Президент Дональд Трамп говорит, что недоволен чрезмерной стоимостью американского боевого самолета F-35 — этого «пришельца из будущего». Однако президент не упоминает о другом важном недостатке: самолет может оказаться уязвимым для кибернетических атак, а в итоге пострадают военнослужащие.

Остроносый Ф-35Б «Молния-II» (F-35B Lightning II) оглушительно грохочет, разогревая свой двигатель, стоя посреди взлетной полосы на воздушной базе Военно-морского флота возле реки Патаксент на южных землях штата Мэрилэнд. Внезапно грохот сменяется ревом, самолет оживает, пробегает по бетону всего-навсего сто метров, резко взмывает ввысь и тонет в лазурном зимнем небе над Чесапикским заливом. Спустя немного времени машина возвращается в поле нашего зрения, замедляет полет, замирает в воздухе над посадочной полосой, подобно геликоптеру, а затем отвесно и мягко опускается наземь.

Пилотирует «Молнию» летчик-испытатель из Корпуса морской пехоты США. Служи этот летчик в американских Военно-воздушных силах или Военно-морском флоте, ему досталась бы иная модель, а не этот новехонький, долгожданный истребитель, способный взлетать и приземляться на любом «пятачке». Правда, у несколько иной модели имелись бы свои ничуть не менее полезные особенности. Вот почему генерал-лейтенант ВВС Кристофер Богдан (Air Force Lieutenant General Christopher Bogdan), ведающий покупкой Ф-35, принес в декабре 2016-го на встречу с Дональдом Трампом три пластиковых модели этого нового реактивного истребителя.

Высоченный Богдан, бывший летчик-испытатель, говорит резким, повелительным голосом. В 2012 году он взялся сотрудничать с корпорацией «Локхид-Мартин» (Lockheed Martin Corporation), крупнейшим оборонным подрядчиком в США, производящим боевые самолеты. За девять дней до встречи с Богданом Трамп назвал его программу «неуправляемой» (out of control), и генерал-лейтенант хорошо понимал: во время беседы на вилле в Мар-а-Лаго новоизбранный президент поставит его в затруднительное положение. Однако Богдан отнюдь не предполагал, что Дональд Трамп захочет блеснуть и собственными познаниями в летном деле. «Трамп с гордостью рассказывал о своем личном «Боинге-757, — говорит Богдан, — Всё, относящееся к авиации, чрезвычайно занимает президента — об этом он упомянул при первой же нашей встрече».

В Палм-Бич (штат Флорида), на роскошной вилле, выстроенной еще в «эпоху джаза», Богдан рассказывал Трампу о том, какими сверхсовременными электронными устройствами оснащен Ф-35 и насколько он незаметен противнику. Трамп выслушал весьма внимательно, и все же на следующий день опять выступил по «Твиттеру», сетуя на «чудовищную стоимость самолета, которая оказалась намного выше намечавшейся». К немалому изумлению Богдана, перед инаугурацией Трамп дважды звонил ему по телефону, заставая генерала в Арлингтоне (штат Вирджиния), в одной из пристроек Пентагона, где находится служебный генеральский кабинет. Трамп сообщал о дошедших до него слухах: летными качествами Ф-35 уступает истребителям, состоящим на вооружении сегодня. Богдан поспешил заверить новоизбранного президента, что подобные россказни — «мифы», «дезинформация» или, в лучшем случае, «устаревшие сведения» и принимать их всерьез незачем.

30 января, на десятый день после инаугурации, Трамп заметно сменил тон. Президенту поставили в заслугу то, что последняя партия выпущенных истребителей — 90 машин — обошлась Америке на 600 млн долларов дешевле. Трамп заявил репортерам: Ф-35 — «замечательный самолет». Ф-35 сделался после этого символом Трамповской деловой сноровки. Обращаясь 28 февраля к участникам объединенного заседания Конгресса, президент с удовольствием отметил: «я сберег налогоплательщикам сотни миллионов долларов, снизив цену этого нового технического чуда, истребителя Ф-35».

Но в действительности, благодаря переговорам Богдана с «Локхидом», стоимость снизилась бы независимо от президентского вмешательства или невмешательства. А Ф-35, невзирая на снижение стоимости, по-прежнему остается едва ли не самым дорогим военным приобретением за всю историю США. Восторги Трампа отвлекают внимание общественности от гораздо более важного вопроса — о летных качествах нового истребителя. Пентагон упорно твердит: вопреки многолетним инженерным трудностям, Ф-35 оправдал надежды. Скептики же — и военные и штатские — говорят, что Ф-35 оказался ошибкой, на которую в Америке ушло два десятка лет и триллион долларов.

Именно стремление создать модель Ф-35 — ту самую, что я видел на взлетной полосе у реки Патаксент, способную подниматься в воздух после кратчайшего разгона и приземляться отвесно, — заставило США заняться в 1980-е гг. разработкой нового истребителя. Корпус морской пехоты заказал Управлению передовых оборонных исследовательских проектов (DARPA) — технической службе Пентагона — улучшенную версию «Харриэра» (Harrier), истребителя, изначально разработанного британцами, способного к вертикальной посадке и склонного нежданно разбиваться. Согласно сведениям из Пентагона, DARPA негласно попросила о помощи научно-исследовательскую службу «Локхид-Мартина», известную в народе как «Скунсовы Мастерские» (Skunk Works). К началу 1990-х сотрудничество DARPA и Скунсовых Мастерских породило предварительный инженерный замысел, а Корпус морской пехоты начал требовать у Конгресса денег на его осуществление. ВВС и ВМФ США также объявили: нам требуются новые сверхзвуковые истребители, незаметные для радаров противника, способные заменить устаревшие модели времен «холодной войны». После шумных споров сошлись на следующем: тысячи сверхсовременных истребителей возможно создавать, лишь построив базовую модель и внося в нее изменения согласно требованиям тех или иных родов войск.

«Это было единственной приемлемой программой по созданию тактического «самолета будущего», — говорит Фрэнк Кендалл (Frank Kendall), старший сотрудник Пентагона, ведавший закупками вооружения при Клинтоне и Обаме. — Иной программы не существовало».

В 2001 году Пентагон объявил, что «Локхид» победил в пятилетней борьбе с «Боингом» за право разработать и построить Ф-35. Подряд рассчитывался на тридцать лет и оценивался примерно в 200 миллиардов. «Локхид», чьи промышленные сооружения находятся в предместьях Бетесды (штат Мэриленд) неподалеку от Капитолия и Пентагона, должен был собирать новые истребители в Форт-Уэрте (Fort Worth), на заводе, растянувшемся на целую милю и выпускающем боевые самолеты с 1942 года. Помимо Ф-35Б, способного совершать вертикальную посадку и предназначенного для нужд морской пехоты, намечался выпуск еще двух истребителей. Ф-35А отвечал требованиям ВВС, а взлет и посадку осуществлял привычным способом, а Ф-35С готовился для авианосцев Военно-Морского Флота США — особо выносливый с широкими складными крыльями, долговечным шасси и тормозным хвостовым гаком.

Ф-35 не просто позволял американским военным экономить средства, получая три модели на одной базе. Ему еще предстояло сплотить и неразрывно спаять военно-воздушные силы одиннадцати американских союзников, среди которых Британия, Израиль, Япония и Южная Корея. Все одиннадцать государств буквально строились в очередь, спеша купить новый истребитель.

Но приманка в виде «штампованного» самолета, годного для всех и на любой случай, быстро породила незадачи. Модель, предназначавшуюся для морской пехоты, Ф-35Б, «Локхид» снабдил новейшим двигателем с 50-дюймовой (125 см) турбовентиляторной установкой для вертикального взлета и посадки, чей горизонтально расположенный винт размещался прямо за кабиной пилота. При вертикальном взлете на фюзеляже открывались дверцы, винт втягивал воздух сверху и выдувал его к земле. Одновременно с этим, основной двигатель, расположенный позади, поворачивался на 90° и направлял выхлопные газы вниз. Объединенная тяга винта и основного двигателя позволяла истребителю повисать над землей неподвижно.

Турбовентиляторная установка сделала фюзеляж более громоздким, чем намечалось. Это увеличило встречное сопротивление воздуха и расход горючего, а, следовательно, сократило дальность действия. Кроме того, инженеров «Локхида» ждала и другая неприятность: обнаружилось, что Ф-35Б следует сделать легче на целую тонну с лишним, чтобы он смог повисать над землей. «Степень родства» трех моделей Ф-35 — количество их общих черт и свойств — составила не предполагаемые 70%, а лишь 25%. Это значило, что намеченная производственная экономия немыслима. Непрерывные инженерные переделки и усовершенствования вылились в миллиарды долларов превышенной стоимости и задержали работу на целые годы.

Начиная с 2007 года Пентагон стал получать новые истребители десятками, однако «Локхид» по-прежнему вносил в конструкцию изменения и старался устранить несчетные погрешности.

«Военные пренебрегли старинным правилом: «семь раз проверь, один раз купи», — сетует Майкл Салливэн (Michael Sullivan), возглавляющий службу контроля над оборонными закупками при государственной Счетной Палате США (Government Accountability Office).

«Едва лишь новое оружие оказывается в руках у военных, — жалуется Кэндалл (Kendall), бывший сотрудник Пентагона, занимавшийся вопросами поставок, — никому не хочется вести никакой дальнейшей работы: пропади она пропадом…»

А Майкл Рейн (Michael Rein), представитель компании «Локхид», вообще не желает распространяться о событиях тогдашнего периода и зовет их «археологической давностью».

В 2009 году у власти оказалось правительство Обамы, и программа создания Ф-35 сызнова привлекла к себе внимание. Эштон Картер (Ashton Carter), физик и бывший гарвардский профессор, преподававший, среди прочего, международные дисциплины, стал главным представителем Пентагона там, где речь велась об оружейных закупках. Формально профессор числился заместителем министра обороны США по вопросам снабжения, поставок и технологий. (В 2015 и 2016 гг. он стал уже министром обороны). Возникшие незадачи встревожили Картера: предполагалось получить не слишком дорогой истребитель, обходящийся в 50 миллионов долларов, — а намеченная стоимость удвоилась.

Отчасти проблема коренилась в политике, принятой к середине 1990-х и нацеленной на обуздание бюрократии.

«Мы задались целью предельно сократить формальности в закупках, — вспоминает генерал в отставке Нортон Шварц (Norton Schwartz), с 2008-го по 2012 гг. бывший начальником штаба ВВС. — И, увы, при этом во многом утратили способность к систематическому планированию, которой обладали прежде».

Контракты, подписанные Пентагоном с «Локхидом» согласно правилу «издержки плюс фиксированная прибыль» только ухудшили положение. «Локхиду» полностью возмещались понесенные расходы и причиталась премия по итогам работы. Хотя программа и пошла вкривь и вкось, военные упорно присуждали «Локхиду» 85% ожидаемого денежного возмещения. Обращаясь к студентам Гарвардского университета, Картер поведал о том, как противостал человеку, ведавшему программой Пентагона, генерал-майору Корпуса морской пехоты Дэвиду Хайнцу (David Heinz): «Он уставился мне прямо в глаза — век не забуду этого взгляда! — и произнес: “Мне нравится руководитель проекта из компании ‘Локхид-Мартин’. Я с ним работаю. И он сетует: если им достанется меньше 85%, его уволят».

Уволили, в итоге, не этого руководителя, а самого Хайнца — в 2010 году. Картер превратил контракт с «Локхидом» в договор, основывающийся на твердых расценках, при котором государство и подрядчик справедливо делят расходы, сопряженные с превышением сметной стоимости. Картер отказался излагать свои соображения по этому поводу, но и прежних утверждений отрицать не берется. Хайнц, ныне ставший главным управляющим корпорации «Современные полимеры и сплавы Ай-Би-Си» (IBC Advanced Alloys Corp.) в штате Индиана и поставляющей «Локхиду» корпуса для одной из прицельных систем самолета Ф-35, как и Рейн, представитель компании «Локхид», отказался от каких-либо замечаний.

Программа отстает от намеченного графика на примерно семь лет. Пентагон считает: в следующие четыре десятилетия потребуется 379 миллиардов долларов, чтобы усовершенствовать и приобрести свыше 2 440 боевых самолетов Ф-35. С поправкой на инфляцию, это составит 38-процентный прирост расходов, по сравнению с намеченными изначально в 2001 году. Прибавьте еще свыше 600 млрд на содержание, техническое обслуживание и ремонт истребителей — и общая стоимость проекта приблизится к триллиону.

Однако самолет уже покрыл затраты, понесенные «Локхидом». Поставив покупателям — в основном, Пентагону, а также Израилю и прочим привилегированным друзьям-приятелям США — 210 истребителей Ф-35, компания, по-видимому, получит более 20% своей прибыли в 2017 году, продавая именно эту машину.

Вопреки всем препятствиям и неурядицам, геополитическое значение Ф-35 не позволяет ему стать замыслом начисто неудачным. Каждой из трех выпускаемых версий этого истребителя требуется, в общей сложности, приблизительно 300 000 деталей, и «Локхид» имеет субподрядчиков почти по всей стране — тут не посчастливилось лишь пяти штатам: Аляске, Гавайям, Луизиане, Северной Дакоте и Вайомингу. Согласно утверждению «Локхида», производство Ф-35 прямо либо косвенно обеспечивает работой 146 000 американцев — от уборщиц, получающих гроши, до инженеров, кладущих в карман жалованье, исчисляемое шестизначными цифрами.

Возьмите Аризону. В декабре 2011 года республиканец Джон МакКейн (John McCain), сенатор США и председатель Комитета по делам Вооружённых Сил (Armed Services Committee), выступил перед Сенатом и объявил: программа создания Ф-35 была «одновременно скандальна и трагична». Однако менее чем год спустя сей законодатель — бывший летчик ВМФ США, сбитый в свое время в небе над Вьетнамом, — уже едва ли не мурлыкал от удовольствия по тому же поводу. Корпус морской пехоты решил разместить эскадрилью из 16-ти произведенных изначально Ф-35Б в Юме (штат Аризона). Вторя и представителям «Локхида», и высокопоставленным морским пехотинцам, МакКейн изрек на торжественной церемонии: «после многолетних неудач и разочарований я удостоверился: в общем и целом, программа движется правильно». Ф-35, добавил он, «может стать наилучшим боевым самолетом во всемирной истории». На военной базе в Юме истребитель дает заработок техническому персоналу и приносит прибыль 24-м аризонским субподрядчикам. Всего же, согласно данным «Локхида», он создает 4 620 рабочих мест.

На другом конце страны, в штате Вермонт, независимый сенатор Берни Сандерс (Bernie Sanders) печатно порицал истребитель Ф-35 как пример «длинного пентагоновского перечня оружейных покупок у оборонных подрядчиков. Намеченная стоимость приобретений превышена до того, что сотни миллиардов долларов, исправно принесенных государству налогоплательщиками, оказались вышвырнуты на ветер». Однако Сандерс одобрил мысль о том, чтобы к 2019 году разместить 18 новых истребителей в международном аэропорту Берлингтон (Burlington International Airport), заменив ими эскадрилью устаревающих Ф-16, которые используются авиацией Национальной гвардии Вермонта. Местные жители принялись отчаянно возражать: мы не хотим ни шума, ни рева, ни прочих неудобств, сопряженных с присутствием боевых самолетов. И Сандерс провозгласил в городской ратуше, на собрании, состоявшемся в 2014 году: «А я вам так отвечу: если учитывать все особенности этой окаянной железяки, то пускай уж лучше грохочет над Вермонтом, нежели над Южной Каролиной. Тем более, что именно эту железяку выпросила себе Национальная гвардия Вермонта — и теперь в моем городе появятся новые сотни рабочих мест. Вот и все».

Согласно «Локхиду», общее число новых рабочих мест в штате Вермонт превысит 1 400. Но и Южная Каролина в накладе не останется: эскадрилью Ф-35 размещают на базе морской пехоты в Бофорте (Beaufort). Военно-воздушные подразделения имеются также в Калифорнии, Флориде, Мэриленде, Неваде и Юте.

С тех пор, как пять лет назад генерал-лейтенант Богдан стал заведовать приобретением истребителей Ф-35, он, безусловно, сделал все возможное, чтобы программа не сходила с рельсов окончательно. Прямолинейный, решительный офицер, возглавляющий двухтысячное сборище бюрократов, занимающихся исключительно вопросами, связанными с Ф-35, Богдан является в свой пригородный вирджинский офис, надевая оливковый летный комбинезон. Генерал поясняет: инженерные особенности Ф-35 делают его малозаметным и малоуязвимым даже для противника, имеющего усовершенствованные радары и ракеты «земля — воздух» — для китайцев и русских, например. «Если вы пилот, вы проникнете в самую глубь вражеской территории, снесете с петель все двери, уцелеете — и сломите самую отчаянную оборону», — говорит Богдан. В скрытном полетном режиме Ф-35 несет в своем боевом отсеке только две бомбы и только две ракеты «воздух — воздух». Но когда сопротивление противника уже сломлено, самолет снабжается шестью дополнительными ракетами — по три под каждым крылом. «Я могу лететь и сеять смерть направо и налево», — говорит Богдан.

Он упоминает о трехнедельных военно-воздушных учениях «Красный Флаг» (Red Flag), состоявшихся в феврале. Десятки боевых самолетов США встретились в учебном бою над пустыней Невада. «Звезды выступления», истребители Ф-35, «сбивали» по двадцать «врагов» прежде, чем теряли одну собственную машину. Они сбросили 51 учебную бомбу и получили 49 прямых попаданий — точность, которую Богдан зовет «невероятной». Прочие высокопоставленные военные чины разделяют его восторг. «Чем больше мы получим этих истребителей и чем быстрее — тем лучше», — заявил генерал-лейтенант Джон Дэвис (Jon Davis), командующий авиацией Корпуса морской пехоты, обращаясь в середине февраля к подкомиссии Министерства Обороны. «Он [Ф-35] переменит все правила игры, он позволит выиграть любую войну — если очутится в наших руках».

Ф-35 и впрямь «самолет из будущего». Среди прочих достоинств, он еще и проецирует полетные сведения — скорость, высоту, курс, данные о вероятных целях и вероятных угрозах — на изогнутое «забрало» шлема, надеваемого пилотом. Это крепко напоминает компьютерную игру, однако здесь даже от нынешних двадцатилетних «геймеров» потребовались бы все навыки, полученные за домашним компьютером. Шесть инфракрасных видеокамер, установленных на фюзеляже и формирующих изображение в реальном времени, позволяют пилоту «проницать взором» обшивку истребителя — даже глядеть прямо вниз. Процессом, который именуют «слиянием данных, поступающих от средств обнаружения», ведает бортовой компьютер. Он сопоставляет сведения, приходящие от внешних видеокамер, с теми, что приносят мощный встроенный радар и «электро-оптическая» система наведения.

«Нужно непрерывно глядеть во все стороны», — говорит майор Джон Дэрк (John Dirk), летчик-испытатель из Корпуса морской пехоты. Изобилие изображений и указаний на «забрале» шлема требует немалой привычки, добавляет он, однако « заметны угрозы, которые прежде оставались бы скрытыми».

Многие специалисты предупреждают: учебные полеты и воздушные бои — совсем не то, что настоящие сражения. Восторги военных нужно рассматривать скептически.

«Это стадное мышление», — говорит Пьер Спрэй (Pierre Sprey), бывший сотрудником Пентагона в годы Вьетнамской войны. Пьер принадлежал к сообществу инженеров и авиационных конструкторов, звавших себя «истребительной мафией» и содействовавших созданию двух весьма почтенных самолетов: «Боевого Сокола» Ф-16 (F-16 Fighting Falcon), отличавшегося при воздушных поединках, и несшего толстую броню «Громовержца-II» А-10 (A-10 Thunderbolt II, известный как «Бородавочник» — “Warthog”). Он поддерживал наземные войска, штурмуя неприятельские позиции на сравнительно малой высоте и скорости, расстреливая противника из семиствольной 30-мм автоматической пушки, напоминавшей митральезу Гатлинга. «И Ф-16, и А-10 хорошо выполняли разную работу — но каждый свою», — говорит Спрэй.

«Помешательство» морских пехотинцев на взлете после короткого разбега и вертикальной посадке, по словам Спрэя, ограничило маневренность Ф-35. Громоздкий фюзеляж усиливает встречное сопротивление воздуха, небольшие крылья уменьшают вес машины, однако снижают подъемную и несущую силу двигателя. Если Ф-16 «встретится с лучшими китайскими или русскими истребителями, то хорошо, если наш успеет развернуться и поскорее удрать», — прибавляет Спрэй.

Беспристрастность его слов можно, разумеется, взять под сомнение, учитывая, что Ф-35 создавался, чтобы отправить в отставку детища самого Спрэя — Ф-16 и А-10. Но беспристрастен Майкл Гилмор (J. Michael Gilmore), с 2009-го и по январь 2017-го служивший в Пентагоне руководителем оперативных испытаний и проверок — то есть, наивысшим оценщиком приобретаемого вооружения. Гилмор, доктор наук и создатель ядерных установок, направил в минувшем августе командованию ВВС США меморандум, в котором предупреждает: Ф-35 понадобится поддержка прочих самолетов, чтобы «обнаруживать угрозы, представляемые современным оружием, и уклоняться от них; чтобы определять цели и завязывать сражение с неприятельскими самолетами, идущими в боевом строю — поскольку истребитель имеет вопиющие недостатки». Согласно Гилмору, слияние данных, поступающих от средств обнаружения, отнюдь не позволяет своевременно и ясно распознавать многие вероятные угрозы. А вести «электронную войну», используя пресловутые засекреченные средства подавления радаров, истребитель тоже сумеет лишь кое-как.

В отдельном ежегодном отчете за 2016 год (выпущен в январе месяце) Гилмор пишет о прикрытии наземных войск истребителем Ф-35: машина «пока не обнаружила способности надежно прикрывать войсковые подразделения, сопоставимой с той, которой обладали A-10 и прочие более старые самолеты». Упомянул Гилмор и об ограниченном боезапасе Ф-35, летящего в «режиме скрытности». А еще, говорит Гилмор, Ф-35 буквально пожирает горючее и потому не в состоянии подолгу кружить над полем боя. Автор отчета указывает: отнюдь не все летчики-испытатели одобряют новомодный «видеошлем». «Скопище цифр и букв», — пишет Гилмор, частично застит летчику поле зрения, мешает видеть общую картину при штурмовке наземных объектов, делает электронное изображение на экране бесполезным.

Наибольшее беспокойство, пожалуй, вызывает сложность автономной системы информации о снабжении (ALIS), подключаемой к истребителю, стоящему в ангаре, и дающей основные технические сведения для работников аэродромного обслуживания. Компьютерные программы ALIS требуют 16 млн кодовых строк (самому истребителю требуется лишь 8 млн). И если система ALIS начинает капризничать, — а это случается постоянно, — то специалистам доводится подолгу и не покладая рук устранять электронные перебои, пишет Гилмор. В минувшем апреле Главное бюджетно-контрольное управление США указывало: все компьютерные данные об Ф-35, приходящие от Военно-морского флота, «поступают на центральную точку ввода, а от нее — на главное операционное устройство ALIS, причем никаких систем дублирования либо архивации не существует. Если хотя бы одна из двух упомянутых систем отказывает — все без исключения истребители Ф-35 исчезают из рабочей сети». А значит, и взлететь не в состоянии.

Рейн, представитель компании «Локхид», не желает обсуждать оценку, данную Спрэем. Что до критики со стороны Гилмора, г-н Рейн призывает на выручку доклад, представленный Богданом и датированный 17 января 2017 года: «Сама по себе конструкция Ф-35, в основном, хороша», — пишет Богдан. Однако, продолжает он, «следует признать: имеются и недостатки, выявленные и подлежащие устранению».

«Потребуется немалое время, чтобы этот истребитель приобрел боевую готовность, — говорит Дэн Грэйзиер (Dan Grazier), оборонный аналитик, работающий в некоммерческом вашингтонском Проекте правительственного надзора (nonprofit Project on Government Oversight in Washington). — Учитывая, как долго разрабатывали конструкцию Ф-35, следует задаться вопросом: а станет ли он боеготовым вообще когда-либо?»

В одном из своих интервью Богдан отвечает на критические высказывания об Ф-35 вполне спокойно. Доводы излагает все те же, что и президенту Трампу, — однако признает: у самолета есть пороки, подлежащие устранению. Система ALIS, по словам Богдана, «отнюдь не так хороша, как должна быть». Готовятся усовершенствования — включая создание некой дублирующей системы, отсутствие которой обеспокоило Главное бюджетно-контрольное управление США. Пока что, признает Богдан, работники аэродромного обслуживания Ф-35 вынуждены «трудиться, не покладая рук».

Богдана волнует и другое: ALIS уязвима для хакерских атак. Сами истребители надежно защищены от кибернетических ударов, говорит он, а вот ALIS подключена к иным правительственным сетям, не имеющим подобной защиты. Это не отвлеченные рассуждения. В минувшем году бизнесмен-китаец, проживающий на американской почве, был задержан и признал, что сотрудничал с китайскими военными хакерами. По словам обвинителей, он воровал документы, относящиеся к Ф-35 и прочим боевым самолетам США. Помимо ALIS, говорит Богдан, и прочие сенсорные и программные «глюки», выявленные Гилмором и Главным бюджетно-контрольным управлением, устраняются и вскоре исчезнут начисто.

Критики, недовольные недостаточной маневренностью Ф-35, продолжает Богдан, просто не хотят учитывать одной из основополагающих особенностей современной воздушной войны. Лихие поединки отчаянных асов отступили в минувшее. «Истребитель очень подвижен, — твердит Богдан, — а идти в лобовые атаки ему вовсе незачем». Сенсоры обнаруживают противника задолго до того, как пилоты могут разглядеть друг друга — и Ф-35 выпускает ракету, бьющую на этом расстоянии со снайперской точностью, заверяет Богдан.

И напротив: непосредственное прикрытие наземных воинских частей, по словам Богдана, представляет «немалые трудности». Ф-35 «пока не обладает всеми нужными для этого свойствами». Новые истребители — в том числе и уже поступившие на вооружение — будут оборудованы лазерным целеуказателем, обнаруживающим движущиеся объекты. На сегодня, говорит Богдан, Ф-35 удивительно беспомощен там, где нужно ударить по быстро движущимся танкам или автомобилям противника. Лишь Ф-35A снабжены 25-мм пушками для штурмовки наземных целей; в будущем такие же стволы станут размещаться на моделях «Б» и «С» под фюзеляжем на особых турелях. «Когда с недовольством указывают на ограниченные возможности Ф-35 в задачах непосредственной авиационной поддержки наземных войск, — продолжает Богдан, — то учитывают лишь ограниченные возможности, имеющиеся сегодня. А завтра самолет может оказаться очень, очень хорош». Однако не настолько хорош, признает Богдан, насколько был и остается почтенный, заслуженный старик A-10. «Ф-35 задумывался и конструировался как своеобразный “спортсмен-десятиборец”, — поясняет Богдан: — гибкий и разносторонний. А становиться чемпионом в каждом из десяти состязаний вовсе незачем».

Грэйзиер говорит немного иначе: «Перед нами боевой самолет, задуманный как своего рода “мастер на все руки” — да вот беда: мастер этот за все берется и ничего толком не умеет».

3 февраля Белый Дом подписал с «Локхидом» контракт на 8,2 млрд долларов. Намечается постройка 90 Ф-35 — новейшей и величайшей на сегодня серии машин, заказанных военными. Учитывая, что стоимость одного Ф-35A составляла меньше 100 млн, сумма контракта уменьшена, сравнительно с предшествовавшей закупкой, на 728 млн долларов. Эта экономия заметно превосходит 600 млн долларов, сбереженные Трампом в итоге переговоров с главноуправляющей делами «Локхида» Мэрилин Хьюсон (Marillyn Hewson).

С конца минувшего года Хьюсон и Трамп беседовали в Мар-а-Лаго, в нью-йоркской «Башне Трампа» (Trump Tower) и в белом Доме. Но задолго до того, как Трамп взялся высказываться об Ф-35 по «Твиттеру», звонить Богдану и встречаться с Хьюсон, прошлогодние переговоры Пентагона и «Локхида» привели к значительным скидкам при оптовой продаже истребителя. В декабре месяце Богдан сообщил репортерам: контракт подписывают на общую сумму 8 млрд долларов, а розничная цена самолета снизится в свой черед. И то, и другое оказалось правдой.

Президент уравновесил свои похвалы истребителю, предупредив: «Локхиду» отнюдь не время почивать на лаврах. Трамп рассмотрит возможность заменить отдельные закупки Ф-35 приобретением «Боингов-Сверхшершней Ф/А-18» (Boeing F/A-18 Super Hornets). 17 февраля, во время визита на заводы «Боинга» в Южной Каролине, Трамп сказал: «Мы всерьез обдумываем крупный заказ на поставки Ф/А-18». Понятно, что «Боинг», соперник «Локхида» и второй по величине американский военный подрядчик, пытался подогреть интерес президента к «Сверхшершню». «Мы рады сотрудничать с новым правительством, чтобы сделать боевой самолет по-настоящему дееспособным», — объявил Дэн Гиллиан (Dan Gillian), возглавляющий работу компании по созданию реактивного истребителя. Впервые оторвавшийся от земли в 1990-е годы, двухмоторный Ф/A-18 уже воевал в небе над Ираком и Афганистаном, но его, разумеется, нельзя сопоставить с Ф-35: нет ни режима скрытности, ни уймы сверхсовременных сенсоров.

И все же президент ставит и «Локхид», и Пентагон в известность: я поддерживаю связи с руководителем компании «Боинг» Деннисом Мюйленбургом (Dennis Muilenburg). 17 января, когда Трамп вторично позвонил Богдану по телефону, Мюйленбург находился в нью-йоркском кабинете Трампа и слушал всю беседу по громкоговорителю. Богдан полагает: это было вполне допустимо: «Г-н Мюйленбург услыхал от меня лишь то, что несомненно подлежит обнародованию. Все шло согласно правилам, я с ними знаком». В середине марта Дональд Трамп предложил Патрику Шенахану (Patrick Shanahan), одному из старших сотрудников компании «Боинг», заметную должность в Пентагоне. Если Сенат одобрит президентский выбор, то на два года Шенахану закроют любой доступ к делам и вопросам, касающимся «Боинга».

Формализируя отзывы Трампа о реактивном истребителе, министр обороны США Джеймс Мэттис (James Mattis) приказал Пентагону подготовить отчет: в какой степени Ф/A-18 мог бы стать «экономичным и полноценным истребителем-соперником Ф-35». Однако смертельной угрозы Ф-35 отчет не составит: Мэттис ограничивает его сопоставлением Ф/A-18 с военно-морской моделью Ф-35C, предназначенной для авианосцев. Американский флот получит лишь 260 самолетов этой модели, а большинство машин — 1 763 — предназначено военно-воздушным силам.

Мэрилин Хьюсон из «Локхида» стала кем-то вроде президентского партнера. На встрече с директорами промышленных предприятий, состоявшейся в Белом Доме 23 февраля, президент поздравил Хьюсон и себя самого. «Она крепкий орешек, но все оборачивается к лучшему — думаю, для всех нас, — отметил Трамп, говоря о недавно подписанном контракте с «Локхидом». — Она снизила цену истребителей на 700 миллионов, правильно? Больше, нежели на 700 миллионов. Да неужели при Хиллари получилось бы что-то подобное?»

Богдан, объявивший о своем скором выходе в отставку, ведет переговоры о следующем заказе на 130 истребителей Ф-35. Ожидается, что общая их цена превысит 10 млрд долларов. А в будущем, когда и Ф-35 устареет, «Скунсовы Мастерские Локхида» возобновят сотрудничество с DARPA в области, которую веб-сайт компании определяет как «работа над самолетами нового поколения», способными «сохранять за США воздушное господство в миропорядке, который придет после 2035 года».

По материалам зарубежной печати

Print Friendly