Пока новостные ленты и аналитика в США нагнетают истерию вокруг ежедневных хамских выходок президента Трампа, произошло нечто по-настоящему историческое. Китай показал, что отныне видит себя новой мировой сверхдержавой, альтернативной, если не конкурирующей с США.

И это не мое мнение, сформированное гаданием на кофейной гуще китайской политики. Это четко артикулированное видение верховного лидера КНР Си Цзиньпина. В своей речи, адресованной ХIX Съезду Коммунистической партии на прошлой неделе, Си провозгласил, что Китай находится у «исторической черты» перед вступлением в «новую эру», которая ознаменуется становлением государства как «мощной силы» в мире и ролевой моделью для политического и экономического развития. Он утверждает, что китайская «политическая система… это великое творение», которое предлагает «новый выбор для других стран». Он также настаивает на том, что его страна будет рьяно защищать собственные интересы, одновременно становясь глобальным лидером в таких вопросах, как климатические изменения и торговля.

Преодолев маоистскую изоляцию 1970-х, Китай стал руководствоваться философией, заданной Деном Сяопином. В то время КНР нужно было учиться у Запада, особенно у Соединенных Штатов, а также интегрировать себя в существующий мировой порядок. По словам Дена Сяопина, он должен был быть скромным и сдержанным во внешней политике и «прятать свет в горшке», ожидая своего часа. Однако теперь, по мнению Си, это время настало, и Ближнее Царство готово «занять центральное место в мире».

Речь Си Цзиньпина так важна ещё и потому, что партийный съезд четко дал понять: он необычный лидер. Его прочат на второй срок в ЦК, не называя никаких очевидных преемников из нового поколения, тем самым укрепляя власть Си куда более прочно, чем у его предшественников. Что ещё более важно, партия включила идеи Си Цзипина в конституцию Китая. Ранее подобной чести при жизни удостоился лишь Мао Цзедун. Напомним, что идеи и высказывания Дена Сяопина ввели в конституцию лишь после его смерти. Это значит, что идеями Си Цзиньпина Коммунистическая партия Китая будет руководствоваться до конца его жизни.

В недавнем выпуске нью-йоркского книжного обзора Эндрю Натан отметил, что западная политика относительно Пекина предполагает, что как только Китай модернизирует экономику, он станет более плюралистичным в сфере внутренней политики и более договороспособным на международной арене. Натан, впрочем, отметил, что несколько аналитиков, таких как Джеймс Манн, выражают обеспокоенность тем, что Китай, напротив, останется авторитарным и будет оказывать поддержку другим антидемократическим государствам.

Реальность, однако, оказалась лучше, чем предполагал Манн. Китай остался решительно авторитарным, а в последние годы даже более авторитарным, чем прежде. Но в вопросах климатических изменений и торговли с Северной Кореей он стал более договороспособным. Пекин осуществляет попытки самостоятельно создать несколько международных институций, одновременно являясь третьим самым большим основателем ООН и вторым по величине источником при формировании бюджета этой организации, призванной обеспечивать мир на планете. Китай стремится пересмотреть международную систему таким образом, чтобы она учитывала его растущую мощь, вместо того, чтобы продвигать революцию или оптовую замену западной модели строительства мирового порядка.

Отчасти новая внешнеполитическая позиция Китая и то, каким образом она была достигнута, является результатом сохраняющейся мощи китайской экономики и растущего политического доверия партии к Си Цзиньпину. В то же время эти перемены происходят на фоне полного краха политического и морального авторитета Соединенных Штатов в мире. Недавний опрос Pew Research Center в более чем 30 странах показывает падение положительной оценки США на 14 пунктов.

Такие страны, как Австралия, Нидерланды и Канада, теперь более благосклонны к Китаю, чем к США. Многие опрошенные страны, включая Германию, Индонезию и Чили, больше доверяют руководству Си, чем лидерству Трампа. Китай настойчиво стремился улучшить свой международный имидж, тратя миллиарды на иностранную помощь, обещая укрепление торговых связей и инвестиции, а также открывая конфуцианские институты для продвижения китайской культуры.

Между тем, подумайте, как Соединенные Штаты должны теперь взаимодействовать с остальным миром. Они политически парализованы и неспособны принимать важные решения. В условиях растущего долга критически не хватает средств на инвестиции в образование, инфраструктуру, науку и технологии. Политика стала разделом реалити-шоу с ежедневными оскорблениями, перепалками и яркими комментариями. Историческая роль Америки сменилась узкой и тесной идеологией. Внешняя политика стала партизанской игрой, в которой Вашингтон нарушает соглашения, постоянно смещает курс и почти целиком проваливает собственную политику для того, чтобы заработать политические очки дома.

Смена расстановки сил, наблюдаемая в мире, связана не столько с подъемом Китая, сколько с падением Соединенных Штатов Америки.

Авторский перевод Юлии Малькиной

Print Friendly, PDF & Email