Бруно Крайский, президент Австрии в 1970-1983 гг., называл Карла Реннера «политиком, мечущимся, как тростинка на ветру». Это вежливая метафора со стороны Крайского, но она далеко не точна и совсем не исчерпывающа.

Этому человеку пришлось пережить величайшие катастрофы его времени и добиться личной политической победы. Изменения политической линии Реннера и социал-демократов Австрии носят чудовищный характер. За неполные 9 лет, с 1938-го по 1947-й, они прошли путь от восхищения аншлюсом до нейтралитета своей страны.

Еще за полгода до прихода к власти Гитлера австрийские социал-демократы живут иллюзиями.

31.7.1932-го социал-демократическая газета «Arbeiter Zeitung» писала: «мы знаем, что осуществления наших исторических целей и освобождения рабочего класса от ига капитализма можем добиться не в маленькой жалкой Австрии, расположенной в самой середине между фашистскими Германией, Италией и Венгрией. Социализм может возникнуть только в крупной общности, имеющей больше самостоятельности благодаря численности населения, экономической мощи и территориальной протяженности. На нашей земле социализм может возникнуть только когда наша страна станет частью свободной Германии».

2.1933-го, через месяц после того, как Гитлер стал канцлером Германии, та же «Arbeiter Zeitung» упорствовала: «мы не намерены противопоставлять великой общности судьбы и культуры германского народа отечественную разновидность некого австрийского человека. Мы считаем немецко-австрийское племя такой же частью германской нации, как баварцы и швабы, как саксонцы и франки. Мы чувствуем себя неразрывно связанным с великим немецким рабочим классом. Поэтому и в дни наихудшего унижения немецкого народа нашей целью остается аншлюс к свободной Германии завтрашнего дня».

Реннер, как лидер австрийских социал-демократов, одобряет аншлюс Австрии с Германией Гитлера: «как социал-демократ и сторонник права наций на самоопределение, как первый канцлер Немецко-Австрийской республики и как бывший глава австрийской делегации в Сен-Жермене я говорю аншлюсу «да».

Реннер приветствовал и Мюнхенские соглашения 1938 года: «мне, как демократу, больно подчиняться диктатуре, как свободному социалисту — военному режиму, но нации существуют на протяжении столетий, а партии приходят и уходят».

Время нацистской Австрии Карл Реннер проводит в городке Глоггниц. В австрийской «Википедии» сказано, что он находился под домашним арестом, но нацисты не очень его ограничивали. 3.04.1945-года Ренер и установил здесь контакт с представителями Красной Армии.

Это детективная история. Сергей Матвеевич Штеменко, начальник Генерального штаба Советской Армии в 1948-1952 гг., рассказал ее в книге «Генеральный штаб во время войны», которая появилась в печати только в 1968-м. К тому времени Реннер в могиле уже 18 лет, Сталин – 15-ть, что позволяет оценить рассказ Штеменко, как правдивый.

Его суть: в начале апреля 1945-го Сталин на совещании с высшими военными руководителями Красной Армии задал вопрос, «а где сейчас находится тот самый социал-демократ Карл Реннер, который был учеником Каутского? Он много лет подвизался в руководстве австрийской социал-демократии и, кажется, был главой последнего парламента Австрии?». Штеменко цитирует Сталина: «нельзя пренебрегать влиятельными силами, стоящими на антифашистских позициях. Наверное, гитлеровская диктатура научила кое-чему и социал-демократов…»

Военные стали выяснять судьбу Реннера по своим каналам. Штеменко говорит, что 4.04.1945-го Сталину доложили о встрече с ним, а также о предложении Реннера «сформировать временное правительство Австрии». Штеменко пишет, что Сталин продиктовал ему телеграмму Ставки Военному совету 3-го Украинского фронта, где говорилось: «Карлу Реннеру оказать доверие; сообщить ему, что ради восстановления демократического режима в Австрии командование советских войск окажет ему поддержку; объяснить Реннеру, что советские войска вступили в пределы Австрии не для захвата ее территории, а для изгнания фашистских оккупантов».

В последние годы появились публикации, в которых цитируется свидетельство генерал-майора авиации В.А. Тюхтяева, в 1945-м служившего в штабе 4-й гвардейской армии. Тюхтяев называет две фамилии — «Шепилов» и «работник политотдела Торчевский Яков Львович».

Факт телеграммы Сталина Реннеру на сегодняшний день — подтвержден. В настоящее время в России опубликована переписка Сталина и Реннера, хранящаяся в личном фонде Сталина Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ). Это шесть писем австрийского политика Сталину и два ответных послания. Реннер обращается к Сталину по различным вопросам: снабжения продовольствием, проведению выборов, международному положению Австрии.

Нельзя не обратить внимания на тон писем Реннера. Он льстит Сталину: «простите, что я в своем обращении к выдающейся личности и величайшему государственному мужу нашего времени называю Вас товарищем – словом, напоминающим общие корни мировоззрения, которое сближает меня с Вами». В другом послании Реннер заверяет Сталина: «австрийские социал-демократы по-братски договорятся с коммунистической партией и будут совместно работать на равных правах при воссоздании республики. Что будущее страны принадлежит социализму – бесспорно и не требует особого подчеркивания».

Еще раз представим себе ситуацию Реннера. Ему в 1945-м – уже 75 лет. Человек одобрял аншлюс. Пережил войну.

В настоящее время в России опубликовано издание «Советская политика в Австрии. 1945-1955 гг. Сборник документов». Хотя нет никаких оснований считать, что это все реально существующие документы по советско-австрийским отношениям, но и по рассекреченным материалам можно достаточно полно проанализировать, как Реннер переиграл СССР.

А он переиграл СССР. Да, решение вернуться в политику в 75 лет требует и политической воли, и жажды власти. Конечно, всю войну Реннер размышлял и планировал, как станет действовать в случае прихода в Австрию Красной Армии, а затем и реализовал свой план. Изучив его действия, я не сомневаюсь, что у Реннера был отдельный план и для ситуации, если Австрию оккупируют только союзники СССР.

Реннер выходил на Сталина сознательно. Он получил ту реакцию, на которую рассчитывал. Ее возможно было просчитать. Ведь Сталин знаком с работами Реннера со времен молодости. Возможность контролировать и даже поквитаться со старым идеологическим оппонентом наверняка увлекала Сталина. Слова Реннера «об общих корнях мировоззрения, которое сближает меня с вами» были правдой, которую Сталин мог оценить. Плюс слова Реннера о том, что будущее Австрии «принадлежит социализму – бесспорно и не требует особого подчеркивания» — явный поцелуй советского вождя.

Мог ли руководитель СССР рассчитывать, что, говоря о бесспорности социалистического будущего Австрии, Реннер демонстрирует ему лояльность? Да, конечно. Ибо Реннер не просто «прогибался». В определенный момент он даже предлагал себя Сталину как заложника.

В документе, озаглавленном как «Докладная записка и.о.политсоветника при командующем 3-м Украинским фронтом Коптелова к вопросу об образовании Временного правительства Австрии» от 19.04.1945-го автор сообщает, что «в порядке просьбы к советскому командованию Реннер выдвинул вопрос об образовании из числа военнопленных австрийцев в СССР особой гвардии, состоящей из социал-демократов, коммунистов, католиков. Эта гвардия должна быть обучена в Советском Союзе, вооружена и прислана в Австрию для несения охраны как правительственных учреждений в Вене, так и общественного порядка».

Искушенный политик Реннер понимал, что «особая гвардия», которую он просит для «несения охраны», неизбежно будет состоять из австрийцев-сотрудников НКВД или работающих под контролем НКВД. Она может в любое мгновение превратиться из охраны в конвой или расстрельную команду.

Реннер начинает вести сложную двойную игру со Сталиным, которую в СССР разгадали не сразу. Это объяснимо. Во-первых, у Сталина было чем в 1945-м заниматься, кроме Реннера. Во-вторых, в Австрии стояли советские войска, т.е. в целом ситуация у Сталина была под контролем. В-третьих, Сталин, контролируя Реннера или думая, что он его контролирует, и в 1945-м стремился к передаче власти в Австрии местным коммунистам, что для советского вождя было логично.

Реннер это просчитал. 27.04.1945-го Декларацией о независимости Австрии провозглашена Вторая республика. Она должна была руководствоваться «духом Конституции 1920 г.», аншлюс объявлялся недействительным и ничтожным. Реннер формирует временное правительство, в котором было 10 представителей социалистов (так с 1945-го назывались социал-демократы, которые вернутся к этому же названию в 1991-м), 9 от Австрийской народной партии, 7 коммунистов и трое беспартийных. СССР в одностороннем порядке признает это правительство.

Коммунисты, что объяснимо, начинают «керосинить», подставлять Реннера в глазах Сталина. Реннер же постепенно оттесняет их от реальной власти. 16.05.1945-го датирован документ, названный, как «Протокол совещания представителей Военного Совета 3-го Украинского Фронта с руководящими работниками компартии Австрии — членами Временного Правительства». Вот что там сказано: «согласно установленному Реннером порядку, правительство может принимать только единогласие решения. Если же нет согласия, то канцлер выносит решение сам. Мы, коммунисты, высказались против этого. Реннер нам заявил, что если это вам не нравится, то делайте из этого соответствующие выводы. У Реннера нет желания работать с нами».

Советская разведка начинает ощущать что-то творящееся с Реннером как минимум в августе 1945-го. 18.08.1945-го в Отделе международной информации ЦК ВКП(б) состоялось совещание о внутриполитическом положении в Австрии, где докладывал Всеволод Меркулов, в то время народный комиссар госбезопасности СССР. Цитата: «я не знаю, известна ли здесь товарищам последняя речь Реннера на конференции социалистической партии Австрии, где он, не говоря прямо о компартии, употребил ряд нелестных выражений по ее адресу. «Есть люди, думающие, что демократия состоит в том, что любое меньшинство, выставляя каждое свое требование, является правым. Что такое фашизм? Фашизм – это когда меньшинство захватывает власть и подавляет большинство. Мы пережили это два раза: сначала был зеленый фашизм, его сменил коричневый. Я очень боюсь, что его заменит красный фашизм».

Информацию о настроениях Реннера получали и западные спецслужбы. США, Великобритания и Франция сначала не признавали созданное под советским контролем правительство Реннера. Общее управление Австрией осуществлял Союзнический совет. В него от СССР входил маршал И.С. Конев, от Великобритании – генерал Р. Мак-Крири, от США – генерал М.Кларк, от Франции — генерал М.Бетуар.

11.09.1945-го Конев поднял вопрос о признании правительства Реннера всеми союзниками. Мак-Крири заявил: «считаю очень опасным, если в нашей стране кто-либо подумает, что существующее австрийское правительство получит признание». Но генерал Кларк при этом заявил: «после изучения вопроса мы, может быть, и решим, что его (Реннера – В.П.) кандидатура подходящая».

А Реннер продолжает игру. Он начинает работу над созывом съезда представителей провинций Австрии, представляя 20.09.1945-го меморандум об этом. Реннер рассчитывает, что такой путь придаст большую легитимность его правительству. Документы доказывают, что он обыгрывает коммунистов, притупляя их бдительность. Опубликовано письмо Сталину руководителей компартии Австрии Копленига и Фюрнберга от 14.10.1945-го, где сказано: «немаловажную роль на конференции сыграло то, что сам Реннер занял весьма положительную позицию и умело поддерживал точку зрения социалистической и коммунистической партий».

19.10.1945-го Политбюро ЦК ВКПБ принимает решение об установлении дипломатических отношений с Австрией. 25.11.1945-го состоялись парламентские выборы. Австрийская народная партия получила большинство – 85 мандатов, социалисты – 76 мандатов. Коммунисты — всего 4-ре. Судя по всему массиву информации историков, Сталин не ожидал такого поражения.

8.12.1945-го датирован документ, который называется «Докладная записка Ф. Гексмана об итогах выборов в Австрии». Записка адресована А.Панюшкину, тогда — первому заместителю заведующего отделом международной информации ЦК ВКП(б), будущему руководителю советской разведки. Автор записки, судя по всему массиву данных, бывший сотрудник Коминтерна, в 1943-м — начальник отдела радиоперехвата Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала.

Не исключено, что в декабре 1945-го Гексман отвечал перед Панюшкиным за Австрию, ибо его слова радикально самокритичны: «поспешное проведение выборов отрицательно сказалось на процессе формирования политического сознания. Социалистическая партия стала сильнее после выборов. Она обязана этим использованию великогерманских настроений в среде мелкой буржуазии и рабочего класса, чувству беспомощности и нежизнеспособности Австрии, господствующему в широких народных слоях. Социалистическая партия не останавливалась перед ведением устной антисоветской пропаганды, а во многих случаях и печатной. Ей пошел на пользу и продолжающий существовать избирательный кретинизм. Значительное число ее избирателей, которые больше симпатизировали КП, чем СП, голосовали за СП, т.к. попались на удочку аргумента о расколе голосов».

Руководители австрийских коммунистов Коплениг и Фюрнберг 18.12.1945-го отправляют Сталину письмо об итогах парламентских выборов и внутриполитическом положении в Австрии, в котором признают «особое положение коммунистов в правительстве Реннера, несмотря на то, что они совершенно были не согласны с деятельностью или с бездействием правительства, не позволяло им открыто выступать перед массами. это привело к тому, что в первую очередь нас обвиняли во всем плохом».

Итак, Реннер всех переиграл. На первоначальном этапе он поклялся в лояльности к Сталину и взял в правительство коммунистов. То, что Гексман называет «поспешным проведением выборов», с точки зрения Реннера выглядело совсем по-другому. Усыпив бдительность СССР и коммунистов, подставив последних на выборах, использовав аргумент о расколе голосов левых партий, Реннер, в стране, оккупированной четырьмя государствами-победительницами, умудрился провести выборы, не попав в зависимость ни от одной из них.

Уроки Австрии были, вне сомнения, учтены Сталиным в 1946-1948 гг. Коммунисты в странах будущей народной демократии станут получать реальную власть разными путями, совершая, при необходимости, и государственные перевороты. Австрия свернула по своему пути. Сразу после выборов социал-демократы и их конкуренты «народники» подписывают сепаратное коалиционное соглашение, не информируя об этом коммунистов. Хотя их представители остаются во власти до 1947-го, влияние коммунистов постепенно сходит на нет. Опубликованные документы доказывают, что они в 1946-1947 гг. организовывают забастовки, стремясь дестабилизировать власть, что не получилось. Реннер натравил на коммунистов профсоюзы и опять переиграл СССР.

Реннер не просто хорошо понимал пределы своей игры, но и интересы своей страны. Он был не политологом и не экспертом. Он принимал политические решения.

В сентябре 1945-го он делает заявление в прессе: «в западных странах заявили, что Австрия стала ориентироваться на Восток, и под давлением коммунистов Вена повернулась к Москве. Чтобы воспрепятствовать этой мнимой тенденции, многие полагают, что мы должны повернуться к западным странам. Отныне Австрия будет ориентироваться на новую страну, чувствуя, что нашла верный путь и что со всеми прежними тенденциями к аншлюсу – то есть к зависимости от Будапешта, Рима, Берлина или Москвы – навсегда покончено. СССР принес мне разочарование. Я желал бы ориентироваться на Восток, но события показали, что нам нужно ожидать прихода западных союзников. Ясно одно: Австрия должна маневрировать».

После ноябрьских выборов, в середине декабря 1945 г. правительство Леопольда Фигля представило свою первую политическую декларацию: «Австрия с ее многовековой культурной традицией ориентирована на Запад, но при этом держит открытой и дверь, ведущую на Восток. Каждое австрийское правительство в будущем должно чувствовать свою ответственность за это».

Вячеслав Пиховшек

Часть 1.
Часть 2.
Часть 3.
Часть 5.
Часть 6.
Часть 7.
Часть 8.

Print Friendly