«– Когда народ столь многочислен, то как же его направлять?
– Прежде всего, надо дать ему разбогатеть, – ответил Учитель.
– А когда он разбогател, – вновь спросил Жан Ю, – то как его дальше направлять?
– А вот теперь его надо воспитать»…
«Суждения и беседы», Конфуций.

C 18 по 24 октября 2017 в Пекине проходил съезд КПК – ключевое событие политической жизни Китая. Это мероприятие вызвало огромный интерес в мире: на съезде было аккредитовано около двух тысяч иностранных журналистов (и всего несколько — украинских).  Автор этой статьи был одним из тех украинских журналистов, которые принимали участие в освещение работы съезда КПК.

Задачи перед КПК стоят не простые, поскольку в современных глобализационных условиях ей пока что удается сохранять стабильный экономический рост, обеспечивать социалистическую направленность многих реформ, а также добиваться утверждения Китая на международной арене путем создания оригинальных экономических проектов, таких, например, как инициатива «Один пояс, один путь». Эта концепция представляет уникальную современную попытку Китая получить те экономические выгоды, которые страна имела во времена существования «Великого шелкового пути» в древности.

Алексей Коваль, украинский журналист, который принимал участие в качестве международного обозревателя в работе предыдущих съездов КПК в недавнем своем интервью отметил, что в Украине недостаточно уделяют внимания Китаю в целом и съезду в частности. Это событие определяет, как будет развиваться Китай следующие пять лет, и не обращать внимание на это событие даже грешно.

Очень много представителей журналисткой и экспертной среды  стран Юго-Восточной Азии,  Восточной Азии, Южной Азии, Европы, Латинской Америки, Африки, которые были приглашены на последний съезд КПК в качестве гостей. По сути были представлены все страны, куда Китай активно инвестирует. И это, безусловно, объясняет профессиональный интерес. Но был и другой интерес  — геополитический. Все следили за перипетиями съезда, потому что многие пытаются понять, что будет дальше с политической системой Китая, какое будет руководство. Не поняв политическую систему КНР, невозможно спрогнозировать дальнейшие шаги Пекина на международной арене.

Классики американской политической философии и политологии З. Бжезинский, Дж. Фридман  неоднократно предупреждали о росте влияния Китая на внешнеполитической арене в ближайшее время. «Аналогичным образом едва ли стоит доказывать, что Китай является крупным действующим лицом на политической арене. Китай уже является важной региональной державой и, похоже, лелеет более широкие надежды, имея историю великой державы и сохраняя представление о китайском государстве как центре мира. Те варианты выбора, которым следует Китай, уже начинают влиять на геополитическое соотношение сил в Азии, в то время как его экономический движущий момент, несомненно, придаст ему как большую физическую мощь, так и растущие амбиции».

«За последние 20–30 лет Китай также превратился в крупную промышленную державу, по темпам экономического роста превосходя все остальные крупные страны мира, хотя по своему объему его экономика пока значительно уступает экономике Японии или США. Тем не менее в настоящее время Китай является ключевым игроком в бассейне Тихого океана. С точки зрения запасов основных видов сырья Китай обеспечен гораздо лучше, чем Япония. Но с ростом экономики его собственные ресурсы истощились, и он стал импортировать сырье».

Таким образом, неправильно не замечать Китай в XXI веке.  Украина мало интересуется процессами, происходящими в Китае, не проявляет активности, а это в нынешних условиях недальновидно — страна рискует не получить выгод от экономического сотрудничества в разворачиваемых Пекином мегапроектах, которые не сводятся к одной только торговле.

Китайская экономика

Экономика Китайской Народной Республики является уникальным феноменом в мире. Каким-то образом ей удаётся сочетать в себе элементы плановой и рыночной экономик, китайский прагматизм и западную расточительность. Многие эксперты в ней ищут смысл, логику и часто не находят. Иногда экономика Китая кажется хаотичной и неструктурированной, но тем не менее она даёт результат, который влияет на геоэкономическую ситуацию в мире.

Как отметил генеральный секретарь КПК Си Цзиньпинь в своем докладе на 19-м съезде КПК: «Китайская экономика сохраняет средневысокие темпы роста, удерживая одну из лидирующих позиций среди ведущих стран мира. По показателю ВВП, выросшему с 54 трлн. юаней до 80 трлн. юаней, Китай прочно занял второе место в мире. Вклад Китая в рост мировой экономики превысил 30%. Углублялась структурная реформа в сфере предложения, непрерывно оптимизировалась экономическая структура. Бурное развитие получили цифровая экономика и другие новые производства, ускоренными темпами шло строительство инфраструктуры, в том числе, высокоскоростных железных дорог, автомагистралей, мостов, портов и аэропортов».

Вместе с тем, экономика Китая также испытывает на себе мировую экономическую нестабильность. Так, например, несмотря на незначительный спад роста китайской экономики в начале 2016 г., она сохранила и продолжает сохранять свою гибкость, несмотря на некоторые негативные тенденции.

По данным китайской газеты «Жэньминь жибао», МВФ опубликовал новый «Доклад о перспективах развития мировой экономики», в котором отмечено, что наблюдаются благоприятные сигналы в глобальной экономике. В документе дан прогноз: в 2017 году темп роста китайской экономики составит 6.8%, а в 2018 году – 6.5%, что на 0.1 п.п. выше по сравнению с прогнозом на первые семь месяцев этого года.

Девальвация юаня тоже процесс далеко не однозначный, так как ввиду определённой зависимости мировой экономики от китайской и, следовательно, от китайской валюты этот процесс имеет двухсторонний эффект. Китайцы как прагматики понимают, что юань в значительной степени привязан к доллару и курс нужно будет отпускать, чтобы стабилизировать экономическую ситуацию у себя в стране и в Азии в том числе. «Наибольших успехов в интернализации национальной валюты достиг Китай, валютная стратегия которого ориентирована в настоящее время на преобразование юаня в конкурентное платежное средство в международных расчетах с другими странами, включая экспортно-импортные операции, трансграничное движение капитала, а также эмиссию ценных бумаг на глобальные рынки».

Шелковый путь

Несмотря на определённый экономический регресс, Китай предпринимает ряд инновационных мер, направленных на развитие внутреннего положения экономики и укрепления интеграционных евразийских проектов. Имея стабильную экономики и политическую систему, можно заниматься и успешной внешней политикой.

«Один пояс, один путь» (объединение проектов создания «Экономического пояса Шёлкового пути» и «Морского Шёлкового пути XXI века)  — уникальный глобальный проект Китая и его партнеров.

«Один пояс, один путь» не содержит в себе идею создания зоны свободной торговли и не предусматривает обязательных соглашений между государствами. Вместо этого в основу положены намерения Китая использовать свои экономические ресурсы и дипломатические инструменты для осуществления инвестиций в инфраструктурные и экономические проекты, что должно обеспечить более тесную связь со странами Азии и Европы. Использование менее формальных механизмом придаёт проекту гибкость, разрешает Пекину максимально использовать свои экономические и политические возможности».

Конечным пунктом нового Шелкового пути является, скорее всего, Европа: как страны входящие в ЕС, так и вне его. Если внимательно проанализировать географию пути и провести исторические параллели с Великим Шелковым путем, который существовал на протяжении многих лет в древности, то конечный пункт очевиден – страны Европы. Кстати, тогда, столетия назад, инициатива создания этого пути принадлежала не европейцам (как многие думают), а именно китайцам. Они были заинтересованы в экспорте своего товара за пределы своих границ. Пока не началась Эпоха великих географических открытий, Великий шелковый путь был главной торговой артерией Евразии.

«Мы должны объединить усилия по углублению китайско-европейского сотрудничества с усилиями по созданию Экономического пояса Шелкового пути и, поставив перед собой цель создания крупного евразийского рынка, активизировать деловую активность населения и предприятий, мобилизовать финансовые возможности и внедрять передовые технологии, чтобы превратить Китай и ЕС в «спаренный двигатель» мирового экономического роста».

В настоящее время мы видим, как история повторяется. И для Китая, и для ЕС очень важно иметь хорошие торговые отношения. Проект «Один пояс — один путь» предполагает вовлечение не только стран Южной Азии, Восточной Азии, Юго-Восточной Азии, Центральной Азии, Средней Азии, но и  стран Европейского союза.

Цель поставлена очень амбициозно. Ранее уже отмечалось, что нельзя вышеуказанную инициативу рассматривать только как зону свободной торговли или просто как новую форму экономического сотрудничества — это не совсем так. Беспрецедентная идея, включающая в себя экономические инвестиции, которые КНР вкладывает в соответствующую страну, в ее инфраструктуру, в транспорт и т. д. А конкретная страна при этом может получить от такого сотрудничества солидные бонусы и дивиденды.

Как отмечают китайские авторы, существуют три основные цели для инициативы «Один пояс один пусть»: найти путь для глобального экономического роста в эру послефинансового кризиса, восстановление глобального равновесия, создание новой модели для региональной кооперации в 21-ом веке.

Для популяризации идеи нового Шелкового пути Китай и его партнеры практически ежемесячно проводит массу мероприятий как у себя, так и за рубежом, направленных на распространение и популяризацию этой уникальной инициативы. Так, например, в сентябре текущего года при медийной поддержки китайской газеты «Жэньминь жибао» в г. Дуньхуан  провинции Ганьсу, что на северо-западе Китая, прошел четвертый форум сотрудничества СМИ «Один пояс и один путь», который собрал более 300 участников из 127 стран, включая Украину. Следует отметить, что на этом форуме не было огромного количества западноевропейских СМИ, что свидетельствует о том, что ЕС присматривается к инициативе нового Шелкового пути, чего не скажешь об азиатских СМИ, которые были представлены солидно. Также аккуратны и США.

Китай и США

КНР и США в настоящее время, без сомнения, являются ключевыми странами в мировой экономике. Отношения между этими странами переживали взлеты и падения, периоды упадка и расцвета. «Начиная с 1785 года, когда первый американский корабль «Императрица Китая» пришвартовался в порту Кантона, и вплоть до наших дней посвящены сотни и сотни научных исследований и журналистских очерков, совершенно не поддающихся суммарному перечислению».

Генри Киссинджер, известный американский стратег и аналитик, а также идеолог налаживания отношений с Китаем в 70-х годах прошлого столетия, Генри Киссинджер в  книги «О Китае», признавая специфичность действий китайцев на международной арене, отмечал, что Китай никогда не снисходил до длительного общения с другой страной на принципах равенства, ведь ему никогда не встречались общества, сравнимые с ним по культуре и величию. Тот факт, что китайская империя возвышалась над всеми в своем географическом районе, принимался, по сути, как закон природы, своего рода мандат Неба. Для китайских императоров этот мандат отнюдь не означал неизбежно враждебных отношений с соседними народами, как правило, все обстояло по-другому. Как и Соединенные Штаты, Китай верил в свою особую миссию.

Пожалуй, верят в этой обе страны и сейчас, несмотря на многочисленные разногласия политического, экономического и военного характера. Камнем преткновения между двумя странами остаётся северокорейская проблема. После прихода администрации Трампа к власти в США, а также в связи с увеличением количества ядерных испытаний и провокаций со стороны КНДР, ситуация резко обострилась. Всё больше и больше как из уст официальных лиц Пентагона, так и представителей северокорейского режима звучит агрессивная риторика по отношению друг к другу.

Главная проблема для США и Китая состоит в том, что никто не может контролировать северокорейскую ядерную программу. Она представляет реальную угрозу практически для всего мира. Есть два варианта развития ситуации – военный и дипломатический. Последний не дал никаких результатов и вопрос остается нерешенным, так как нет уверенности в том, что КНДР прекратит разработки ядерного оружия.

МИД Китая регулярно акцентирует внимание на том, что вопрос с КНДР должен решаться исключительно дипломатическим путем. Пекин выступает гарантом возобновления шестисторонних переговоров (переговоры по ядерной программе КНДР с участием Китая, США, России, Южной Кореи и Японии), чтобы избежать военного сценария.

Военный путь крайне опасен. Он приведет ко второй корейской войне и серьезным геополитическим столкновениям. И если Трамп решится на превентивный военный удар, то это может сильно ухудшить отношения США и Китая. Исторически Пекин является союзником КНДР и пассивно смотреть на такие действия Вашингтона не будет.

Никто в мире уже не сомневается в том, что у КНДР есть ядерное оружие. В этом вся сложность. Трамп накануне своего государственного визита в Китай в ноябре текущего года обвинял Поднебесную в сложившейся на корейском полуострове ситуации. Однако во время и после визита риторика Трампа несколько смягчилась не только по вопросу КНДР, но и по всему спектру двухсторонних американо-китайских отношений.

Президент США стал прагматичным и аккуратным в высказываниях по отношению к Китаю, который, в свою очередь, в последнее время не использовал жесткую риторику в адрес Вашингтона, лишь изредка ограничиваясь резкими дипломатическими комментариями и заявлениями.

Подобное поведения Китая на внешнеполитическом поле объяснимо, так как ещё в 2013 нынешний лидер Китая Си Цзиньпинь выступил с инициативой  о создании сообщества единой судьбы человечества. По сути, эта и другие инициативы Китая на международной арене являются выражением китайского видения современной глобализации, где взаимное уважение суверенитета, отказ от милитаристской риторики и взаимовыгодное экономическое сотрудничество являются основой для мировой стабильности и порядка.

Китай и Украина

Безусловно, Украина не является сейчас приоритетом для внешней политики Китая. Причин тому много: географическая отдаленность, отсутствие единого центра в Украине для коммуникации с Китаем, украинская политическая и законодательная нестабильность и т.д.

В некоторых случаях это может быть следствием украинской политики декоммунизации, создающей лишние проблемы во внешней политике. Так, например, коммунистическая идея доминирует в таких странах, как Китай, Вьетнам, Куба, и это, возможно, мешает нынешней украинской власти выстраивать с ними полноценные отношения.

«Необходимо признать, что в современной украинской политической среде есть достаточно сил, которые вследствие собственной необразованности предвзято относятся к «коммунистическому Китаю». Таким образом, «домашним заданием» для украинской элиты является преодоление устарелых представлений о Поднебесной, которые остались со времен «культурной революции» в Китае.

Китайцы хорошо ориентируются в происходящем в Украине и знают о конфликте с Россией. Конечно, они пытаются не затрагивать эту тему, но выступают за то, чтобы Китай развивал отношения и с Украиной, и с Россией. Китайцы и дальше заинтересованы инвестировать в Украину, но их пугают три вещи – постоянное изменение законодательства, смена политических режимов и чрезмерная коррупция. Они не понимают, почему ее нельзя побороть или хотя бы уменьшить. В самом Китае за экономические преступление, включая коррупцию, давно не расстреливают тем не менее наказания за подобные деяния довольно строгие, и в последние годы там ведется беспрецедентная борьба с ней.

Является ли Китай важным для Украины партнером? Конечно, является. Приведем лишь некоторые аргументы. За последнее время Председатель КНР Си Цзиньпинь провел разговор с президентом Украины Петром Порошенко в Вашингтоне на Саммите по безопасности, в январе прошлого года Ли Кецян провел дружественную встречу с президентом Порошенко на Форуме в Давосе. Дружественные контакты на высшем уровне между двумя странами и общий консенсус относительно необходимости углубления стратегического сотрудничества между Китаем и Украиной направляют развитие отношений между странами и углубляют сотрудничество во всех сферах.

Китай является постоянным членом Совета безопасности ООН. Это означает, что любое голосование по проукраинским документам в ООН зависит, в том числе и от Китая как от важного геополитического игрока.

Важен Китай для Украины и с экономической точки зрения. Так, например, сейчас практически 80% экспорта всей украинской агропродукции в Китай занимают две товарные группы — масло и фуражная кукуруза. Остальное приходится на муку, рапсовое масло. Украинские компетентные органы ведут с контролирующими органами КНР большую работу, и в будущем мы надеемся значительно расширить этот перечень.

Совсем недавно Госагентство автомобильных дорог Украины «Укравтодор» и китайская государственная компания Sinohydro Corporation Limited заключили в Киеве контракт на реконструкцию объездной дороги вокруг города Житомир, которая является важным участком трассы международного значения М-06, соединяющей украинскую столицу с венгерской границей.

Украинско-китайские отношения  также могут быть важны в контексте нового «шелкового пути». Например, украинские морские порты могут представлять интерес для глобального китайского проекта о возрождении нового «шёлкового пути» в новых реалиях.

5471 километр — это протяженность нового Шелкового пути от Китая до Украины. Маршрут, который интересен для нашей страны и с геополитической, и с экономической точки зрения, начинается с КНР, потом — через Казахстан, Каспийское море, Азербайджан, Грузию, Черное море и заканчивается в украинском порту Черноморск (бывший Ильичевск). А дальше идет в Европу.

Имеющийся потенциал необходимо развивать, возможно, путем создание новых инициатив двухстороннего сотрудничества. Интересна идея известного украинского философа и директора института «Новая Украина» Андрея Ермолаева о создании Шелкового плана для Украины. «Я считаю, что исторически Украине было бы гораздо перспективнее реализовывать не западный план Маршалла, вокруг которого много мистики и мифов, а Шелковый план. Он дал бы дополнительные возможности Украине, которая всегда себя мыслила страной, связующей Запад и Восток, в рамках стратегии объединения большого континента. Это соответствует пониманию Китая того, каким должно быть Европейское и Азиатское пространство и какую роль должны играть страны, которые в силу своего положения и идеологии могут быть их партнерами по этой связи. Важно и то, что, по моему глубокому убеждению, только Китай сейчас мог бы стать для Украины главным партнером по реиндустриализации страны. Россия еще долго будет самоутверждаться на украинском кризисе и его плодах, а Запад мало беспокоит будущее украинской промышленности, науки и технологий. Ведь они сами импортируют в Украину, выстраивают «потребительские пирамиды» и заинтересованы в выгодном сырьевом экспорте (в т. ч. продовольственном с низкой добавленной стоимостью). В основе идеи «Шелкового плана для Украины» лежит стратегическое партнерство и участие, помощь Китая в новой реиндустриализации нашей страны.

В любом случае в современных сложных общественно-политических условиях все благоразумные идеи, инициативы и мысли, которые связаны с развитием двухсторонних отношений между Украиной и КНР должны рассматриваться и поощряться.

В последние годы наблюдается резкое увеличение сотрудничества между нашими странами в экономической, политической, гуманитарной и культурной сферах. Украина и Китай рассматривают друг друга как взаимовыгодного партера, способного выстроить долгосрочную кооперацию по различным направлениям. К сожалению, в украинских СМИ уделяются не так много внимания китайско-украинским отношениям.

Наряду с Францией, Германией, Россией и США, Китай в ближайшие годы будет важным геополитически активным игроком. Когда в США и Франции проходили президентские выборы – у нас все за ними следили, так же, как и за парламентскими выборами в Германии. Сейчас все следят за президентской компанией в России, но никто не знает, что реально происходит в политической жизни Китая. И это при том, что Китай является вторым партнером Украины по значимости товарооборота. В Украине на государственном уровне мало занимаются изучением внутриполитической ситуации этой страны, этим и объясняется неоправданно незначительное внимание к Китаю со стороны официальных должностных лиц Украины.

Системность, профессионализм, стабильность в работе — это то, что китайцы исторически ценят в других нациях. Вот когда у нас это будет, тогда Китай в большей степени проявит интерес к Украине.

Андрей Бузаров

Источник

Print Friendly, PDF & Email