В последние августовские дни польский пловец Себастьян Карась совершил почти невозможное: он вплавь переплыл Балтийское море (с польского берега на датский). Многие мировые информагентства отрапортовали об этом событии, как о первой удачной попытке переплыть вплавь Балтику. Однако, оказывается, и до эпического достижения 26-летнего Карася были случаи удачного штурма отчаянными головами Балтийского моря.

Стартовал Себастьян с пляжа небольшого польского городка Колобжег, а спустя 28 с половиной часов он благополучно финишировал на датском острове Борнхольм.

Хотя достижение профессионального польского пловца действительно впечатляет. Уроженец Эльблонга преодолел сто километров Балтийского моря, разделяющих Польшу и Данию. Стартовал Себастьян с пляжа небольшого польского городка Колобжег, а спустя 28 с половиной часов он благополучно финишировал на датском острове Борнхольм. Во время этого изнурительного марафона польского пловца сопровождало небольшое судно, на котором находились спасатели, врачи и родные Карася. Лодка все время находилась в непосредственной близости от поляка, однако подниматься на ее борт он не мог – иначе бы его рекорд не был зафиксирован. В то же время, польский экстремал имел возможность контактировать с людьми на судне. Кроме того, с этого плавсредства Себастьяна с помощью специального устройства кормили (для этого было оборудовано нечто схожее с простой рыбацкой удочкой). Процесс кормежки был достаточно быстротечным, но частым – каждый час. Такая периодичность вызвана тем обстоятельством, что штурм морских волн забирает у человека слишком много физических усилий. Вот их и нужно было компенсировать. К тому же, нужно было бороться и со сном. А волны, кстати, доходили до двух метров. Да и температуру воды во время этого «рейда» вряд ли можно было назвать комфортной – не выше двадцати градусов. Именно холодную воду Карась после своего путешествия назвал самым сложным испытанием на протяжении всей его одиссеи.

Когда датский остров уже маячил на горизонте, польский пловец настолько вымотался, что был готов закончить противостояние со стихией и перебраться на палубу судна.

Хотя, по словам менеджера польского пловца, в конце пути сказалась и банальная усталость. Несмотря на то, что накануне своего путешествия «из поляков в датчане» Себастьян усиленно тренировался в бассейне, преодолев 97 километров за 24 часа, а перед этим в качестве эксперимента удачно форсировал Ла-Манш, проделать такой же трюк в реальных условиях оказалось куда сложнее. Особенно, по словам очевидцев, неимоверно тяжелыми оказались последние километры до Борнхольма. Когда датский остров уже маячил на горизонте, польский пловец настолько вымотался, что был готов закончить противостояние со стихией и перебраться на палубу судна. Однако неимоверными сверхусилиями польский спортсмен заставил себя преодолеть остаток пути. И прохладной ночью 27 августа он ступил на датскую землю.

Отдавая дань уважения этому спортсмену за его волю, характер и особенно целеустремленность (Себастьян пытался покорить этот маршрут и в августе прошлого года, однако из-за шторма смог проплыть только тридцать километров, после чего на судне вернулся обратно), отметим, что и до этого случая были удачные попытки победить Балтийское море.

Карась преодолел Балтику от Польши к Дании, тогда как другие любители острых ощущений прокладывали иные маршруты. В 2007 году известный литовский спортсмен Видмантас Урбонас пересек Балтийское море от берегов Латвии до побережья Швеции. Во время своего рейда Урбонас планировал «намотать» почти 210 километров. В первой части своего заплыва он преодолел больше половины дистанции, однако из-за разразившейся стихии был вынужден отложить свою затею на несколько дней. Но факт его прибытия вплавь из Латвии в Швецию был зафиксирован.

Спустя год эстонский пловец Бруно Ноппонен вплавь пересек Балтику в части Финского залива – от Эстонии до Финляндии. Для покорения 60-километровой дистанции эстонскому спортсмену понадобилось чуть больше 19 часов.

С свою очередь, финский пловец Туомас Каарио решил усложнить задачу: он попробовал форсировать Финский залив без гидрокостюма. Горячему финскому парню это удалось. 65 километров пути спортсмен проплыл за 22 часа.

Все эти (и другие) отчаянные и смелые люди едва ли не главной своей задачей накануне подобных мероприятий в унисон называли умение преодолеть страх.

Все эти (и другие) отчаянные и смелые люди едва ли не главной своей задачей накануне подобных мероприятий в унисон называли умение преодолеть страх. Как когда-то давно сказал один из первых покорителей Атлантического океана на простой весельной лодке, людей губит не столько море, сколько собственный страх перед неизвестностью. Преодолеешь эту серьезную преграду – преодолеешь и стихию. По этому поводу вышеупомянутый литовец Урбонас даже придумал специальную методику. Ее суть на первый взгляд предельно проста. Видмантас научился во время своих экстремальных заплывов «отключать» мозг от тела. По словам литовца, если в твоей голове постоянно роятся мысли, что тебе холодно, что пора из волн перебраться на корабль, ты никогда не достигнешь финиша. Урбонас утверждает, что во время своих марафонских заплывов пытается думать о чем угодно, только не о финише. Не так давно этот метод помог литовцу пересечь Байкал. По словам очевидцев этого зрелища не для слабонервных, температура в озере порой опускалась до трех градусов, но каким-то чудовищным усилием воли пловец смог преодолеть этот дискомфорт. Когда он наконец-то попал на корабль, температура его тела упала ниже 32 градусов. Но, несмотря на все эти «неудобства», здоровью Урбонаса ничего не угрожало. Таковым был официальный вердикт врачей.

Кстати, этот метод «отключения» мозга от тела в последнее время начали широко использовать в лечении всяческих болезней. И он, этот способ преодоления хворей, обозвали именем литовского экстремала. Для которого, как и для многих его коллег по «амплуа», просто не существует понятия «не получится».

Так или иначе, кто бы не пересек Балтику (или любое другое сложное препятствие) первым, в данном случае важно не столько чья-то принадлежность к рекорду, сколько безграничная вера людей, идущих на нечеловеческие испытания, в себя. «Безумству храбрых поем мы песню» — здесь эта классическая фраза будет очень кстати.

Александр Панфилов

Print Friendly, PDF & Email