Когда революция в Украине состоялась, новое руководство страны тут же бросилось заниматься реформами, чего так настоятельно от них требовали народ Украины и мировая демократическая общественность. Руководство страны за последние два с половиной года уже не раз сменилось, но курс на реформы оставался неизменным. О них, о реформах, новый государственный аппарат не переставал говорить ни днем, ни ночью. Однако, несмотря на такое количество разговоров нашего аппарата, увидеть нам пришлось только две реформы, которые, честно говоря, лучше бы нам и не видеть.
В столь удручающих обстоятельствах слушать целый год о достижениях новых полицейских – при том, что в стране начался страшный разгул преступности, – могли только полные идиоты, которых в Украине уже совсем не осталось.
Первая реформа коснулась полицейских структур, да что там коснулась – вывернула наизнанку. Ну, аппарат шумел год, шумел, отчитывался перед народом о блестящих результатах реформы, отчитывался, но вскоре это уже настолько всем надоело, что аппарат, наконец, принял мудрое решение заткнуться. У людей имелась насущная потребность ощутить качественное улучшение уровня их жизни, ради которого и делали они революцию. Улучшение, однако, не наступало, а вот стремительное падение всех показателей стабильного экономического развития не заставило себя долго ждать. В столь удручающих обстоятельствах слушать целый год о достижениях новых полицейских – при том, что в стране начался страшный разгул преступности, – могли только полные идиоты, которых в Украине уже совсем не осталось. Даже самые последние забулдыги перестали пить и начали отдавать себе отчет в происходящем. Единственными гражданами, пребывающими в счастливом неведении о печальной реальности, были сотрудники нашего государственного аппарата, продолжавшие отчитываться о блестящих результатах проделанных ими реформ.
Однако полицейская реформа была первой и, так сказать, пробной. На ней наш аппарат оттачивал умения и формировал навыки реформаторства. А вот вторая реформа просто вскрыла злонамеренность наших чиновников. Они решили разобраться с тарифами и сделать их… справедливыми. Да-да, именно это слово руководство аппарата использовало для описания того, какими станут наши тарифы. Тарифы повышали быстрее, чем Гагарин летел в космос, называя проделанное реформой, которая, наконец, приведет украинский народ к полной справедливости. Завершив реформу, вчерашние революционеры поспешно скрылись от народа в государственном аппарате. Все здания, где сидит наш аппарат, сегодня охраняют от нас – от народа – так, как не охраняют самые секретные военные американские базы в Афганистане. Там и автоматчики есть, и пулеметчики, и броневики железные стоят наготове в глубине двора с пушками заряженными, и ракеты у них, наверное, есть, и гаубицы – все для того, чтобы народ обезумевший не мешал аппарату работать над новыми справедливыми реформами.
Даже после всех проделанных повышений, тарифы в Украине все равно ниже рыночной цены поставляемой нам воды, энергии, тепла и т.д.
Ладно, все это – лирика революционная о справедливости человеческой, то есть вопрос вечный, а посему – нерешаемый. Давайте все же обратимся к финансовым размышлениям о тарифах в Украине. Действительно, тарифы в нашей стране оставались самыми низкими в мире, даже в соседней России они были намного выше, хотя природных ресурсов там имеется много. Еще хуже тот факт, что даже после всех проделанных повышений, тарифы в Украине все равно ниже рыночной цены поставляемой нам воды, энергии, тепла и т.д. По большому счету повышение тарифов только компенсировало производителям коммунальных услуг падение национальной валюты – гривны, ведь они покупают сырье за границей за валюту. К тому же сегодня цены на энергоносители в мире находятся на самом дне, из которого, кстати, они стали выкарабкиваться. Такое уже было в 2009 году, когда цена нефти рухнула до 40 долларов за баррель, но спустя всего два года весь мир корчился от нефтяной боли по 100 долларов за баррель. Что произойдет с тарифами на Украине, когда цены на энергоносители повысятся, – неясно. А что будет, если еще раз упадет гривна? А что будет, если произойдет и то, и другое одновременно?
Скажем больше, мы не уверенны, что построить новые электростанции мы вообще сможем, скорее наоборот – точно не сможем.
Вся украинская инфраструктура, которая поставляет нам коммунальные услуги, была построена коммунистами, то есть очень давно. Электростанциям нашим лет этак по пятьдесят, теплоцентралям – тоже, водоканалы строились в 60-ых. В независимой Украине строили лишь капитализм – то есть магазины, банки, торговые центры. Никаких теплоцентралей независимая Украине не строила. Но все, что у нас есть, уже выработало свой ресурс. Это вопрос времени, небольшого времени, прежде чем все это надо будет строить заново. Стоимость возведения новой инфраструктуры, особенно для нашего нищего государства, будет просто космической. Нам таких денег даже и не снилось. Скажем больше, мы не уверенны, что построить новые электростанции мы вообще сможем, скорее наоборот – точно не сможем. Новую электростанцию нам придется заказывать у французов или американцев. Новая теплоэлектроцентраль, к примеру, для Киева, построенная американцами, будет, очевидно, стоить больше, чем все банки и торговые центры, построенные за все годы независимости. Откуда мы возьмем такие деньги? Так сколько мы должны платить за горячую воду? Неправильно вы ставите вопрос. При таком государственном аппарате, какой мы имеем сейчас, правильным будет другой вопрос – где вообще через 10 лет мы возьмем горячую воду?
