Одной из распространённых тем в околоукраинском дискурсе является торговля Украины с Россией. Она всплывает на любых площадках между всеми возможными сторонами, которые образуются во время споров. Семенченко сотоварищи организовывают блокады товарооборота с неподконтрольными территориями. Президенту ставят на вид Липецкую кондитерскую фабрику. В непризнанных республиках периодически возмущаются продажей угля Украине. Приверженцы Новороссии называют торговую политику РФ в Украине «спонсированием хунты» и говорят о предательстве Кремля. Везде звучат голоса о том, что торговля с врагом недопустима и делает его сильнее. Обычно в таких спорах рано или поздно всплывает вопрос: «Разве можно себе представить, чтобы в 1942-м году СССР и Германия спорили в суде из-за невыполнений условий контрактов по поставке каких-то товаров?». Однако правда состоит в том, что этот аргумент совершенно не относится к делу, хотя и звучит эффектно.

Она просто несколько изменяет условия его ведения, но никоим образом не отменяет возможности ведения бизнеса с номинальным врагом.

Ключевым в столкновении между Германией и СССР было то, что эта война велась между государствами с разными, враждебными друг другу идеологиями. Это была именно война разных экономических укладов. Неслучайно в советской историографии она имела полное название «Великая Отечественная война советского народа против фашизма». Сейчас в мире насчитывается примерно две сотни государств, но среди них нет особых идеологических различий в экономическом укладе. Да, в них могут быть разные религии и наверняка у них разная официальная трактовка истории, но практически весь мир сейчас верует в рынок и в капитал. С точки зрения капитала, война – это лишь продолжение бизнес-стратегии. Она просто несколько изменяет условия его ведения, но никоим образом не отменяет возможности ведения бизнеса с номинальным врагом.

Необходимость начала войны определяется правящим классом. В рыночной экономике интересы правящего класса и их идеологическое оформление формулируются крупными промышленниками и финансистами, которые владеют СМИ. Если разобраться в причинах войн между государствами с рыночной экономикой, то выяснится, что ведутся они как раз за доступ к рынкам. Опиумные войны Британской короны против Китая или американская экспедиция в Японию преследовали цель открытия рынков этих стран. Вы нападаете на страну для того, чтобы торговать с ней. И наоборот, готовность помогать друзьям сильно зависит от готовности этих друзей учитывать ваши экономические интересы. Так, США не оказывали Великобритании существенной помощи в начале Второй мировой войны, пока те не согласились открыть американцам рынки своих колоний.

Настоящее сопротивление вызывают попытки поставить под сомнение права капитала на управление обществом. Идеи национализировать основные добывающие отрасли, как в Венесуэле или в Чили, вызывают настоящее давление и санкции, которые могут длиться десятилетиями. Попытка более глубокого идеологического разворота какой-либо страны вызовет немедленное вторжение, в ходе которого будет без дураков применяться весь спектр вооружений. Когда на Вьетнам сотнями тонн выливали яды и сбрасывали больше взрывчатки, чем было использовано за всю Вторую мировую, вопрос об особенностях будущей торговли не ставился.

Если в украинской ситуации и есть что-то уникальное, то это не сам факт торговли, а лишь то, что она не скрывается хотя бы символически.

Автор нашумевшей книги «Trading with enemy (Торговля с врагом)» Чарльз Хайэм мог сколько угодно возмущаться общему с нацистами бизнесу американских корпораций. Но прибыль выше декларируемой морали. Пока мир ужасался зверствам ИГИЛ, нефть с контролируемых террористами территорий приводила в движение симпатичные автомобили с экологичными двигателями стандарта Euro-5. Пока энтузиасты пытаются привлечь внимание к использованию рабского детского труда на сборе какао-бобов, продажи сладостей только растут. Прибыль – и есть мораль.

Если в украинской ситуации и есть что-то уникальное, то это не сам факт торговли, а лишь то, что она не скрывается хотя бы символически. Парламент принимает документы, в которых постулирует агрессию России, президент говорит о войне России против Украины, провластные СМИ штампуют новости о российско-террористических войсках, а Кабмин при этом публикует документы государственной статистики, согласно которым торговый оборот между странами растёт. Это делается открыто и одновременно. Надо признать, это выглядит несколько сюрреалистично. Так и хочется сказать: «Либо называйте врага «нашими партнёрами» и открыто торгуйте, либо называйте партнёров «врагами» и демонстративно воюйте». Должны же быть какие-то приличия. Но для Украины как раз характерно отсутствие каких-либо приличий.

В остальном всё просто. Если ты такой умный, то покажи свои деньги. Если у тебя нет денег, то ты неудачник. Только неудачник не стремится к успеху. Только неудачник не торгует с врагом. Неудачник надевает униформу и гниёт в окопах.

Евгений Селяков

Print Friendly, PDF & Email