Ведущий: Добро пожаловать. С нами в студии находится Томас Фридман, трехкратный лауреат Пулитцеровской премии, политический обозреватель ежедневной газеты «Нью-Йорк Таймс» (New York Times), издавший свою новую книгу «Благодарю за опоздание» (Thank You for Being Late. An Optimist’s Guide to Thriving in the Age of Accelerations). В ней год 2007-й определяется автором как год, когда (цитирую): «Началось великое ускорение, породившее головокружительную, непостижимую эру перемен – технических, экономических, природных»». Как управиться с этими переменами? – вот главный вопрос наших дней, говорит Фридман. Сейчас автор изложит свои взгляды подробнее: хотелось бы перейти к самой сути упомянутой книги, тесно связанной с нынешними президентскими выборами.

Вы, Томас, написали в ходе избирательной кампании целый ряд обзоров – безжалостных к Дональду Трампу. Вы бранили его, называли отвратительным человеческим существом. Теперь вы зовете нынешние выборы неким нравственным соответствием террористическому удару, нанесенному по Америке 11 сентября – только тот удар был нанесен внешними силами, а новый мы, дескать, наносим себе сами… Просто апокалиптические речи…

Томас Фридман: Ну… Еще вопрос, не слышалось ли с обеих сторон в ходе избирательной кампании речей, которые к лицу, скорее, подонкам общества, Джордж, а не политикам. Ничего подобного пока еще не произносилось. Любые сдерживающие начала исчезли, и не думаю, что возродятся легко и скоро. Мы потерпели вопиющий нравственный крах.

Ведущий: В какой степени это явилось неминуемой расплатой за перемены, описываемые в вашей книге?

Томас Фридман: По сути, моя книга утверждает: мы находимся в разгаре троякого, до сих пор неслыханного ускорения, причем одновременного. И вовлекаются в него три величайшие планетные силы – я зову их рынком, цифровой глобализацией, матушкой-Природой – поскольку изменяется климат, исчезает естественное разнообразие жизни, – а еще действует закон Мура касаемо технических перемен. Думается, Джордж, троякое ускорение затронуло две самых чувствительных и болезненных душевных точки, делающих нас людьми: чувство родного дома и чувство рабочего места.

Поглядите. Ускоряется иммиграция. В Северной Америке живет немало выходцев из латиноамериканских стран. Идут они в бакалейный магазин – и оказывается, ни один кассир не понимает по-испански. И мне, и вам это безразлично. Но все же я сторонник плюралистического общества и способен понять: латиноамериканцам у нас не слишком-то уютно.

Другие люди заходят в общественную мужскую уборную – и с омерзением видят поблизости нечто, похожее на женщину, однако не лишенное и мужских признаков. Мне это безразлично, я рад и счастлив, если гомосексуалисты получили неотъемлемые права, – да вот беда: перемена пришла чересчур уж быстро.

Служащие приходят в офис – и обнаруживают: рядышком находится робот, пристально следящий за их работой. Две душевных особенности, присущие только людям, делающие нас людьми – чувство родного дома и чувство привычного рабочего места – искажены и подорваны.

Ведущий: Дональд Трамп умно сыграл на людском недовольстве. Но разве Хиллари Клинтон плохо потрудилась, обращаясь к избирателям и обещая: мы заставим перемены служить вашему благу?

Томас Фридман: Н-ну… По-моему, Хиллари Клинтон упустила из виду важное обстоятельство. Скажем, я вырос в штате Миннесота – и частенько упоминаю об этом на страницах книги. В шестидесятые и семидесятые годы человек, родившийся и выросший в Миннесоте – самый обычный работник, заводской или сельский… Я цитирую где-то одного конгрессмена, сказавшего: знаете ли, раз уж вы родились и выросли в Миннесоте, какой она была тогда, в шестидесятые и семидесятые, то не преуспеть и не добиться достатка можно было только преднамеренно. Везде и всюду любому среднему работнику веял попутный ветер. А нынче преуспеть и добиться достатка можно только по чистой случайности. Побеседуйте с рабочими людьми лицом к лицу – и они выложат вам все свои гложущие заботы.

Беда в том, что дела очень запутаны. Я цитирую песенку Брэнди Карлайл (Brandi Carlile) – поначалу даже предполагал купить права, чтобы открытая книга пела вслух, подобно музыкальным поздравительным открыткам от компании Hallmark, поющим «С днем рождения!» или «Желаю счастливого Рождества!». В припеве говорится: «Обернусь твоей любовью, словно цепью, // Не умрет любовь, об этом не тревожусь. // Возможно плясать и во время тайфуна – // Коль в око тайфуна решишься вступить».

Я доказываю, что Дональд Трамп идет не в око тайфуна, а прямо в лоб ураганному ветру. Тайфун – это вышеупомянутое троякое ускорение. И задача сегодняшних политиков – создать некое «око тайфуна», область полнейшего затишья, передвигающуюся вместе с ураганом, черпающее из него энергию, обладающее динамической внутренней устойчивостью.

Ведущий: Не только в Соединенных Штатах, но и повсюду в мире множество людей разделяет популистские воззрения Трампа. Вчера нам уже явились и Трамп, и Найджел Фараж (Nigel Farage). Мы слышали о британской кампании в пользу выхода из ЕС, мы слышали Марину Ле-Пен во Франции. Перед нами два совершенно различных отношения к переменам, о которых вы заводите речь.

Томас Фридман: И насущные задачи… Буду с вами предельно откровенен. По-моему, никто не в состоянии сыскать ответа на вопрос: а как нам быть с обычным, средним рабочим в мире, где машины сделались наделены всеми пятью человеческими чувствами? Эту стратегию и пытался я изложить в своей книге, этот вопрос мучительно пытаюсь решить. Полагаю, к этому сейчас и сводится сущность политики, поскольку среднему человеку вполне официально объявлен приговор.

И не я виной тому, что, знаете ли, в пятидесятые, шестидесятые и семидесятые годы средний работник получал несравненно больше, чем получает по нынешним временам…

Ведущий: Вы утверждаете: следует в корне преобразить нашу политику. Вы числите себя членом некоей «четвертой партии»…

Томас Фридман: Видите ли, Джорджи, я, так сказать, политик, действующий сам по себе. Склоняюсь, пожалуй, влево, к Берни Сандерсу. А что до некоторых вопросов… Думаю, в мире троякого ускорения следует улучшить и усилить социальную защиту, систему страховой медицины – здравоохранения, оплачиваемого государством.

Между тем, я гораздо «правее» редакции «Уолл-стрит Джорнэл» (Wall Street Journal), так как убежден, что любые налоги на прибыль коммерческих предприятий следует отменить. Вместо них нужно ввести налоги на промышленные выбросы углекислого газа, на продажу сахара, на малые финансовые операции.

Наша задача – задача политиков, глядящих вперед – сводится, по-моему, к тому, чтобы укрепить безопасность. Мир становится слишком быстрым для множества людей, Джордж, и чтобы платить по предъявляемому нам счету, нужно сделаться предпринимателями до мозга костей. Подчеркивайте, постоянно подчеркивайте: целеустремленное, умелое предпринимательство и надежная, справедливая система социального обеспечения должны развиваться рука об руку.

Ведущий: В запасе у нас лишь несколько секунд. Вы не сторонник Трампа. Какой главный совет хотели бы вы дать вероятному президенту Дональду Трампу?

Томас Фридман: Э-э-э… Думаю, было бы важнее всего сыграть роль целителя общественных недугов. А начинать с вопроса о климате, ведь этот вопрос куда важнее, Джордж, нежели кажется Трампу. Множество иммигрантов стекаются к… Я только что снял документальную киноленту об африканских миграциях. Люди вынужденно покидают обжитые места, движутся к северу, а оттуда отправляются прямо к нам. Не отмахивайтесь: это важнейшая неурядица. И если Трамп хотя бы пальцем шевельнет, чтобы уладить положение дел, даже нынешние противники будут ему благодарны.

Ведущий: Томас Фридман, благодарю вас.

Томас Фридман

Томас Фридман — американский журналист, трёхкратный лауреат Пулитцеровской премии (1983, 1988, 2002)

Print Friendly, PDF & Email