В 1945 году именно Соединенные Штаты возглавили движение за перестройку мировой политики согласно… согласно, скажем… тому, что нынешние политологи назвали бы «либеральным направлением» или свободной торговлей в открытом всемирном сообществе — поощрением передвижения через границы и пресечением национализма и протекционизма, которые оскверняли миропорядок на протяжении 1930-х годов. В итоге, по мере того, как расширялась открытость, — скажем, с 1970-х и до самого финансового кризиса, грянувшего в 2008-м, — мировое промышленное производство возросло в четыре раза.

Думается, возникшая незадача заключается в том, что не все страны ощутили влияние глобализации одинаково — хотя глобализация увеличила степень равенства.

Например, в Китае идет повсеместное избавление от нищеты: возникает новейшая буржуазия. А вот на развитые государства, подобные Соединенным Штатам, глобализация влияет весьма неровно. Полагаю, тут и кроется истинная причина широчайшего популистского всплеска, наблюдаемого почти повсеместно.

На развитых государствах это сказывается по-разному: приводит и к выходу Британии из ЕС, и к весьма необычайным выборам, прошедшим в Соединенных Штатах в 2016 году.

По-моему, первостепенной задачей сегодня является противодействие этому антилиберальному популизму, объявившемуся везде, где народы стремятся принизить людские сообщества на… на основании… расовой или этнической принадлежности.

Следует понимать: единое национальное самосознание весьма важно, и все же оно может быть присуще, de facto, многонациональному населению. Это — главнейшее последствие глобализации, длящейся уже три десятка лет.

Надеюсь на то, что, во-первых, мы сумеем придерживаться правил игры там, где речь идет о всемирной интеграции, достигнутой на сегодня, и не рассыпáться на стадо соперничающих националистов — крупных и мелких. Во-вторых, полагаю, чтобы установить единый политический миропорядок, следует хотя бы в известной степени добиться культурного слияния.

Как вы говорите, даже внутри Европы, где упомянутое слияние гораздо глубже и крепче, оно уже начинает понемногу изнашиваться. И насколько я понимаю, будущее должно стать вроде того, что я однажды окрестил «многократно-многосторонними» отношениями. Имеется плотный слой различных международных организаций, они служат различным целям, они способны взаимодействовать, — а вы можете в известной степени выбирать между ними. Полагаю, это было бы истинным международным взаимодействием, которого — будем надеяться! — мы в силах достичь не в мечтах, а в действительности. Пусть хотя бы следующее поколение достигнет его.

Авторский перевод Вадима Глушакова

Print Friendly, PDF & Email