Дональд Трамп: Сделавшись президентом, я стану величайшим творцом рабочих мест, какого только создавал Господь. Я верну своим согражданам рабочие места, ныне вывезенные в Китай, в Японию, в Мексику. Ведь поглядите: Форд уже строит на мексиканской земле новый автомобильный завод стоимостью в два с половиной миллиарда – собирается выпускать легковые машины, грузовики и запасные части к ним.
Ведущий: А как это возможно..?
Дональд Трамп: Вводите штрафы или тарифы – или что там еще полагается вводить. И поверьте: Китай нами просто верховодит, Китай вывозит к нам все, что вздумается, а от нас не принимает ничего. Сам я на это не жалуюсь, однако мои друзья, промышленники, не могут свободно поставлять свою продукцию в Китай. Что ж, если Китай позволяет себе обращаться с нами так, значит, и нам следует обращаться с Китаем соответственно.
Ведущий: А Китай заявит: «Значит, наш автомобиль обойдется вашему покупателю дороже».
Дональд Трамп: А с какой стати? Автомобили и в США можно производить, как прежде. И не исключаю, что придется реже покупать их, поскольку надежность возрастет…
Прения касаемо торговой политики
Нижеследующий «диалог» между ныне покойным Мильтоном Фридманом и ныне здравствующим Дональдом Трампом, никогда не имевший места в действительности, смонтирован американскими авторами видеоролика, выбравшими отрывки из выступлений того и другого.
Дональд Трамп: Поглядите, чтó вытворяют с нашей страной Китай и прочие подобные. По сути дела, забираются в наш карман. А мы укрепляем Китай, по-настоящему укрепляем Китай – потому как все, что мы производим, производится в Китае и прочих подобных местах, а не здесь, у нас.
Мы ничего больше не создаем, продукции нет. Судите сами: заказываю недели две тому назад тысячу окон. Получаю. «Сделано в Китае». Спрашиваю: «А разве здесь больше не выпускают оконных рам? Ни в Северной Каролине, ни в Алабаме, ни в Орегоне? Там ведь когда-то хорошие окна делали…» Увы, это было когда-то.
Мы сами же и укрепляем Китай, приобретая у него продукцию и ничего не производя самостоятельно.
Мильтон Фридман: Среди прочего, меня озадачивает широко распространенное мнение, гласящее: внешнеторговый дефицит вредоносен. Обернемся назад. У японцев был огромный внешнеторговый профицит. Превышение экспорта над импортом…
Ведущий: …составляло пятьдесят миллиардов долларов.
Мильтон Фридман: Да, и поглядите: как они распоряжались этим пятидесятимиллиардным профицитом в последние десять лет? Они обогащали американцев. Покупали поля для игры в гольф – по вздутым ценам. Покупали недвижимость – по вздутым ценам. И ведь почти все их капиталовложения пошли насмарку. Но разве нам от этого хуже?
Читаю законодательство – и всегда кажется: законы писаны для того, чтобы поддержать малое сообщество за счет сообщества обширного. А свободная торговля дозволяет поддерживать обширное сообщество за счет сообщества малого. Но в политике малое сообщество неизменно говорит гораздо громче обширного.
Уж если проводить в США референдум, то следует обсуждать вопрос о торговой свободе. Возьмите любой вопрос, относящийся к свободной торговле.
Предположим, что когда один из моих образцов для подражания, мистер Рейган, сделал великую ошибку, согласившись ограничить ввоз японских автомобилей, – предположим, что были опрошены все американские автовладельцы. Предположим, что их спросили: «Согласны ли вы, покупая машину, платить за нее лишние 2 000 долларов, чтобы сохранить несколько рабочих мест в городе Детройте, штат Мичиган – да и во всей автомобильной промышленности?»
Неужто вы думаете, будто все единодушно сказали бы «да»?
Дональд Трамп: И припомнить непросто, когда мы в последний раз подписали выгодный торговый договор – скажем, с Китаем… Нас ведь по-настоящему душат. А я сопротивляюсь Китаю, и с неизменным успехом… (Одобрительные возгласы, аплодисменты).
Нелегко припомнить времена, когда мы в чем-либо опережали Японию. Нам поставляют миллионы и миллионы японских автомобилей – а что мы делаем в ответ? Когда вы в последний раз могли увидать на токийских улицах «Шевроле»? «Шевроле» там уже нет.
Мильтон Фридман: Чем больше свободной торговли – тем лучше нам. Неужели нам хуже от того, что Япония увеличила промышленное производство? Напротив, если Япония увеличила промышленное производство, значит, у Японии больше товаров и услуг, которые нам, возможно, купить несколько дешевле. А у японцев становится больше денег, больше возможностей приобретать наши товары и услуги. Или можно вкладывать деньги в американское достояние.
Ведущий: Но чтобы получать наши доллары, должны же они хоть что-нибудь делать…
Мильтон Фридман: Чтобы хоть что-нибудь делать, нужно получать наши доллары…
Дональд Трамп: В США существует исполинское расхождение между количеством экспорта и импорта. Повторяю: возьмите китайский пример – китайцы просто забираются в наш карман. А люди рассуждают о свободной торговле и повторяют все то же, что сейчас говорили вы сами… Я был бы не прочь ввести дополнительные тарифы для стран, имеющих внешнеторговый профицит в миллиарды и миллиарды долларов. Повторяю: мы сами же и укрепляем Китай, приобретая у него столько продукции…
Мильтон Фридман: Главная причина, по которой в людских умах царит полная неразбериха по вопросу о свободной торговле… Собственно, причин две. Одна – пропаганда промышленников. А вторая – нежелание признать роль, играемую колеблющимся валютным курсом.
Предположим на минуту, что с американской точки зрения все, производимое в Японии, оказывается дешевле здешнего. Мы стремимся все покупать у японцев, а те стремятся продавать нам как можно больше и получать наши доллары. Но покупать у нас не желают ничего: слишком уж дорого обходится. И что же станут японцы делать со своими долларами?
Правильно, покупать на них йены. А как японцам покупать йены? Только платя за йены дороже прежнего. Но едва лишь за йены принимаются платить дороже прежнего, японские товары дорожают в свой черед, а товары, произведенные в США, дешевеют. Цены, принятые в разных странах, сравнивать нельзя. Стоимость, выражаемая в долларах на нашей почве, и стоимость, выражаемая в йенах на почве японской – разные вещи. Что дешевле – решается лишь обменным курсом валюты. А обменный курс колеблется – причем, так, что всякий желающий приобрести доллары, способен их купить, и всякий желающий приобрести йены – тоже.
Ведущий: Вы готовы ввести тарифы на определенную продукцию – скажем, тридцатипятипроцентный тариф на машины Форда, производимые в Мексике. «Уолл-стрит Джорнэл» (Wall Street Journal) зовет вас (цитирую) «самым анти-торговым кандидатом со времен Герберта Гувера».
Дональд Трамп: Ну да… Только видите ли… Было время, «Уолл-стрит Джорнэл» оценивалась в пять миллиардов долларов. С тех пор издание подешевело, теперь ему красная цена – пятьсот миллионов долларов. Стало быть, не этой газете учить меня уму-разуму…
Соединенные Штаты превратились в настоящую свалку для чьих угодно проблем и незадач.
Мильтон Фридман: Причина, по которой в Японии возник внешнеторговый дефицит, не имеет ничего общего с чепухой, изрекаемой касательно «свалок» и т. п. Дело в том, что японцы сберегают бóльшую долю своих доходов, нежели американцы. Сэтими излишками нужно что-то делать, а возможности вкладывать японские капиталы в японское же достояние ограничены.
Вот почему японцев больше привлекают капиталовложения в американскую собственность. Уверяю: будь наши сбережения выше японских – у нас был бы избыток, а у японцев – дефицит.
Дональд Трамп: По-моему, с Китая следует взыскивать своего рода налог. Китай без зазрения совести пользуется нашей уступчивостью. А если ввести двадцатипятипроцентный налог на все, производимое в Китае…
Ведущий: Получится террор, торговая война.
Дональд Трамп: Пожалуй, да. Но я искренне желал бы…
(Некоторое время говорят одновременно, перебивая друг друга).
Ведущий: Сколько денег мы должны, и по скольким займам..?
Дональд Трамп: Один лишь год подобного налогообложения – и мы не будем должны Китаю ничего; один лишь год подобного налогообложения – и мы не будем должны Китаю ничего. Поверьте, Вольф.
Мильтон Фридман: Самый лучший довод в пользу свободной торговли привел однажды Генри Джордж (Henry George). Генри Джордж выпустил в свет книгу «Прогресс и нищета» (Progress and Poverty) – великую книгу, бестселлер 1890-х годов. Автор пишет: «Весьма любопытно. Во время войны мы блокируем неприятеля, чтобы тот не мог получать наших товаров. А в мирное время поступаем с торговцами так же, как поступали во время войны с неприятелем».
