Новоизбранный президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин после вступления в должность провел телефонные беседы с важнейшими соседями. Сразу за обязательным первым звонком в Белый дом последовали переговоры с Председателем КНР и премьер-министром Японии. Насколько известно, главной темой были перспективы обеспечения безъядерного статуса Кореи, что подразумевает отказ КНДР от имеющегося у нее ядерного оружия.
В ходе предвыборной кампании Мун, как мы сообщали ранее, высказался в пользу налаживания отношений с северной половиной Кореи. Он даже обещал посетить Пхеньян прежде, чем нанесет ритуальный визит в Вашингтон.
Собственно говоря, это как раз тот шаг, которого уже почти 70 лет безуспешно добивается Пхеньян. Еще первый руководитель КНДР Ким Ир Сен лет сорок назад выдвинул идею создания Конфедерации Корё — гибкого объединения двух частей разделенной страны. Оно позволило бы каждой из них, не отказываясь от исторически сложившегося общественно-политического строя, извлекать пользу из тесного сотрудничества. Такая конфедеративная форма способствовала бы сохранению и развитию национальной культуры и укреплению единства корейской нации. Со временем, вероятно, наличие доброй воли с обеих сторон могло бы привести к полному объединению страны на тех или иных единых началах. Этот план тогда в Сеуле не стали даже рассматривать: он явно не устраивал ни диктаторский режим генерала Пак Чжон Хи, ни его американских покровителей.
Сейчас, разумеется, речь не идет о выработке форм объединения. Первая и главная задача внутрикорейских переговоров — обеспечение мира между двумя сложившимися на полуострове государствами, создание гарантий против вполне вероятного военного конфликта, гибельного для всей нации. После этого, возможно, обе стороны начнут искать непростой и длительный путь к восстановлению в перспективе национального единства. В любом случае диалог между самыми заинтересованными сторонами — двумя частями Кореи — необходимый элемент установления мирных отношений, первый шаг к тому, чтобы заложить основы добрососедства.
Что сказал по этому поводу Д. Трамп, пока неизвестно. Китай, как можно предполагать вполне уверенно, должен поддержать такую позицию Сеула. КНР, ближайший союзник и главный торговый партнер КНДР, в то же время уже много лет поддерживает активные экономические связи с Южной Кореей. Поэтому Пекин заинтересован в смягчении напряженности на Корейском полуострове, угрозы же своим интересам в диалоге Сеул—Пхеньян он не усматривает. Напротив, постоянные трения между двумя частями Кореи, подогреваемые Соединенными Штатами, угрожают втянуть Китай в нежелательный военный конфликт.
Несколько неожиданно противником диалога выступил официальный Токио. Оттуда последовало заявление о том, что сам по себе диалог «не нужен». Нужно разоружение КНДР — на что, конечно, Пхеньян не согласится. Во всяком случае, без предварительных серьезных переговоров, которые помогли бы выработать гарантии безопасности обеих сторон. Отказ от ядерного оружия, созданного напряженным трудом всего народа КНДР, предполагает веские гарантии сохранения суверенитета страны и ее прочной безопасности.
Позицию Токио можно понять лишь в том случае, если учитывать усилившиеся в последнее время военные амбиции правительства С. Абэ. Он только начал легализовать японские вооруженные силы, запрещенные послевоенной конституцией, и намерен в близком будущем пересмотреть 9-ю статью Основного закона, которая запрещает Японии воевать и иметь средства ведения войны. Напряженность в Корее — наиболее удобный предлог для наращивания сил и превращения Японии в сильную военную державу. А мирный диалог между Сеулом и Пхеньяном грозит лишить Токио столь выгодного предлога и поставить под вопрос его планы наращивания собственных вооруженных сил и вооружений.
