи, как две капли воды»
Эта ультронационалистическая левизна отчасти объясняет природу трампистских настроений, при всей внешней абсурдности мировоззренческого сближения китайского общества с миллиардером и империалистом. Популистская риторика Трампа и его проклятия в адрес мировых элит располагают ностальгистов о Мао, таких как блогер Чжан Хунлианг, известный под ником «Командир красного танка». В одной из своих публикаций в социальной сети Вейбо он на полном серьезе писал: «В истории человечества только два человека возглавили восстания масс против общественного истеблишмента: Мао Цзэдун и Дональд Трамп».
Один из моих китайских знакомых – ученый с либеральными взглядами на политику, в доверительной беседе признался в природе собственной нелюбви к Трампу – он слишком уж смахивает на Си. «Предлагаемое Китаем «национальное омоложение» и «Сделать Америку снова великой» схожи, как две капли воды», – сказал он. Лозунг Си, лежащий в основе его китайской мечты, фактически родил слоган Трампа. Официально его переводят как «Великое возрождение китайской нации», однако его с таким же успехом можно перевести как «Сделать Китай снова великим».
Как бы ни были сильны внешние различия Трампа и Си, они идеологически близки друг другу. Вероятно, именно в этом кроется причина того, что вопреки межгосударственным противоречиям, лидеры с таким теплом отзываются друг о друге, и излучают взаимную симпатию при каждой встрече. Так было и прошлой весной во Флориде во время визита Си в США, и на саммите в Пекине. Они в равной степени являются реваншистскими лидерами, одинаково осуждают продажную мировую элиту, из которой возникли, и заявляют о миссии спасения государств от якобы надвигающейся катастрофы.
«Республиканская партия Трампа», – считает мой собеседник, – «должна изменить свое название на «коммунистическая».
Бенджамин Карлсон «The Atlantic»
Перевод Юлии Малькиной
