Возможно, головокружительный экономический подъем Китая и замедлился, но китайские космические амбиции отнюдь не умерились. Не прекращая попыток соперничать с NASA, Китай готовится отправлять на Луну и Марс поначалу самоходных роботов, а затем и астронавтов.

Китайское правительство все пристальнее приглядывается к развивающемуся космическому сектору своей экономики, собираясь поспорить с американцами – частной аэрокосмической компанией Джеффа Безоса (Jeff Bezos) Blue Origin и компанией SpaceX (полное название: Space Exploration Technologies Corporation), возглавляемой Элоном Маском (Elon Reeve Musk). В прошлую пятницу, 31 марта, американцы осуществили повторный запуск двухступенчатой ракеты-носителя «Сокол-9» (Falcon 9).

Китайские власти, ведающие космическими исследованиями, уже всенародно объявили о том, что государство стремится стать к началу 2030-х великой державой, имеющей выход в космос. Правительство президента Си Цзиньпина рассматривает возможность распределять расходы так, чтобы китайские технические компании побыстрее совершали важные открытия, связанные с производством роботов, аэрокосмического оборудования, искусственного интеллекта, средств для анализа данных и решением иных сверхсовременных задач.

Космические устремления Китая главным образом преследуют политическую цель: поднять престиж государства и за границей, и в глазах собственных граждан. Однако и настойчивое желание правительства утроить затраты на программы по выходу в космос, и возникновение поначалу малого, но уже растущего сообщества частных предприятий, работающих на эти программы, позволяют предположить: и правительство, и предприниматели ожидают немалых выгод от капиталовложений в космические технологии.

Постоянно растущий приток капитала в китайские предприятия космической отрасли – и государственные, и частные – способен осложнить существование как NASA, так и коммерческих аэрокосмических компаний на Западе.

Спутники и ракеты-носители

Точный объем китайских затрат на космические программы окутан государственной тайной. Но многие аналитики оценивают ежегодную невоенную часть бюджета, связанную с космосом, примерно в три миллиарда долларов. Это незначительная сумма, по сравнению с 19,3 миллиардами, выделенными правительством США для NASA в 2016 году. Но даже с этим относительно малым бюджетом Китай сумел совершить великие дела.

До 2003 года Китай, чья программа космических исследований восходит к 1950-м, ни разу не выводил на орбиту астронавта — вернее, «тайконавта», как зовут астронавтов сами китайцы. Но после 2003-го страна быстро уравнялась по этой части с прочими космическими державами — Россией и США. В 2016-м Китай впервые запустил в космос больше ракет-носителей, чем Россия, и сравнялся с Соединенными Штатами, запустившими 22 ракеты. Среди китайских ракет была «Шэньчжоу-11», с экипажем из двух человек, стыковавшаяся с орбитальной станцией «Тяньгун-2» — временным космическим жилищем, которое к 2020-м станет большей и уже постоянной орбитальной станцией.

Эти полеты, в сочетании с честолюбивыми замыслами Китая посылать самоходных роботов и людей на близкие и далекие небесные тела, на Луну и Марс, должны, главным образом, поднять китайский престиж, говорит д-р Джеймс Льюис (Dr. James Lewis), первый заместитель директора в Центре Стратегических и Международных Исследований (Center for Strategic and International Studies). «Китайцы препятствуют, как они сами выражаются, западному и американскому господству, — добавляет Льюис. — Китайцы утверждают свою самостоятельность, подчеркивают: “мы вернулись на международную сцену” и провозглашают свою страну великой державой».

Если прежде китайским космическим программам, которыми ведало исключительно правительство, надлежало демонстрировать народные достижения в технической области, то ныне Китай рассматривает космос и как вероятный источник прибыли. Пекин собирается увеличить в 2017 году валовой национальный продукт лишь на 6,5% — самая низкая цифра за минувшие 25 лет. Причина в том, что экономический подъем, которому долго способствовали дешевизна труда и низкое качество производства, достиг мыслимого предела и понемногу сменяется спадом.

Шествие единорогов

В Китае возникло уже 43 новых компании, стóящих свыше миллиарда каждая. Об этом сообщает компания Conference Board — некоммерческая всемирная организация, содействующая успешному бизнесу, в своем опубликованном «Перечне единорогов» (Unicorn List). [«Единорогами» в деловом английском языке с 1990-х гг. именуют недавно созданные компании, которые оцениваются в сумму, превышающую один миллиард долларов и растут быстро. — Примечание редакции]. Тем не менее, президент Си выразил пожелание видеть большее количество подобных предприятий — особенно в сфере информационных технологий и электронно-сетевого бизнеса, — способных стать могучей движущей силой китайского развития. И внутри китайского руководства, и вне правящих кругов на космические программы смотрят, как на нечто, способное дать толчок и государственному промышленному производству, и частному предпринимательству. В этом видят катализатор технологических достижений, которые принесут Китаю всемирное уважение и подстегнут буксующую экономику.

За минувший год возникло много компаний, участвующих в производстве ракет-носителей — преимущественно при содействии университетов и так называемых «хедж-фондов» (hedge funds). Компания OneSpace, которая существует лишь два года, продолжает создавать 59-тонную ракету-носитель. Ее предполагают впервые запустить в космос в 2018 году. Компания ExPace, возникшая в начале минувшего года, уже готовит к продаже свою ракету «Квайчжоу», использующую твердое топливо и способную выводить на околоземную орбиту небольшие спутники. Схожим образом компания Landspace, появившаяся в 2015-м, заверяет, что сможет осуществить первый коммерческий запуск до конца текущего года.

Разумеется, эти фирмы — отнюдь не ровня американским SpaceX или Blue Origin. Хотя формально их числят молодыми коммерческими предприятиями, связь между успешными дельцами и китайским правительством очевидна. По слухам, «Квайчжоу» создавалась компанией ExPace на базе ракеты-носителя, способной поднимать на орбиту противоспутниковое оружие и перехватчики, применяемые противоракетной обороной. Компания Landspace разработала свою ракету на базе военной ракеты-носителя «Чанчжэн-11», известной на Западе преимущественно как Long March 11. OneSpace, по слухам, финансируется Китайским Национальным Бюро Оборонной Науки и Промышленности (англ.: National Defense Science and Industry Bureau).

Впрочем, запуск малых спутников при помощи ракетной техники, заимствованной из военных космических программ, служит лишь одним из путей, ведущих на рынок. OneSpace намеревается со временем построить пилотируемый космический корабль, а Landspace, якобы, обдумывает создание гораздо более мощной жидкотопливной ракеты, способной серьезно соперничать с теми, что производятся американскими компаниями SpaceX и Blue Origin, а также французской ArianeSpace.

Частный сектор берется за дело

Появление вышеперечисленных и других молодых компаний свидетельствует: Китай хочет воспользоваться своей растущей космической мощью и отвлечь на ее нужды хотя бы часть промышленных изобретений и капиталовложений, связанных с привычными правительственными программами. Если поднимается вопрос о ракетах, разумно поощрять индустрию коммерческих запусков: это позволит китайским компаниям выходить на всемирный рынок и предлагать свои ракетные технологии зарубежным потребителям, отнюдь не действуя вразрез международным нормам и соглашениям, запрещающим заниматься подобной деятельностью от имени правительства. Одновременно компании смогут изучать и — в идеале — существенно улучшать китайскую военно-космическую технику.

Работая над ракетами как таковыми, китайцы не забывают о «большом скачке» иного свойства, увеличивая расходы на исследования космического пространства. Это заставит китайские фирмы производить новые материалы, внедрять новые технологии. Текущая «пятилетка» (она окончится в 2020-м) уже потребовала пяти крупных программ, сопряженных с космическими исследованиями. В декабре 2015-го на орбиту вывели спутник, ищущий «темную материю», а в прошлом году был запущен экспериментальный спутник квантовой связи: это может стать значительным шагом вперед в области связи и криптографии (шифровального дела). Непрекращающееся развитие геолокации с использованием спутников-наблюдателей также обеспечивает Китай обширными запасами валюты, на курсе которой играют все компании в области информационных технологий — валюта именуется данными.

«Эти программы — составная часть всеобъемлющих, тщательно взвешенных, далеко идущих стратегических замыслов, относящихся к общественному и экономическому переустройству, — говорит д-р Аланна Кроликовская (Dr. Alanna Krolikowski), научный сотрудник Китайского Института при Университете Альберты (China Institute at the University of Alberta). — Китаю требуются новые движущие силы, которые способствовали бы экономическому росту. Силы эти порождаются услугами, новаторством — всем, что сделает экономику схожей с экономикой промышленно развитых стран».

Создавая собственную систему навигационных спутников «Бэйдоу» —соответствующую системе GPS (глобальной системе определения координат) — и спутников-наблюдателей, подобных «Гаофэню», Китай способен получать сведения, идущие на пользу компаниям, работающим со сверхсовременными технологиями. Американские компании — Planet Labs, Digital Globe, Spaceknow и Orbital Insights уже обладают новейшими, во многих случаях весьма прибыльными методами получения и обработки изображений от спутников, превращения их в данные, которые можно продавать компаниям по всему миру. Китай вкладывает капиталы в такие же исследования, стремясь превратиться в поставщика сходной информации. Но еще не ясно, какую степень свободы получат новаторские фирмы, если главным цензором спутниковых сведений по-прежнему выступает государственное руководство.

«Есть осуществимый замысел: проводить инфраструктурные капиталовложения непосредственно в производство спутников, — продолжает Кроликовская. — Эти капиталовложения оправданы тем, что начнут воздействовать на качество производимых изделий, способствовать улучшению научной, технической и промышленной базы. Они помогут Китаю перейти к новаторской экономике, а этого и добивается правительство».

«…Останутся наши следы»

«Хотя космическая промышленность и выступает частью общего китайского замысла по экономическому совершенствованию, она все же остается лишь одной из составных частей», — говорит Льюис. Общий замысел сказывается и в крупных капиталовложениях, направляемых на развитие более привычных промышленных отраслей. К примеру, полупроводниковая техника: для производства собственных электронных «чипов» китайские руководители выделяют 150 млрд. долларов, чем приводят американское правительство в ярость.

Не учитывая бюджетных диспропорций, многие американские аналитики озабочены тем, что NASA умеряет размах своей деятельности, а Китай уже оставляет все больше следов на орбите и вскоре примется оставлять их «на пыльных тропинках далеких планет».

Но положение может измениться, если президент Трамп захочет придать свежих сил NASA и указать ему новые первостепенные задачи. Президент уже выразил интерес к тому, чтобы снова добиться в космических исследованиях чего-нибудь «из ряда вон выходящего».

По материалам зарубежной печати

Print Friendly, PDF & Email