Проведенное Корейской Народно-Демократической Республикой испытание ядерного оружия стало темой номер один в утренних выпусках новостей по всему миру.

Во-первых, специалисты попытались, насколько возможно, подтвердить или опровергнуть сообщение Пхеньяна об испытании именно водородной бомбы. Дело в том, что полтора года назад, в январе 2016, сообщения о таком испытании уже появлялись, однако не получили подтверждения со стороны зарубежных экспертов.

В данном случае, однако, китайские сейсмологи зафиксировали два землетрясения: одно в 6 баллов по шкале Рихтера, другое магнитудой в 4,6 балла. Это соответствует характеристикам мощного ядерного взрыва.

Вместе с тем, самолеты японских ВВС не зафиксировали пока увеличения стандартного радиационного фона в пределах досягаемости их приборов. Не обнаружили повышенной радиации и китайские самолеты, однако это может лишь успокоить соседние страны относительно непосредственных последствий взрыва — КНДР ведь сразу заявила, что испытание не вызовет негативных последствий для окружающей среды. Сохранение обычного радиационного фона после подземного испытания является нормальным и свидетельствует лишь о надежности сооружений для проведения таких испытаний.

МИД КНР одним из первых осудил испытание Пхеньяном термоядерного оружия и заявил протест в связи с игнорированием мнения ООН, которая неоднократно и однозначно выступила против создания КНДР собственного ракетно-ядерного оружия. В документе подчеркивается, что Пхеньян должен придерживаться соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН, прекратить предпринимать шаги, в результате которых проблема урегулирования на Корейском полуострове оказалась в замкнутом порочном круге. «Такие ошибочные действия не на пользу КНДР. Необходимо вернуться к диалогу по мирному урегулированию, — отмечается в заявлении. — Китай же намерен твердо придерживаться всех резолюций СБ ООН, учитывая мнение мировой общественности».

Южнокорейский президент Мун Чжэ Ин пообещал «совместно с международным сообществом принять максимально возможные контрмеры», хотя ему самому, похоже, пока не совсем понятно, в чем эти меры могут состоять. Пока что обсуждаются, насколько смогли выяснить настойчивые журналисты, два пути «контрмер»: дальнейшее ужесточение санкций против КНДР и ввоз в Южную Корею американского тактического ядерного оружия, против чего сам Мун выступал буквально на днях, когда это предложение было внесено в парламенте оппозицией.

Вместе с тем некоторые из наиболее откровенных зарубежных политологов признают, что наличие у КНДР такого оружия способно, пожалуй, склонить Вашингтон к прямым переговорам, от которых тот упорно уклоняется уже много лет. А на самих переговорах наличие МБР с термоядерными боеголовками, вполне вероятно, усилит позиции Пхеньяна, который добивается от Вашингтона только одного: прочных гарантий безопасности КНДР и невмешательства в ее внутренние дела. Что касается будущего двух частей Кореи, то корейские стороны могли бы со временем решить этот вопрос обоюдными усилиями, без подсказок и диктата извне.

Print Friendly, PDF & Email