Генпрокурор Украины Ирина Венедиктова в эфире ток-шоу «Свобода слова Савика Шустера» на канале «Украина» 14 мая рассказала, чем руководствовалась сторона обвинения, когда просила залог в 300 млн грн в качестве альтернативы аресту для нардепа от «Оппозиционной платформы – За жизнь» Виктора Медведчука, подозреваемого в государственной измене.

Венедиктова отметила, что в Уголовном процессуальном кодексе Украины есть пять видов преступлений, подозреваемым в которых может быть избрана безальтернативная мера пресечения в виде ареста без залога. Она предложила нардепам внести изменения в законодательство, чтобы к этому перечню добавились преступления против нацбезопасности.

«Почему такой залог? Друзья, а как написано в УПК? Мы же понимаем, что кто-то возмущен, а кто-то возмущен по-другому: «Как они вообще посмели, подозрения-залоги… Да как же так?» […] Снова же, УПК. Что там о залогах? От 80 до 300 прожиточных минимумов. Друзья, это очень мало. Я попросила 132 тыс. прожиточных минимумов. И сторона защиты говорила: «Что это за залог? Активы заблокированы, счета заблокированы. Почему он такой большой?» Мы не просто его выбрали. Мы понимали, что если суд пойдет на наш залог, потом будет апелляция – и мы двигаемся дальше», – сказала она.

Генпрокурор отметила, что сторона обвинения руководствовалась суммой ущерба, имущественным состоянием подозреваемого и тяжестью преступления, которое ему инкриминируют.

«Чем руководствовались прокуроры? 38 млрд – ущерб. Мы просили более-менее десятую часть. Мы исходили из имущественного состояния подозреваемого – то, что мы понимаем, он мог себе позволить. И мы исходили из тяжести преступления. Если мы говорим о государственной измене, мы должны говорить не о каком-то минимальном прожиточном минимуме… Опять же, мы оставили это суду. Потому что если бы мы не вписали размер залога [в ходатайство об избрании меры пресечения], могли бы увидеть минимальный залог, который, возможно, сторона защиты могла бы основательно в суде доказать», – сказала она.

Print Friendly, PDF & Email