Владимир Ленин в статье «Советы постороннего» учил, что для успешной революции нужно первым делом захватить телефон, телеграф и почту. Мой друг, тоже весьма успешный теоретик и практик революции (не буду называть имя, дабы не смущать публику дружбой со знаменитостями), добавил к теории финансовый нюанс: денег на революцию следует иметь столько, чтобы хватило всем на первые три дня. Дальше начнутся «отжимашки», и революция выходит на самоокупаемость. И тут главное, чтобы денег хватало лично на себя. Ибо все участники автоматом превращаются в мародеров, а потому живым из революции не выходят. Однако ни первый, ни второй, ни прочие теоретики и практики не учили захватывать магазины «Рошен» и кондитерские фабрики. Посему новая революция непременно войдет в историю как конфетная.

Dolce, dolce, ancora più dolce

Я не претендую на копирайт в описании революционных событий через гастрономические аллюзии. Русский писатель и скандалист Владимир Сорокин ещё в конце прошлого века опубликовал рассказ «Сахарное воскресенье» с описанием знаменитого расстрела питерских рабочих в январе 1905 года, известным как «Кровавое воскресенье». Самой сильной, на мой взгляд, сценой стал короткий диалог царя Николая и его дочери – царевны Анастасии, состоявшийся перед тем, как царь под рулетно-марципанные причитания премьера Столыпина заправил пулемет сахарной лентой производства завода Вишняковыхъ и принялся сладким веером карамелить толпу:

— Папочка, чего они хочут?

— Они хотят сладкого…

Между тем парадокс состоит в том, что, в отличие от революционеров прошлого столетия, их сегодняшних коллеги действительно «хочут» сладкого. Не хотят даже, а именно «хочут». Со всей детской наивностью и непробиваемым эгоизмом дошкольника. Так же сильно, как новую игрушку. Ведь всякие высокие материи — социальная несправедливость, страдания простых людей или большая футуристическая мечта — их совершенно не заботят. Они не верят в переустройство мира, лишь хотят встроиться в него, занимая по возможности более сытое место.

Самопоміч – каждый за себя

Вероятно, оттуда и название или партии — «Самопомiч». То есть помогаем себе сами, или «каждый за себя». А революционная философия и этика сводятся к простому принципу: «падающего – толкни».

Если декабристы, по словам Ленина, боролись для народа, но без него, то эти люди пытаются бороться с народом бок о бок, но для себя.

Если декабристы, по словам Ленина, боролись для народа, но без него, то эти люди пытаются бороться с народом бок о бок, но для себя. Прикрываться народом, выманивая его на площади и перенаправляя народный гнев. Они не выступали против президента, когда тот хвастал, что «неправильные» дети из «плохих» регионов будут сидеть в подвалах – они рукоплескали ему. Ведь Порошенко тогда твердо стоял на ногах, и ради помощи себе любимым они были готовы лизать ему туфли. Но вот гарант зашатался, и они вышли на улицы с криками про козла, чтобы не просто толкнуть падающего главу государства, но всласть надругаться над ним, как это делают злые подростки, наткнувшись на спящего в подъезде алкоголика или бомжа. Ибо очень хочется сладкого, а торт все не несут.

Торт для Порошенко и красный херес

Разумеется, власть сама виновата в своих проблемах – ей ведь тоже хотелось торт, и чтобы обязательно со свечками. И ради этого торта она собрала всех этих людей, вывела на улицу, вооружила, холила, лелеяла, позволила им получить боевой опыт. Теперь монстр подрос и угрожает самой власти. И победить его можно, лишь применив самые сахарные пули из самого лучшего рафинада. Но даже если найдется столько рафинада, это будет очередная ёлка, на этот раз для новой власти – с яркими игрушками и дождем из конфетти.

И тогда вслед за «Самопомочью» поспеют новые любители сладкого. Те, кто позиционирует себя как граждан – платформа или, допустим, корпус. Те, кто подменил собой гражданское общество, не имея с ним никакой связи. При этом само общество давно устало от бесконечного бурления красного вина, кровавой Мэри и прочего политического, военного и криминального варева в ожидании банкета.  Вот только к столу его не зовут и не позовут никогда. Слишком уж непрезентабельно оно будет смотреться на этом карнавале.

Мирослав Буряк

Print Friendly, PDF & Email