Ведущий Джонатан Рот (Jonathan Roth): Здравствуйте. В нашей беседе принимает участие Джордж Фридман, основатель сетевого издания «Геополитическое будущее» (Geopolitical Futures), говорящий из Остина, штат Техас. Джордж, огромное спасибо за согласие участвовать в передаче.

Джордж Фридман: Не за что.

Джонатан Рот: Джордж, очень любопытные вещи происходят в Восточной Европе. Там сейчас находится президент Дональд Трамп, а между некоторыми восточноевропейскими странами начинаются трения, предсказанные вами давным-давно. Просветите нас, пожалуйста, по этому поводу.

Джордж Фридман: М-м-м… Существует понятие “Intermarium”, в переводе с латыни значащее «Поморье»… то есть «Междуморье» — земли, простирающиеся между морями. Это Поморье расположено между Балтийским морем и Черным. Я уже рассказывал: союз находящихся там государств изначально был задуман поляком по имени Пилсудский — это, в сущности, отец-основатель современной Польши, — ради того, чтобы защищать упомянутые земли — прибалтийские страны, Польшу, Венгрию и Румынию. Во времена Пилсудского еще никто не желал создать настоящую угрозу для России, никто не принимал идею «Междуморья» всерьез. А ныне эта идея стала национальной политикой польского правительства. Румынское правительство смыкается в этом вопросе с польским, а сегодня мы узнали: венгры впервые проводят совместные с румынами черноморские маневры. Получается, перед нами возникает Intermarium — военный союз, простирающийся от моря до моря, уже принимающий определенные очертания и до известной степени меняющий весь европейский образ жизни.

Джонатан Рот: Тогда вернемся к вопросу: происходящее выходит за рамки НАТО или вписывается в них?

Джордж Фридман: Отчасти вписывается, рассуждая формально. И все же на практике единственное государство, находящееся вне этого региона и оказывающее ему серьезную помощь и поддержку — Соединенные Штаты. Соединенные Штаты намерены блокировать русских — независимо от того, нападают они или даже не помышляют о нападении. США смотрят на страны Междуморья, как на союзников. А европейцы куда осторожнее — европейцы их побаиваются. Европейцы побаиваются американского присутствия, опасаются, что возобновится «холодная война», тревожно спрашивают: а нам какое дело до подобных затей? Получается, на практике все происходит за рамками НАТО. Соединенные Штаты присылают войска, присылают… то есть, продают оборудование этим странам, обучают их солдат и офицеров — что угодно делают, чтобы создать «буфер» между Европой и Россией.

Джонатан Рот: Уже много лет предводительницей Европы выступает Германия. Ныне Германия и США расходятся во мнениях по многим вопросам. Куда же движутся отношения между США и Германией, и как это скажется на германских отношениях с Польшей, Венгрией, Румынией и прочими государствами этого региона?

Джордж Фридман: Многие скажут: загвоздка в личных трениях между Меркель и Трампом. Но разногласия начались, еще когда у власти пребывало правительство Буша. Американский взгляд на миропорядок широк, он учитывает множество текущих кризисов, которым США намерены противостоять: и в Корее, и на Ближнем Востоке и, возможно, кое-где в Восточной Европе. Германский взгляд гораздо уже: Германию тревожит ЕС, зона свободной торговли, вопросы местного значения. Американцы непрерывно стараются распространить блок НАТО, вывести его за рубежи географических пределов, а немцы желают удержать его в нынешних географических рамках. Американцев заботят вопросы военные, а немцев — преимущественно экономические. Между обоими государствами существуют величайшие — копившиеся еще со времен «холодной войны» — разногласия. И сегодня… и потому отмечаются личные стычки руководителей. Хотя, конечно, Трамп и Меркель действительно друг друга недолюбливают. Но мы видим только их личные стычки, а причина стычек лежит намного глубже: в государственных разногласиях.

Джонатан Рот: М-м-м… любопытно. Хорошо, давайте перевернем страницу. Последний вопрос: давайте поглядим на положение вещей с точки зрения Москвы. Как на все это смотрит Москва?

Джордж Фридман: Задайте вы свой вопрос до того, как обрушились нефтяные цены, я сказал бы: Москва расценит положение как чрезвычайно грозное, как нечто, вынуждающее к ответным действиям. Положение могло бы стать опасным. А когда баррель нефти стóит менее 50 долларов — не забывайте: нефть служит одним из основных источников дохода для Российской Федерации, — о нефти размышляют несравненно больше, чем обо всем прочем. Теперь, когда Украина потеряна, российские войска находятся в сотнях миль от румынской границы; к польской они, правда, поближе, но лишь на очень узком участке. Сейчас Россию куда больше заботит экономическое восстановление. О войне Россия даже не помышляет. Но, помня о случившемся в 2014-м, о происходящем на украинской почве, скажем так: пришли в движение силы, о которых никто и не подозревал. Россия вынуждена отвечать, она принимает меры по дестабилизации — меры эти кажутся исключительно мощными, — однако на деле это отнюдь не так. Соотношение истинной мощи вовсе не меняется. Русские, в определенном смысле, подражают немцам: сосредотачивают внимание на частных вопросах… занимаются своими собственными делами, лишь наблюдая, как американцы играют мускулами по всей планете.

Джонатан Рот: Джордж Фридман, от души благодарю за то, что уделили нам время и поделились мыслями.

Джордж Фридман: Всего доброго.

Print Friendly