Шестого июня 1944 года войска союзников высадились в Нормандии, открыв Второй фронт. Двадцать второго июня 1944 года советские войска начали самое крупное наступление Второй мировой войны – операцию «Багратион». К концу июня в мире уже не оставалось ни одного человека, которому не было бы ясно, что дни Третьего рейха сочтены. В июле 1944 года в маленьком городишке Бреттон-Вудс, штат Нью-Гемпшир, начала свою работу Валютно-финансовая конференция Объединенных Наций. Таково было официальное название необычного мероприятия. На нем присутствовали высшие финансовые чины из 44 стран в сопровождении внушительной делегации экспертов и помощников. Это было самым масштабным финансовым собранием в истории человечество на тот момент. Все делегаты, а их было более 700 человек, включая делегации из СССР и Китая, прекрасно знали о положении дел на фронте и потому в срочном порядке готовились к наступлению мира, которого ждали до начала нового 1945 г. Важность нового финансово-экономического мироустройства после окончания Второй мировой войны нельзя было переоценить. Многие политики того времени были убеждены, что и сама война была вызвана ужасным экономическим кризисом, который постиг человечество в начале 30-х годов. Собравшиеся в Бреттон-Вуде финансисты намеревались создать такие международные институты, которым бы было под силу не допустить повторения подобных кризисов, а также помочь восстановлению разрушенной Европы. Они также намеревались установить новые правила в мировой экономике на основе последних научных достижений. На конференции присутствовали такие корифеи экономики как Джон Мейнард Кейнс, крупнейший экономист двадцатого века, и Генрих Моргентау, министр финансов США с 1934 по 1945 гг. Кстати, в определении повестки дня и во всех дискуссиях главенствовали, в основном, американская и британская делегации. Именно эти два государства считались тогда экономическими лидерами планеты, хотя уже через несколько лет Великобритания с этого пьедестала упадет, лишившись своей империи и разорившись в ходе Второй мировой войны.

По результатам Бреттон-Вудской конференции были созданы две влиятельные международные организации, роль которых остается крайне важной по сегодняшний день.

По результатам Бреттон-Вудской конференции были созданы две влиятельные международные организации, роль которых остается крайне важной по сегодняшний день. Речь идет о Международном валютном фонде и Мировом банке. Штаб-квартиры обеих организаций располагаются в городе Вашингтон через дорогу одна от другой. С Международным банком изначально все оказалось относительно просто. Его главной функцией было выдавать кредиты государствам для проведения крупных капитальных проектов – строительства дорог, электростанций, мостов. В 1944 году финансисты думали в первую очередь о разрушенных войной европейских странах, когда создавали Мировой банк. Но послевоенная реальность быстро внесла правки. В 1948 году, после того как началась холодная война, США запустили в действие план Маршалла, который дал финансовую поддержку западноевропейским государствам, а восточноевропейские страны, оказавшиеся в зоне влияния СССР, остались без денег. Лишь много позднее, когда развалились колониальные империи Англии, Франции, Бельгии, Голландии, Португалии и метрополий поменьше, и в результате на международной арене появились десятки новых государств, лишь тогда Международный банк заработал на полную катушку и стал таким, каким мы знаем его сегодня – великим и всемогущим.

Судьба Международного валютного фонда складывалась значительно сложнее. Дело в том, что когда его задумывали в 1944 году, основной его функцией считалось поддержание валютной стабильности в мире, а точнее — помощь в поддержании фиксированного обменного курса на мировом валютном рынке. До 15 августа 1971 года, когда США в один день решили все разрушить, во всем мире существовала так называемая Бреттон-Вудская система, что означало фиксированный обменный курс между всеми основными валютами. Соединенные Штаты Америки, которые по состоянию на 1944 год обладали 70% всего мирового запаса золота, установили цену в 35 долларов за одну тройскую унцию, введя так называемый золотой стандарт. Если у вас были доллары, вы могли в любом американском банке обменять их на золото по вышеупомянутой цене. Доллар же, в свою очередь, имел фиксированный установленный обменный курс по отношению к британскому фунту, французскому франку и т.д.  Таким образом, все граждане западных стран, с которыми США установили договоренность, знали, что они всегда могут купить доллары по фиксированному курсу и золото по цене в 35 долларов за унцию. Наступила железная стабильность, что в те времена человечеству и требовалось. Ведь именно валютная нестабильность в значительной степени и разрушила довоенную Европу. Страны вытворяли со своими валютами, что хотели, используя их в качестве оружия в постоянных торговых войнах, сея экономический хаос и финансовую нестабильность. Вот для этого и задуман был МВФ. Если у какого государства вдруг возникали проблемы, то МВФ давал ему в долг, чтобы все наладилось. Чаще всего займы выдавались для выравнивания торгового баланса. Долгоиграющий торговый дефицит любой страны грозил валютной стабильности в мире, поэтому МВФ выдавало займ для его покрытия, требуя в кратчайшие сроки исправить ситуацию.

15 августа 1971 года президент Никсон одним ударом разрубил валютный узел, отменив американское обязательство менять доллары на золото по фиксированному курсу.

Но 15 августа 1971 года, как было сказано выше, президент Никсон отменил золотой стандарт, и Бреттон-Вудская система в тот же день приказала долго жить. Дело в том, что в первые годы после войны США были локомотивом мировой экономики — их доля ВВП составляла почти 40%. Американская тушенка, американские сигареты, американские грузовики, американские станки… В те годы в Европе все лучшее было американским, в то время как местная промышленость лежала в послевоенных руинах. Американский экспорт бил рекорд за рекордом. Но постепенно Япония, Германия и все остальные восстановили свои промышленные силы, и уже к концу 60-х годов ситуация резко изменилась. Доля Соединенных Штатов в мировом ВВП сократилась до 25%, и страна начала испытывать серьезный торговый дефицит вместо огромного профицита десятилетием ранее. На американском автомобильном рынке, где до этого продавались исключительно машины, сделанные в США, лидерами продаж стали немецкий Фольксваген «Жук» и японская Тойота «Королла». Европа перестала нуждаться в американских товарах, поскольку стала производить все сама по более низким ценам, вытесняя продукцию на полках уже в самих США. Тем временем европейские правители стали обращать серьезное внимание на следующий факт. Доллар-то был явно переоценен. А потому государственное макроэкономическое могущество французов, англичан, бельгийцев совсем не соответствовало их желаниям и, главное, возможностям, и все из-за того, что доллар был так могуч, а франки с фунтами дышали на ладан. Их граждане чувствовали себя нищими в сравнении с американцами из-за той же валютной слабости. Первым восстал самый независимый из европейцев французский президент де Голль. Он начал угрожать Вашингтону, что поменяет весь запас имевшихся во французском центральном банке долларов на золото. Де Голль даже некоторое количество долларов таки поменял. А ситуация на то время была уже катастрофической — поддерживать золотой стандарт Америке было уже нечем. К 15 августа 1971 года на руках иностранных центральных банков имелось 14 миллиардов американских долларов, а весь золотой запас США составлял 13.2 миллиардов долларов. Но ведь нужно было обеспечить благородным металлом все деньги в самих Соединенных Штатах. За вычетом последних, для иностранных держателей американской валюты оставалось всего лишь 3.6 миллиардов долларов золотого запаса. Ситуация эта была всем известна, и многие правительства начали угрожать США, меняя накопленные доллары на золото. 15 августа 1971 года президент Никсон одним ударом разрубил валютный узел, отменив американское обязательство менять доллары на золото по фиксированному курсу. МВФ в тот же день практически оказался не у дел, потому как работал в основном именно в этой плоскости – валютной. Фонду нужно было срочно искать новые виды деятельности, дабы оставаться в быстро меняющемся мире кому-то нужным.

И такую деятельность нашли. МВФ обратил свое внимание на государства, у которых постоянно имелись проблемы с национальной валютой, платежным балансом, экономикой, политическим устройством и т.д., и т.п. Это были так называемые развивающиеся страны. До семидесятых годов прошлого столетия они играли в мировой экономической системе крайне незначительную роль, потому как вели, по большому счету, полуфеодальное натуральное хозяйство. Мировая экономика тогда выглядела следующим образом: коллективный капиталистический Запад, СССР со своим лагерем и развивающиеся страны. Рыночная экономика, какой мы знаем ее сегодня, существовала только на Западе, а другие две системы – социалистическая и развивающаяся — варились в собственном соку. Если с социалистической системой все было ясно, то с развивающейся была проблема: нищета и постколониальность. Иными словами, все эти африканские, ближневосточные и азиатские страны почти ничего импортного не покупали, а жили исключительно в деревнях, где и вели национальное хозяйство. Запад у них приобретал разве что полезные ископаемые и бананы с кофе, стараясь заплатить поменьше. Для примера, один сегодняшний Сингапур делает больший денежный оборот, чем весь развивающийся мир году этак в 1970-м.

Однако человечество стремительно двигалось вперед. И первыми вышли на мировую экономическую арену латиноамериканские страны. Они и стали первыми клиентами МВФ в 70-х годах. Затем были африканские государства. В Европе в фонд первой обратилась социалистическая еще Югославия в середине 80-х годов. После развала СССР и социалистического лагеря у МВФ появилось множество других европейских подопечных. А затем настало время тотальной глобализации, и наступила золотая эпоха МВФ. Принцип работы фонда следующий. Если некое государство оказывается в сложном экономическом положении, оно может обратиться к МВФ для получения займа на льготных условиях. Льготными эти условия считаются потому, что больше никто таким странам денег вообще не даст. Сегодня на планете существует почти двести государств, и даже самые небольшие из них могут нарушить глобальную финансовую стабильность, которая стала невероятно хрупкой. Всему виной та самая глобализация, охватившая на сегодняшний день все человечество. Финансовые рынки, некогда простые донельзя, крайне усложнились в поисках прибыли. Финансовая инженерия достигла космических высот, неустанно изобретая сложнейшие инструменты. Раньше львиную долю активов на мировом рынке составляли простые американские, английские, немецкие и другие подобные им облигации, а также акции крупнейших корпораций западного мира, типа IBM, Boeing, Ford и Citi Bank. Сегодня же на мировых биржах американские облигации обращаются рядом с украинскими и греческими, а на те и другие в свою очередь продаются замысловатые опционные и фьючерсные контракты. Финансовый мир стал похож на хрустальный замок, и даже самое незначительное движение может обрушить всю конструкцию.

Поддерживать порядок в столь сложном механизме и оставаться при этом человечным невозможно, а потому МВФ часто приходится быть суровым в своих действиях.

МВФ сегодня выполняет роль пожарного, обматывающего денежной изолентой искрящие участки в глобально запутанной финансовой паутине. Причем чем дальше развивается человечество, тем сложнее становится паутина и тем чаще и сильнее в ней искрит. Поддерживать порядок в столь сложном механизме и оставаться при этом человечным невозможно, а потому МВФ часто приходится быть суровым в своих действиях. К тому же у фонда есть железное оправдание: иначе все рухнет, и нас постигнет новая Великая депрессия. В 1930-х годах она закончилась фашизмом и Второй мировой войной. К чему она может привести в наши дни, страшно себе даже представить. Кризис 2008 года, к примеру, обернулся глобальными проблемами, которые до сих пор не преодолены во многих странах. Но все же МВФ, несмотря на важность своей миссии, вызывает у многих жесткое неприятие. Эти люди уверяют, что МВФ является западным инструментом контроля над остальным человечеством. Самой большой индустрией в США сегодня является финансовая. Если рыночная стоимость всей американской автомобильной промышленности, состоящей из четырех компаний, включая «Теслу», составляет всего 200 миллиардов долларов, то стоимость одного только «Банк оф Америка» на фондовой бирже превышает 250 миллиардов. А ведь таких предприятий в стране множество: «Сити Банк», «Морган Стенли», «Голдман Сакс». Две самые большие фондовые биржи в мире — это Нью-Йоркская и NASDAQ, самая крупная товарная биржа планеты работает в Чикаго, там же находится главная площадка для торговли деривативами. Единственная конкуренция этим гигантам — Лондонская фондовая биржа, но она в разы меньше. Финансовая промышленность США не только крупнейший работодатель страны и важнейшая часть ее экономики, но и ключевой элемент макроэкономической стабильности Америки. Именно она помогает обслуживать огромный американский долг в 21 триллион долларов — и это только федеральный долг. А ведь еще существует невероятное количество заимствований, полученных штатами, муниципалитетами, корпорациями и множеством других коммерческих и государственных организаций. Этих облигаций выпущено на сумму, превышающую федеральный долг. В совокупности Америке приходится обслуживать более 50 триллионов долларов различной задолженности. Без мощнейшей финансовой индустрии, работающей как швейцарские часы, такой подвиг просто невозможен. Треть американского долга, кстати, профинансирована средствами из-за рубежа. Могущество США в большой степени подкрепляется их возможностью выводить на биржу самые безумные проекты – так новаторские компании поднимают свой начальный капитал. Многие из величайших прорывов Америки, особенно в высоких технологиях, были бы без фондовой биржи просто невозможны, поэтому в Штатах биржевые индексы имеют жизненно важное значение для экономики. Великая депрессия началась в 1929 году с крушением Нью-Йоркской биржи. Начало последнего крупнейшего экономического кризиса 2008 года также было положено падением биржи в США. Финансовая индустрия — это сердечно-сосудистая система американского государства и ее здоровье играет ключевую роль для жизнедеятельности страны и всей планеты.

На охране этой системы и стоит МВФ, часто ради ее благополучия готовый похоронить нарушителей спокойствия, раскачивающих хрупкое мировое равновесие. Один небольшой дефолт на окраине мира — и американское благополучие может рухнуть в одночасье. В начале 80-х дефолт объявили латиноамериканские страны, что сильно ударило по США. В 1997-1998 финансовый кризис в Малайзии и Южной Корее создал эффект домино во всем развивающемся мире, причинив в итоге немалый ущерб США. Сегодня, после 30 лет глобализации, чувствительность к подобным потрясениям в разы выше. Выдавая займы, МВФ думает только об одном, чтобы споткнувшиеся страны не нарушали мировой покой, чтобы не объявляли дефолты, не падали резко, а делали это аккуратно, не тревожа остальных. Ради поддержания мировой финансовой системы МВФ может запросто задушить отдельно взятые государства, особенно не имеющие большого политического веса на международной арене. Выдав стабилизирующий кредит, фонд затем заставит правительство резать бюджет самым решительным образом, часто по живому, по людям. Под нож идут пенсии, социальные выплаты, зарплаты бюджетникам и тому подобное. Причем меры принимаются стремительно. В МВФ никто не шутит, задачи ставятся конкретные. В результате такой шоковой терапии мгновенно исчезает дефицит торгового баланса: обнищавшие в мгновение ока граждане резко сокращают потребление импортных продуктов, сокращается бюджетный дефицит, инфляция замедляется, в банковской отрасли прекращаются всяческие неурядицы, а национальная валюта стабилизируется. Подобные изменения называются макроэкономической стабилизацией. Это у МВФ отлично получается. А вот бороться с побочными эффектами они даже не думают. Речь о тотальном и стремительном обеднении населения, падении промышленного производства и массовой эмиграции активной части населения.  После такого макроэкономического лечения многие страны остаются инвалидами навсегда.

А еще лучше их просто наказать — взять деньги и не отдать.

Не будем ходить за примерами в далекие латиноамериканские и африканские страны. Есть примеры ярче и ближе. Это Югославия в 80-х годах прошлого века и Греция, которую трясет по сей день. Федеративная Социалистическая Республика Югославия первой из социалистических стран занялась капиталистическими экспериментами со своей экономикой. Как и у многих, последовавших за ней социалистических стран, все кончилось плохо. Но затем появился МВФ, и плохая ситуация превратилась в настоящую катастрофу. Югославы были самыми первыми клиентами МВФ и среди европейцев, и среди соцстран. Закрученные фондом гайки привели не только к экономическим трудностям для простого народа, а к развалу государства и началу гражданской войны, повлекшей сотни тысяч смертей, миллионы беженцев и прочие ужасы. Если бы Югославия объявила тогда обычный дефолт и не заплатила по долгам, вероятно, жила бы страна мирно до сегодняшнего дня. По мировой финансовой системе прошла бы некая рябь, возможно, даже небольшая волна, но не те потрясения, которые прокатились по Европе. Но МВФ к своим обязанностям относится крайне серьезно и всегда добивается поставленной задачи – заставить клиента заплатить по международным долгам и не расшатывать систему. В Греции, однако, фонд напоролся на ожесточенное сопротивление, и здесь ему, грубо говоря, надраили морду. Во-первых, изменились времена. Сегодняшняя Греция — это вам не бывшая Югославия. Во-вторых, МВФ уже так наследил по всему миру, что все знают — от этих акул капитализма хорошего ждать не стоит, лучше драться до последней капли их злосчастных денег. А еще лучше их просто наказать — взять деньги и не отдать. Все равно они сделать ничего не могут, если их перестать бояться. За ними, конечно, стоит Вашингтон, но если и его не бояться, то деньги берите, а что с ними приказано делать — забудьте. Так и поступила Греция. К власти там в определенный момент времени пришли «красные», которые тут же указали греческому народу на хищническую суть фонда. Красные греки просто отказались платить, и МВФ со своими немецкими коллегами столкнулись с большой проблемой. Греция к тому времени задолжала столько денег, что ничего сделать с ней уже было невозможно — себе дороже. С таким должником нужно быть очень осторожным, вежливым и осмотрительным. О том, чтобы получить деньги обратно, речи уже не идет, лишь бы в присутствии широкой общественности этот должник не проболтался, что платить отказывается.

Многолетняя деятельность МВФ сложила определенное мнение об этой организации, и работать с таким имиджем фонду будет все сложнее и сложнее. Греция была первой, но, поверьте, не последней страной, где МВФ потерпел сокрушительное поражение. Дальше будет больше. Как говорили древние философы, есть время разбрасывать займы и время их собирать. Сможет ли МВФ собрать разбросанные займы в случае серьезного экономического кризиса, большой вопрос. Слишком кровавый эта организация оставила за собой след.

Вадим Глушаков

Print Friendly, PDF & Email