Бобу Дадли (Bob Dudley), генеральному директору британского нефтяного гиганта «Би-Пи» (BP Plc), недавно задали вопрос: когда же потребность в нефти достигнет наивысшей точки? Ответ прозвучал тут же: 2 июня 2042 года.

Участники ежегодного Санкт-Петербургского международного экономического форума расхохотались. Подобные события немыслимо предсказывать с точностью до определенного дня. Однако Дадли отчасти шутил, а отчасти был серьезен. Последний выпуск популярного «Энергетического Обзора» (Energy Outlook), издаваемого компанией «Би-Пи», прогнозирует, что спрос на сырую нефть достигнет предела через два с половиной десятилетия — годом раньше или позже, роли не играет. Этот прогноз не сулит ничего хорошего одной из крупнейших отраслей мировой промышленности, которая до недавнего времени больше заботилась не о том, как повысить спрос, а о том, как увеличить предложение. Появляются электромобили, продолжается борьба с климатическими переменами, экономическое развитие Китая замедляется — и это умеряет некогда ненасытный аппетит к сырой нефти. Автомобильная компания «Вольво» (“Volvo AB”) объявила 5 июля, что начиная с 2019 года начнет выпускать только электромобили или «гибридные» машины. Тремя днями позже Франция пообещала с 2040 года запретить продажу дизельных и бензиновых двигателей.

Патрик Пуйенн (Patrick Pouyanne), генеральный директор фирмы “Total SA”, говорит, что спрос достигнет предела где-то в 2040-х гг., и поэтому руководимый им французский энергетический гигант вкладывает капиталы в использование солнечной энергии. Бен ван Бёрдэн (Ben van Beurden), генеральный директор голландской компании “Royal Dutch Shell Plc”, считает, что спрос поднимется примерно через 15 лет, если электромобили станут популярны. «Перехода к другим источникам энергии не остановить, — сказал ван Бёрдэн, обращаясь в начале июня к участникам Санкт-Петербургского форума. — А если допустить, что события разовьются стремительно, спрос на сырую нефть достигнет максимального уровня уже под конец 2020-х или в начале 2030-х гг.» По меркам нефтедобывающей промышленности, где многомиллиардные проекты зачастую требуют для своего завершения десять-пятнадцать лет, слова голландца звучат как «завтра-послезавтра».

Если подобные прогнозы окажутся верны, стоимость нефти еще долгое время останется невысокой. Из этого следует: некоторые труднодоступные месторождения — к примеру, арктические, — не станет разрабатывать никто и никогда, и запасы, которые сегодня считаются природными богатствами, утратят ценность. Подобная перспектива тревожит крупные инвестиционные фонды и организации—например, Black Rock Inc., — основанном на энергетических акциях.

Нефтяные компании пытаются найти выход из положения: производят продукты нефтехимии, спрос на которые, как ожидается, будет возрастать, переходят к использованию возобновляемых энергетических источников — солнца, ветра и биотоплива. Не прекратит расти спрос и на природный газ — и это радует такие компании, как “Exxon Mobil Corp.” и “Shell”, уже вложившие изрядный капитал в экспорт сжиженного природного газа.

Что касается ближневосточных государств, простирающихся на исполинских нефтегазоносных пространствах, предельный уровень спроса станет угрозой для самого существования этих стран. «Если ваших нефтяных месторождений хватило бы еще на сотню лет, обещанная прогнозами четверть века покажется несколькими мгновениями», — говорит Мартин Ратс (Martijn Rats), лондонский нефтяник-аналитик, работающий с нью-йоркским финансовым конгломератом «Морган-Стэнли» (Morgan Stanley). Саудовская Аравия и Кувейт получают 90% своего дохода от нефтяной торговли. И они сами, и прочие ближневосточные государства используют свои нефтяные богатства, чтобы обеспечить население хорошо оплачиваемой работой в государственном секторе и щедрыми пособиями. Существует негласный общественный договор — надежная опора местному нефтяному самодержавию.

Нынешняя политика низких нефтяных расценок дает возможность предсказать, как повели бы себя упомянутые страны, если бы пришло стойкое падение спроса на сырую нефть. Доходы от нефтяной торговли резко падают, и ближневосточные промышленники вынуждены запускать руку в свои запасы иностранной валюты. С середины 2014 года Саудовская Аравия истратила почти 250 млрд долларов и продолжает брать взаймы. Совокупный государственный долг Бахрейна, Кувейта, Омана, Катара, Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов достигнет к 2020 году внушительной суммы, равной почти 800 млрд долларов. Это вдвое с лишним больше долга, имевшегося на 2015 год, по данным Международного финансового института — International Institute of Finance, — представляющего интересы крупнейших банков. Наихудшее положение складывается в таких странах, как Нигерия и Венесуэла, где государственную казну опустошают бесхозяйственность и коррупция чиновников.

Боб Дадли, генеральный директор «Би-Пи», вместе с коллегами из компаний “Total” и “Shell”, признает: наши прогнозы опираются на множество переменных величин и могут быть ошибочными. А даже если они и верны, потребление сырой нефти не снизится мгновенно: оно может или оставаться неизменным довольно долго, или уменьшаться понемногу, идти на убыль почти незаметно.

В этом вопросе нефтепромышленники отнюдь не единодушны. Международное энергетическое агентство (International Energy Agency), консультирующее богатые государства по нефтяным вопросам, предполагает, что, по крайней мере, на протяжении 2040-х гг. потребление нефти продолжит устойчиво расти. В более отдаленное будущее агентство пока не заглядывает. В точности так же думает и компания “Exxon”. А Саудовская Аравия и Россия — два крупнейших всемирных экспортера нефти — ожидают предела спроса не ранее 2050 г.

Другие заинтересованные организации напоминают, что еще несколько лет назад все как один опасались, что спрос на сырую нефть достигает своего максимума. Но сверхсовременные технологии открыли возможности невиданного ранее производства, и новая нефть стала поступать из сланцевых месторождений в США. «Я весьма скептически слушаю пророчества о пределе спроса на сырую нефть, — говорит Боб Мак-Нэлли (Bob McNally), бывший эксперт-энергетик из Белого Дома, основатель консультационной фирмы «Рапидановская группа» (Rapidan Group). — Будет удивительно, когда предел наступит не спросу, а разговорам о нем, и люди осознают, что потребление нефти по-прежнему растет».

Кратковременные тенденции приводят к выводу, что пик потребления сырой нефти еще весьма далек. Прошлогодний прирост всемирного спроса равнялся 1,6 млн баррелей ежедневно — это выше средней цифры, составлявшей в течение десятилетия 1,1 млн баррелей.

И все же, нефтяным компаниям следует приглядеться к электрическому промышленному сектору, чтобы понять, насколько быстро новые технологии способны подорвать привычную деятельность какой-либо индустриальной отрасли. К примеру, Британия в нынешнем году отметила необычное явление: впервые за двести лет ни одно предприятие не сожгло ни единого куска угля. Невзирая на пресловутую пасмурную погоду, британцы получают 10—20% электрической энергии от солнечных батарей. Технология, как утверждают некоторые специалисты, вещь непредсказуемая. «Скорость, с которой электромобили завоевывают себе место под солнцем, ошеломительна», — говорит Франческо Стараче (Francesco Starace), генеральный директор коммунального предприятия Enel SpA, одного из крупнейших в Европе.

Филипп Верлежэ (Philip Verleger), консультант по энергетическим вопросам, считает: нефтяные компании-гиганты и страны-экспортеры нефти сталкиваются ныне с той же незадачей, с которой в свое время столкнулись «Кодак», «Поляроид» и «Британская Энциклопедия». «Увы и ах: нефтяники, похоже, повторят всё те же ошибки», — сетует он.

Авторский перевод Вадима Глушакова

По материалам зарубежной печати

Print Friendly, PDF & Email