“Московский барбер Денис провел уже четыре недели на общенациональном карантине, который парализовал его бизнес, когда в конце прошлого месяца ему позвонил потенциальный клиент, отчаянно нуждающийся в подстрижке. Человек по телефону умолял его о встрече, несмотря на то, что салон был закрыт, и Денис смягчился. Но его ждал неприятный сюрприз: попав внутрь, этот человек представился городским чиновником и наложил на салон штраф в размере 50 тыс. рублей (700 долларов) за нарушение карантинных правил”, – пишет Financial Times.
“Если бы правительство действительно заботилось, если бы они действительно хотели помочь малому бизнесу, они оказали бы нам финансовую поддержку или позволили бы нам работать, – говорит 34-летний Денис, отказавшийся называть свою фамилию. – А теперь я должен идти в суд”.
“Пандемия (…) вынудила Кремль требовать двух, казалось бы, противоположных вещей: сохранить ограничения, чтобы подавить второе по величине в мире число инфекций Covid-19, и снять карантин, который, согласно прогнозам Центрального банка страны, может привести к сокращению ВВП на 6% в этом году. Малые и средние предприятия, такие как бизнес Дениса, оказались в ловушке между двумя. В течение всего апреля президент Владимир Путин обязал их выплачивать зарплату работникам, но в то же время приостановить их деятельность. Теперь они подвергаются почти ежедневным изменениям в местных правилах, регулирующих их работу, в то же время ожидая государственных финансовых грантов, которые не выдерживают сравнения с теми, которые предлагаются в западных странах”, – передает газета.
“У нас нет кредитных каникул, нет выплат”, – указывает Денис, отмечая, что российское правительство включило такие компании, как McDonald’s, в список организаций, которым было разрешено продолжать свою деятельность, а такие предприятия, как его – нет. (…) Хотя малые и средние предприятия составляют лишь одну пятую ВВП, они являются важной частью сектора услуг, гостиничного бизнеса и розничной торговли, которые являются важными работодателями в крупных городах, таких как Москва”.
(…)
“Апрель был очень ужасным месяцем для России, как и для других стран. Все, начиная от компаний среднего бизнеса, и меньше, столкнулись со значительным падением объемов производства, – сказал Владимир Тихомиров, главный экономист Финансовой группы BCS в Москве. – Негативное экономическое давление на российскую экономику в этой ситуации будет ощущаться гораздо дольше, чем думает большинство людей. Доверие потребителей и безопасность рабочих мест будут оставаться проблемой в течение некоторого времени”.
“Примерно треть российских компаний говорят, что им угрожает банкротство, согласно опросу, проведенному в конце апреля Центром стратегических исследований, российским аналитическим центром. (…) “Доход домохозяйства значительно сократится… и государственные меры поддержки помогают мало, – отмечает Ярослав Совгира, глава банковской группы по России и СНГ в Moody’s. – Очень мало денег на самом деле поступает малому и среднему бизнесу”.
“На самом деле, безработица намного выше официальной статистики”, – добавил он.
(…) Издание напоминает, что на прошлой неделе в социальных сетях на юге России начался протест под хэштегом #nakedrestaurants и распространился по большей части страны, в рамках которого работники ресторанов позируют обнаженными, но в масках, требуя от правительства снять ограничения и разрешения им работать.
“Официальные указания порой противоречивы. Во вторник мэр Москвы Сергей Собянин использовал телевизионное интервью, чтобы предупредить, что угроза со стороны Covid-19 остается высокой, но предположил, что через несколько дней он значительно ослабит ограничения (…)”, – говорится в статье.
“Финансовый ответ Кремля на пандемию был скупым. В апреле, когда уровень заболеваемости был ниже, чем в других странах с развитой экономикой, Кремль фактически переложил расходы на карантин на работодателей, заставив их выплачивать зарплату работникам, которым было приказано оставаться дома – и истощать их денежные резервы, сохраняя при этом государственные, – пишет Financial Times. – В мае, когда Россия превратилась в глобальную горячую инфекционную точку, правительство начал внедрять некоторые финансовые стимулы. Но оно не горело желанием задействовать резервный фонд на сумму 165 млрд долларов, накопленный от продаж нефти в прошлом, вместо этого предназначив его для заполнения дыры в бюджете, вызванной текущим падением цен на нефть”.
“По словам аналитиков, общая обещанная сумма эквивалентна 1,8% ВВП или дополнительным 10% государственных бюджетных расходов, что является малой долей сумм, обещанных такими странами, как Германия, Франция или Великобритания. “Для Кремля политическая стабильность гораздо важнее, чем более эффективная экономика”, – подчеркивает Тихомиров.
