Генри Киссинджер: Парадоксальным образом, нынешний кризис порождает великие возможности. Я, знаете ли, бывал здесь довольно часто…
Ведущий: За этим вот столом…
Генри Киссинджер: За этим вот столом. И, как вы знаете, отнюдь не отличаюсь избыточным оптимизмом.
Ведущий: О, нет. И неужто вы им прониклись теперь?
Генри Киссинджер: Не думаю, что именно так, но…
Ведущий: Но вы стали умеренным оптимистом.
Генри Киссинджер: Думаю, что когда новое правительство присмотрится к положению, о котором я собираюсь поговорить, оно увидит исполинский кризис и ужасные загвоздки. Но я вижу и надежду на просвет, позволяющий правительству созидать некую новую международную систему.
Вспомните годы после окончания Второй Мировой войны. Часто утверждают, что период между 1945-м и 1950-м во многом был весьма плодотворным – одним из наиболее плодотворных периодов американской внешней политики. Однако этот период начинался хаосом и страхом перед русским вторжением.
Ведущий: Но из этого родились и Организация Объединенных Наций, и План Маршалла…
Генри Киссинджер: И НАТО.
Ведущий: …А позднее и доктрина Трумэна… Стало быть, любой кризис таит в себе возможности развития.
Генри Киссинджер: Оттого, что… Мне кажется, оттого, что… Посмотрите на интересы – немедленные и не столь немедленные – ведущих «игроков» мира, Индии, Китая, России, Америки, Европы – они явно и многозначительно параллельны.
А глядеть на создавшееся положение следует беспристрастно, отнюдь не замирая от страха при виде внешних симптомов.
Ведущий: Из кризиса рождаются возможности. Но когда вы говорите о новой структуре, о новом… не уверен, применимо ли здесь понятие «миропорядок»… И что это значит? Миропорядок, определяемый новыми интересами, новой общностью интересов?
Генри Киссинджер: Да, нужно с этого начинать. Существует мнение: для начала следует прививать другим нашу политическую философию. Не думаю, что это возможно лишь на одном правительственном веку, или на двух. Это задача историческая, и весьма своеобразная.
Ведущий: Дело застопорилось, поскольку…
Генри Киссинджер: …В Ираке – из-за экономического кризиса. Считается, что Америка возглавит движение за новое взаимное понимание в широчайшем смысле. Это возможно лишь во всемирных масштабах. Нужно решать вопросы, относящиеся к распространению ядерного оружия… к энергетике… к природе и окружающей среде…
Ведущий: Иногда и к здравоохранению – тоже во всемирных масштабах.
Генри Киссинджер: Все перечисленные вопросы требуют внимания всемирного. Изобретать новый миропорядок незачем. Просто каждая страна должна умерить свои чисто национальные, своекорыстные интересы, в известной мере подчинить их всемирным нуждам.
Ведущий: Или определить свои естественные…
Генри Киссинджер: Или определить свои естественные…Нельзя руководствоваться чисто эгоистическими соображениями, как некоторые главы государств, с которыми я встречался и беседовал. Нужно решить, в какой степени сотрудничать с Америкой – весьма ощутимый кризис властно требует подобного сотрудничества.
Ведущий: Экономический кризис.
Генри Киссинджер: Да. И еще международную систему тормозят в развитии, не дают ей улучшаться. Я, само собой, не рассчитываю на то, что все главы государств окажутся способны воспользоваться открывающимися возможностями. Но им следует хотя бы двигаться в этом направлении; крепко надеюсь, что и мы тоже двинемся в этом направлении.
Ведущий: Если понимаю правильно, то в общем и целом вы хотите сказать: экономический кризис, разразившийся в США, Европе, России, Китае, Индии, предоставляет возможность перейти к чему-то новому, а не возвращаться к чему-то старому. Даже арабский джихад – еще один кризис – дозволяет каждому уразуметь: международные дела – не просто проведение границ, а международная политика – не просто пересечение чужих рубежей вооруженными силами.
Генри Киссинджер: Дело это безотлагательное, ибо финансовый кризис нежданно-негаданно распространился по всей планете, и во внешней своей политике страны больше не вправе учитывать лишь интересы мелкие и корыстные. Каждая страна обязана осознать свои приоритеты. Внешняя политика становится ныне умственным упражнением для желающих понять: мыслимо ли хоть как-то сочетать приоритеты отдельно взятых стран с тем, чтобы они взаимно укрепляли друг друга. Возможно ли это? Понятия не имею.
Но постараться следует; и, думается, можно рассчитывать на успех.
Ведущий: Как вы определите нынешнюю эпоху, «текущий момент», открывающиеся перед нами возможности?
Генри Киссинджер: Неплохой вопрос. Пожалуй, это эпоха совместимых интересов.
Ведущий: Благодарю вас, Генри Киссинджер. Еще есть немало вопросов, относящихся к России, к сравнительному «удельному весу» Медведева и Путина, о внутренней российской политике и проблемах – но об этом уже поближе к вечеру.
