Депутаты фракций «Самопомич» и «Батькивщина», а также группы «Свобода», «Демократический Альянс», «Народный Контроль» и «Воля» потребовали от парламента немедленного рассмотрение закона об импичменте. А вместе с ним еще целого ряда законодательных инициатив – принятие закона о временных следственных комиссиях, переход к пропорциональной системе голосования с открытыми списками, об изменениях порядка снятия неприкосновенности депутатов и судей, об отмене депутатской неприкосновенности.
И не будь этой побиваемой камнями неприкосновенности, власть обязательно закатает в асфальт молодые побеги нашей демократии.
Казалось бы, если столько партий и фракций активно поддерживают все эти инициативы, значит вопрос о принятии закона превращается в механическую процедуру. Но так лишь кажется. Ведь эти вопросы актуальны еще со времен Кучмы – каждый раз на стороне перемен почти весь состав парламента. Однако в самый последний момент обычно все срывается. Снятие неприкосновенности – вопрос обоюдоострый и для власти, и для оппозиции. Как, впрочем, и об отмене неприкосновенности. Вот и получается, что в день голосования депутат, гневно обличавший коллег в стремлении прятаться за неприкосновенностью, вдруг осознает, что данная неприкосновенность – единственная гарантия защиты неугодного власти парламентария. И не будь этой побиваемой камнями неприкосновенности, власть обязательно закатает в асфальт молодые побеги нашей демократии.
Исключение в списке инициатив – пропорциональная система. В чем в чем, а в избирательных реформах и замене мажоритарки партийно-пропорциональной системой и наоборот мы за 30 лет перестройки и независимости поднаторели. Введенная еще при советской власти мажоритарка рассматривалась тогда как очевидно позитивное явление. Ибо «власть народам, но не партиям» – так учили нас Михаил Сергеевич и его команда реформаторов. Впрочем, спустя лишь несколько лет выяснилось, что именно мажоритарная система является рассадником коррупции. Честные ведь партии – денег брать ни-ни. А вот мажоритарщики – что им терять. С тех пор мы и меняем формат парламента. Исправно, как часы, каждые десять лет – от борьбы с диктатурой к борьбе с коррупцией. Толку, правда, ноль, зато копьев наломано.
Лично мне иногда кажется, что мажоритарка – это такой способ вовлечения предпринимателей в преступную, точнее, политическую деятельность. Живет себе человек, никого не трогает, занимается бизнесом, в политические партии не стремится, считает их преступными бандами. А вот защищать свой бизнес-интерес уже пора, да и соседям помочь хочется. Вот для таких и придумана система. Только все это оказывается временным. Не успеет новоиспеченный избранник усесться поудобней в новое кресло – все снова меняется. Счастливый билет и неприкосновенность снова дают только партийным. А посему человек, пришедший в парламент как мажоритарщик в поисках личной свободы и интереса жителей округа, становится заложником перемен. То есть идет в партии – туда, куда ему меньше всего хотелось. Мир жесток даже к депутатам.
Кстати, в отношении чемоданов мы превзошли все ожидания МВФ, поставив под сомнение знаменитый «план Кока-Кола», суть которого сводится к разграблению стран третьего мира под соусом инвестиций в инфраструктуру.
Поэтому далеко не факт, что все законы из предложенного списка будут приняты. Полагаю, все снова ограничится отменой мажоритарки. Ведь быть за импичмент – это хорошо, но лишь до тех пор, пока продолжатель дела беглого депутата Онищенко не принес новый чемодан. Кстати, в отношении чемоданов мы превзошли все ожидания МВФ, поставив под сомнение знаменитый «план Кока-Кола», суть которого сводится к разграблению стран третьего мира под соусом инвестиций в инфраструктуру. При этом пишется крайне оптимистическая смета, а средства разворовываются. В итоге страна оказывается по уши в долгах, а построенные на кредитные деньги объекты приватизируются по бросовым ценам концессионерами МВФ. Эта схема отлично отработала в Африке, Азии, Латинской Америке, а вот в Украине споткнулась. Мы стали единственной страной, где кредиты на реформы разворовываются еще на этапе голосования за них в парламенте и дело даже не доходит до инвестирования во что-либо, кроме натягивания рабицы на «европейский вал». То есть приватизировать оказывается попросту нечего.
Однако невозможность проголосовать за эти, пускай даже самые популистские, законы – вовсе не признак того, что парламент бездельничает. Он работает. Еще и как. Вот, например, был принят закон, позволяющий признать Героями Украины иностранцев из числа членов Небесной Сотни. И это правильно. Ведь как говорят у модные в наше время неоязычники, мы народ до тех пор, пока с нами мертвые. Пускай они и иностранцы.
