То, о чем писали и говорили самые реальные из финансовых аналитиков в области нефти, в конце концов произошло. В то время как многие менее грамотные, но более конъектурные их коллеги вертели разные цифры на пальцах, никак не вдаваясь в макроэкономические основы рынка, они правильно указали на главное следствие столь резкого и продолжительного падения стоимости основного сырья человечества. Нефтяники перестали искать новую нефть, что является залогом здорового баланса нефтяного рынка в долгосрочной и даже среднесрочной перспективе. Сложно даже объяснить, насколько они перестали её искать. Складывается такое впечатление, что нефть больше вообще никто не ищет. Посудите сами. За весь прошлый год было найдено новых запасов в размере 2,7 миллиарда баррелей. Суточное потребление в мире сейчас приближается уже к 97 миллионам баррелей, то есть на год человечеству нужно около 35 миллиардов, а нашли всего 2,7 миллиарда.
Баланс – это когда мы выкачиваем столько же, сколько и находим.
Прошлый год с точки зрения геологоразведки, оказывается, был еще хорошим в сравнении с годом нынешним, потому как по состоянию на август текущего года было найдено всего 736 миллионов баррелей. Если взять среднегодовой показатель нахождения новых запасов нефти начиная с 1960 года, то в прошлом году он упал в десять раз, а в этом, очевидно, будет еще на порядок хуже. Иными словами, дабы заместить выкачанные из недр земли за год 35 миллиардов, мы нашли в прошлом году только 2,7 миллиарда, а в этом году, может, еле добьем до 1 миллиарда. Такими темпами нефтяной баланс человечества через несколько лет рухнет. Баланс – это когда мы выкачиваем столько же, сколько и находим. Но мы выкачиваем и практически ничего не находим, потому как не ищем. Наши поиски упали в десять раз за прошлый год – и уже, похоже, в двадцать раз за год текущий.
Многие не очень глубоко разбирающиеся эксперты попытаются сказать, что речь идет о традиционной нефти, но ведь еще есть сланцевая нефть, а именно революция в ней и обрушила цены. Такие специалисты – больше пропагандисты, чем специалисты. А потому они никогда не говорят о цифрах, только пользуются голословными заявлениями. Добыча сланцевой нефти никогда не превышала 5,5 миллионов баррелей в день из добываемых 95-96 миллионов в последние пару лет. Ввиду того, что это одна из самых дорогих нефтей, себестоимость которой достигала и 70 и 80 долларов за баррель – и это при стоимости то в 40 долларов с чем-то, то назвать её серьезным игроком сложно. Эти же эксперты начнут говорит о том, что себестоимость сланцевой нефти стала снижаться, опять же не очень вдаваясь в детали, где и кроется вся дьявольская правда. Им же правда не нужна, им нужен аргумент на поверхности, которого хватит ненадолго, но главное, чтобы был, а потом еще придумают.
В значительной степени себестоимость сланцевой нефти снизилась, потому как многие разорились и на рынке образовался излишек оборудования и рабочей силы, которые резко по этой причине подешевели. Но оборудование постепенно раскупят, а лишняя рабочая сила уедет из Техаса и перестанет быть лишней, после чего цены опять выровняются. В любом случае, сланцевая нефть по сути своей не есть дешевая, и даже 30 долларов вряд ли когда будет стоить. Но главное в другом, её от мировой доли рынка не больше 5%, и на ближайшие 10 лет по другому не будет. Иными словами, сланец ничего не решает.
Если цена килограмма свинины в Украине, к примеру, сегодня составляет 60 гривен, но по какой-то причине хозяева устроят большое перепроизводство мяса, то цена может рухнуть до 20 гривен.
Основной причиной такого падения геологоразведки является полное разбалансирование финансового рынка и реального рынка нефти. Цены на черное золото и положение дел в добывающей его индустрии настолько разошлись друг с другом, что произошло явление, которое мы и решили назвать полной разбалансировкой. Дабы очень просто объяснить ситуацию, можно использовать следующую иллюстрацию. Если цена килограмма свинины в Украине, к примеру, сегодня составляет 60 гривен, но по какой-то причине хозяева устроят большое перепроизводство мяса, то цена может рухнуть до 20 гривен. Когда такое произойдет, все, кто занимался выращиванием свиней, бросят этим заниматься, потому как себестоимость килограмма составляет, к примеру, 40 гривен. Некоторое время мы ничего не почувствуем, потому как мяса слишком много, но через год его не будет совсем, потому как никто больше свиней не выращивает. Вот то же самое и произошло на рынке нефти, если очень простым языком ситуацию описать. Суть ситуации от простоты изложения, однако, не меняется. Дабы затем сбалансировать рынок, придется приложить огромные усилия, но перед этим такой дисбаланс разнесет рынок в пух и прах.
Для Украины все вышесказанное может иметь катастрофические последствия, ведь мы уже привыкли к бензину по 20 гривен и газу по 7 000 гривен за куб. Так вот, если в следующем году уже все финансовые эксперты на международном рынке заговорят о нефтяном дисбалансе, то цены эти могут очень сильно измениться, они могут с легкостью удвоиться в течении очень короткого периода времени. Почем тогда нам станет бензин и газ, ужасно будет даже и подумать, а где окажется национальная валюта, ведь торговый баланс рухнет, – даже думать не хочется. Надеемся, наше правительство за рынком нефти тщательно следит, они-то понимают, насколько это важно.
