Несколько дней назад в одной ведущих американских газет «Washington Post» появилось интервью с королем Иордании Абдаллой II. Среди моря пропаганды, в котором «Washington Post» остается главным ледоколом, интервью с иорданским королем стало информационным прорывом космических масштабов. Такое бывает, когда приходит время подготовить общественное мнение к радикальным договоренностям, которые могут сотрясти мир. То, что израильско-палестинское урегулирование может стать именно таким, не вызывает в геополитическом сообществе никакого сомнения. Тому, кто завершит «конфликт столетия», несомненно дадут Нобелевскую премию, даже если таких людей будет несколько десятков. А меньшее количество с этим просто не справится – настолько на Ближнем Востоке все сложно.

Что сказал король? В украинских СМИ появились упоминания о статье, но связаны они исключительно с ее громким названием, которое к содержимому имеет очень незначительное отношение. Название выглядит следующим образом: «Король Абдалла: Надо заключить компромисс с Россией по Крыму, дабы заручиться ее помощью в Сирии». Теперь, надеемся, всем понятно, почему статья с таким заголовком попала в наши СМИ. Понятно, к сожалению, и другое, — что никто из тружеников украинской журналистики статью не читал, что становится печальным правилом. Такой заголовок нужен американским пропагандистам из «Washington Post» для повышения продаж. Так они работают – главное придумать заголовок, который видно издалека, чтобы даже самый искушенный человеческий ум на него клюнул.

Все интервью посвящено исключительно положению дел на Ближнем Востоке и предстоящей возможной договоренности между палестинцами и израильтянами, в которой иорданскому королю, похоже, уготована центральная роль.

В действительности ничего такого о Крыме король Абдалла не говорил. Он вообще упомянул это слово ровно один раз в том самом предложении, которое и выставили в названии. Все интервью посвящено исключительно положению дел на Ближнем Востоке и предстоящей возможной договоренности между палестинцами и израильтянами, в которой иорданскому королю, похоже, уготована центральная роль.

Итак, Абдалла II приехал в Вашингтон на встречу с президентом Трампом для обсуждения «геополитической сделки века» по окончанию «конфликта столетия». Король правит страной, в которой 90% населения составляют палестинцы. До 1967 года количество палестинцев, проживающих в Иордании, составляло 95% или даже больше, потому как в ее состав входил Западный берег реки Иордан с городом Иерусалимом в самом его центре. Потом была война, и Западный берег оккупировали израильские войска, находящиеся там по сегодняшний день. Хранителем Иерусалима, третьей по важности исламской святыни после Мекки и Медины, считалась иорданская династия Хашимитов. Тогда, в 1967 году, хранители потеряли святыню. С пониманием ситуации становится ясно, что Иордания и Палестина в принципе почти одно целое. Иордания практически палестинское государство, потому как большинство проживающих в ней — палестинцы. У них общая история и один Иерусалим. А потому роль Иордании и ее короля в предстоящих договоренностях может оказаться самой главной.

Как ни странно, пока палестинское руководство еще при Ясире Арафате и в первые годы после его смерти было сильным, ни о каком иорданском участии в решении конфликта не могло быть и речи. Организация Освобождения Палестины (ООП) даже сильно враждовала с Хашимитским королевством, и на то имелись серьезные причины. В 1970 ООП чуть не свергла власть короля в стране. Тогда базы палестинского движения сопротивления располагались в Иордании, а палестинская военная мощь превышала силы иорданской армии. В 1970 году король Хусейн нанес по палестинцам превентивный удар – это был его единственный шанс одержать победу в назревавшем противостоянии – и разгромил силы противника. ООП была изгнана с территории Иордании в соседний Ливан, после чего отношения между иорданским и палестинским политическим руководством на многие годы стали крайне сложными. Однако в начале 21 века палестинское политическое движение стало быстро терять свое былое могущество и разваливаться. Демократизация, постигшая человечество в конце 21 века, сыграла с палестинским движением злую шутку. Если еще в конце 80-х годов палестинский народ представляла единая и неделимая Организация Освобождения Палестины, то сегодня за палестинский народ отвечает великое множество политических движений, и все они между собой враждуют. Иными словами, у палестинцев сегодня нет политической силы, которая бы пользовалась доверием народных масс и была бы в состоянии возглавить новое государство, если таковое будет создано.

На фоне разброда и шатания в Палестине в недрах нового американского истеблишмента возникла идея вывести на ближневосточную политическую арену хашимитского короля – хранителя Иерусалима. Вопрос Иерусалима в палестино-израильском урегулировании самый сложный, и многим кажется просто нерешаемым. Однако король Абдалла может оказаться тем самым ключом, который сможет открыть и закрыть самый большой ящик геополитической Пандоры в мире. Он может устроить все стороны конфликта, обезумевшие от недоверия друг к другу за последние 70 лет нечеловеческого противостояния. Самыми непримиримыми в иерусалимском вопросе являются израильтяне. Они обещают всему миру лечь в городе костями, но из него никуда не уйти, потому как его им дал бог до сих пор не совсем понятно, сколько тысяч лет назад. Но местные реалии сегодня грубо противоречат библейским записям. Старый Иерусалим, тот, что за стеной, и тот, который был дан евреям на заре человеческой цивилизации, в наши дни больше чем на 90% заселен палестинцами. В Старом городе имеется четыре квартала – еврейский, армянский, христианский и арабский. Первые три – еврейский, армянский и христианский – крошечные по размеру и больше даже игрушечно-туристические, нежели реальные места для проживания людей. А вот арабский квартал по большому счету и есть тот Иерусалим, который Израиль называет единой и неделимой столицей еврейского государства. Именно в арабском квартале и живут люди, именно здесь и есть настоящий, а не туристический Иерусалим. Есть еще один Иерусалим – еврейский. Но он построен за городской стеной в последние лет этак пятьдесят, то есть это чистый «новодел», к библейской истории не имеющий никакого отношения.

Вот такая у Израиля имеется политическая нестыковка – столицей еврейского государства является арабский город. В общем, хоть израильтяне и заявляют, что Иерусалим только их столица, понимание реального положения дел в городе у них все-таки имеется. В действительности они просто боятся отдать арабскую часть города в руки палестинцев, потому как среди сегодняшних палестинских политических сил нет такой, которая была бы в состоянии поддерживать там порядок. Начнется хаос, в который обязательно влезут исламисты, — и прости, прощай иерусалимская черешня. Совсем другое дело король Абдалла II — из династии Хашимитов, хранителей Иерусалима. Ему они могут доверить восточную часть своей столицы без больших опасений.

Для того, чтобы понять, как и почему король Абдалла может оказаться в Иерусалиме и какую роль он может сыграть в предстоящем политическом урегулировании, необходимо вспомнить о нем некоторые факты. Иорданский король — настоящий англичанин в буквальном смысле этого слова. Его мать англичанка. Все свое образование король также получил в Великой Британии, где даже служил в гусарском полку командиром взвода, потому как закончил Королевскую военную академию в Сэндхёрсте – одну из самых престижных в мире. По-английски Абдалла II говорит с оксфордским акцентом, а по-арабски с английским. Король-англичанин оказался волей судьбы на троне Хашимитского царства. Он является хранителем Иерусалима и повелителем миллионов палестинцев, проживающих в его стране, будучи при этом абсолютно западным человеком. У Абдаллы есть еще одна важная для текущего момента особенность. Он очень боевой военный. Король имеет звание майора британских гусаров, подполковника американской бронетанковой кавалерии, маршала иорданских ВВС и фельдмаршала иорданской армии. Сначала он был танкистом, потом вертолетчиком, но самым большим военным увлечением маршала-фельдмаршала стал спецназ. В Иордании имеется одно из лучших в мире подразделений спецназа, что является исключительно заслугой Абдаллы. Столь боевой спецназ в этих местах дело нужное, потому как места эти крайне неспокойные. Король учился в лучших высших военных академиях Великой Британии и США, а также ездил для повышения своей военной квалификации в самые экзотические учебные заведения на планете, где в этом деле знают толк. Говорят, с этой целью он неоднократно бывал и в СССР, и в Российской Федерации, посещая то академию Фрунзе, то Высшие офицерские Краснознаменные орденов Ленина и Октябрьской Революции курсы «Выстрел». А еще король Абдалла очень серьезный водолаз.

Кандидатура столь опытного английского военного идеально подходит Израилю в качестве партнера по совместному управлению Иерусалимом.  Его кандидатура вообще подходит всем от Вашингтона до Москвы, которая в последнее время смогла ловко выйти на орбиту ближневосточной политики. Но есть в этом вопросе одно недопонимание – король-то иорданский, какое он имеет отношение к Палестине?

На самом деле иорданский план муссировался в ближневосточных переговорах уже очень давно. Суть его заключалась в том, чтобы вернуть Западный берег реки Иордан (оккупированные Израилем палестинские территории) в состав Хашимитского королевства. Но пока палестинское политическое руководство было сильным, это не представлялось возможным. Они бы никогда не выпустили власть из своих рук. Кстати, одна из самых больших претензий к палестинскому политическому руководству со стороны как палестинского народа, так и мировой общественности, касается жуткой коррупции. Власть в Палестине означает огромные денежные потоки, которые властью контролируются и, естественно, разворовываются. Сегодня же палестинские власти слабы и развалены как никогда в истории. Таким образом, грядет время перемен, и на пути короля Абдаллы к абсолютной палестинской власти может не оказаться серьезного противника. К тому же, сами палестинцы, простые жители Западного берега реки Иордан, к своей проворовавшейся и бесполезной номенклатуре относятся с большим пренебрежением. А вот отношение к иорданскому королю и его королевству у них очень уважительное. Большинство населения Западного берега с удовольствием получили бы, наконец, паспорта уважаемой страны, которые можно с гордостью показывать на границе, имея возможность свободно передвигаться по собственному желанию. Сегодня у палестинцев нет паспортов – один эрзац. А главное — уровень жизни в независимой Иордании намного выше, чем в оккупированной Палестине.

Основным ходом пропаганды, скорее всего, станет создание независимого Палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме, которое тут же создаст федерацию с Иорданией.

Но скорее всего столь грубого решения, как передача оккупированных палестинских территорий иорданскому королевству, в столь сложные времена не примут. Общественное арабское мнение последние годы крайне ранимо, ведь столько здесь произошло кровавых событий. А потому реально намеченную политику придется дезавуировать большой пропагандисткой кампанией для подготовки общественного мнения к переменам. Основным ходом пропаганды, скорее всего, станет создание независимого Палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме, которое тут же создаст федерацию с Иорданией. Новым федеральным палестино-иорданским государством управлять, естественно, назначат короля Абдаллу. Его кандидатура устроит абсолютно всех: в первую очередь, палестинский народ, а далее Израиль и всю мировую и арабскую общественность. Создание палестино-иорданской федерации нельзя рассматривать как нечто новое и невозможное в арабском мире. Прецеденты были. Та же Иордания в 1958 году создала федерацию с Ираком, где царем был двоюродный хашимитский брат тогдашнего иорданского короля Хусейна. Федерация развалилась только потому, что иракского царя Фейсала свергли военные. Существовала в 60-е годы и египетско-сирийская федерация, у которой даже общих границ не имелось. Палестино-иорданская федерация выглядит намного логичнее и реальнее, чем прежние. Если такое решение удастся политикам, беспокойное положение дел на Ближнем Востоке и во всем мире удастся ощутимо поправить. Палестино-израильское соглашение может стать началом новой эпохи мира и благоденствия на Ближнем Востоке. И нет сегодня в регионе и за его пределами политика, который бы не пожелал войти в историю в качестве миротворца. А значит, шансы на мир есть, и они велики как никогда.

Иван Пырьев

Print Friendly