Что ж, мир получил новый масштабный кризис. США возобновляет жесткие экономические санкции против Ирана (среди которых, кстати, запрет на покупку иранской нефти) и обещает добавить к ним новые. Иран в ответ обещает, в случае, если соглашение перестанет действовать, возобновить обогащение урана в больших, чем до этого, масштабах. Европа — Франция, Германия и Великобритания осудили решение Трампа и заявили, что будут придерживаться своих обязательств по соглашению. Россия и Китай тоже. Таким образом, США не поддержал никто из подписантов соглашения (постоянные члены Совета Безопасности ООН и Германия). Зато поддержали Израиль и Саудовская Аравия — давние и принципиальные соперники Ирана в регионе.
Сейчас невозможно с уверенностью сказать, чем все это закончится. Прогнозов, особенно пессимистических, хватает, и проверить их можно будет не скоро. Но что очевидно?
Европа не знает, что делать в таких ситуациях
Несмотря на то, что Дональд Трамп давно, еще во время своей предвыборной кампании выражал недовольство ядерным соглашением с Ираном и обещал его отменить или пересмотреть, решение США, конечно, нельзя называть личной прихотью их президента. Действия, угрожающих масштабным кризисом с неопределенными последствиями (вплоть до войны с восточной страной с 80-миллионным населением), не принимаются в США единолично (да и вообще нигде так не принимаются). Очевидно, что должна быть очень уважительная причина, по которой американский политический истеблишмент решился “рвать” ядерное соглашение с Ираном в условиях, когда главные союзники США в мире (Европа) категорически против.
Эта причина тоже очевидна: угроза получения Ираном ядерного оружия. Режим нераспространения трещит по швам. Так уж получилось, что больше всего от этого болит голова у США. Конечно, в Европе или где-то тоже не хотят, чтобы эта зараза расползалась по миру, но делать что-то практически приходится прежде всего американцам. Поэтому Трампа можно понять. Сколько пришлось “попотеть”, чтобы унять ядерные амбиции КНДР (да и то не полностью), а тут новая прогблема вырисовывается, и посерьезнее. Иран — не КНДР. Он гораздо больше по количеству населения, имеет более мощную в плане мобилизации людей идеологию (мировую религию), находится в регионе, где сосредоточена львиная доля энергоресурсов для всего мира. И все это очень близко к Европе. Иран с ядерной бомбой — это ужас для всего мира. Когда Тегеран, как Пхеньян, начнет ядерные испытания и запуск ракет, способных нести ядерные заряды, будет уже поздно вводить санкции.
Но разве этого не понимают в Берлине или Париже? Да понимают, конечно. Но Европа, откровенно говоря, просто не знает, что делать в таких ситуациях, у нее нет инструментов и рычагов влияния. Нет мощной военной силы, нет доминирования в мировой экономике, нет даже полного единства внутри европейского общества.
Даже когда Иран открыто заявит, что создает ядерное оружие или, тем более, что уже им располагает — чем ответит Европа? А нечем ей ответить! Что противопоставила Европа России, когда та начала открытую агрессию в Украине в 2014 году? Ограниченные экономические санкции, которые никак не заставили Россию прекратить агрессию и которые сами европейцы хотели бы отменить, чего и не скрывают, довольствуясь обещаниями России больше так не делать. Ведь это очевидно: Россию сейчас, как и 30 или 60 лет назад, сдерживают США, их экономическая и военная сила, а не Франция или Германия, вся Европа вместе. Без США Европа бессильна перед Россией, и даже перед Ираном, если тот будет иметь ядерное оружие.
Европа объективно зависима от США, но при этом очень хочет быть с американцами на равных, как партнеры, союзники, но независимые. Геополитических амбиций — оправданных и не очень – в главных европейских столицах хватает. Поэтому, в общем, ничего удивительного, что европейцы не хотят выходить из ядерного соглашения, то есть делать резкие шаги тогда, когда возможные тяжелые последствия могут быть где-то в неопределенном будущем. Когда не знаешь, что делать, лучше ничего не делать — этот нехитрый принцип в основе нынешней политики Европы в отношении Ирана. И следовать за Трампом во всех его инициативах (иногда и действительно рискованных) тоже не хочется.
Кроме того, нельзя не сказать, что в данной конкретной ситуации поведение европейцев тоже имеет свою логику. До создания Ираном собственного ядерного оружия еще очень далеко, а значит еще есть время для выработки эффективной политики в отношении Ирана. Разве это единственный путь — жесткие санкции и выход из сделки? Соглашение, хоть оно и действительно не дает 100% гарантии, что Иран не получит ядерного оружия (в Европе это понимают), все-таки сдерживает иранскую ядерную программу, а расторжение соглашения может привести к тому, что Иран будет выполнять ее бешеными темпами, и никакие санкции его не остановят.
Иран и Израиль уже воюют
Гораздо больше очевидности и понятности в той части кризиса отношений с Ираном, где присутствует Израиль.
Израиль и Иран — смертельные враги. Уничтожение государства Израиль — цель официальной государственной политики Ирана. Все, что наносит Ирану любой ущерб, израильтяне приветствуют. И сами, конечно, пытаются это делать. Иран и Израиль не имеют общей границы, и до сих пор эта вражда была ограничена сферой дипломатии, деятельности спецслужб, максимум – военными столкновениями Израиля с группировками, за спиной которых стоит Иран (Хезболла). Война в Сирии, где Иран воюет в союзе с режимом Асада, привела к тому, что на границах Израиля появились уже иранские военные силы, а потому непосредственное военное столкновение между Ираном и Израилем стало неизбежным. Одним словом, война!
Эта война уже идет. Израиль периодически бьет ракетами и бомбами по иранским военным базам на территории Сирии. Он не собирается ждать, пока иранская военная мощь на территории Сирии, то есть — на границах Израиля, станет сопоставимой с израильской, и наносит удары на опережение, открыто предупреждая мир, что не потерпит присутствия Ирана в Сирии. Иран терпит эти удары, потому его военные возможности пока существенно отстают от израильских. Однако в ночь на 10 мая иранские военные в Сирии обстреляли ракетами Голанские высоты, занятые израильтянами (кстати, с войны 1973 года там Израиль никто не атаковал), и через несколько часов израильская авиация нанесла удар по полусотне объектов в Сирии, и по иранцам, и сирийским средствам ПВО.
Война — дело серьезное и требует союзников. Поэтому Израиль приветствует действия США в отношении Ирана. Поэтому премьер-министр Израиля Нетаньяху летит в Москву 9 мая и на Красной площади мы его видим рядом с Путиным и с георгиевской лентой, и все это ради нейтралитета России в израильско-иранской войне. И ради этого на грудь не то что георгиевскую ленту, а значок с профилем Путина приколешь! Впрочем, вряд ли Нетаньяху откупится таким мелочью, из него Кремль вытянет и что-то посущественнее, только мало кто об этом узнает.
Итак, новая война на Ближнем Востоке стала, по сути, фактом. Как будут действовать США в отношении иранской ядерной программы, как Иран ответит на выход США из соглашения, как Европа, Китай и Россия смогут сохранить соглашение без участия в нем США — все это дело будущего, хоть и недалекого. А сегодня имеем войну, и утешимся, что она не ядерная, не мировая и даже не масштабная. Но все это, к сожалению, тоже возможно в будущем.
Юрий Сандул
