2 августа 2017 на Нью-Йоркской фондовой бирже состоялся очередной рекорд. Индекс Доу-Джонса взял 22-х тысячную высоту. В марте 2009 года, когда рынок находился на самом дне после финансового кризиса, потрясшего страну годом раньше, индекс Доу-Джонса весил всего 7 тысяч пунктов. За восемь с половиной лет индекс вырос больше чем в три раза. За тот же период времени ВВП США вырос с 14. 719 до 18. 625 триллионов долларов, то есть на 26%. Проще говоря – в то время как американская биржа подняла показатели в три раза, американская экономика подросла лишь на четверть. Подобную картину можно было наблюдать разве что в 1929 году, когда началась Великая депрессия. Сегодняшний «бычий рынок» бьет и временные рекорды. Уже восемь с половиной лет он растет без всяких ему положенных коррекций, лишь изредка немного притормаживая. Ничего подобного современная Америка еще не знала.

Фондовая биржа не просто некая эфемерная материя, далекая от реальной жизни, — это один из самых важных факторов американской экономики, политики и гражданского благосостояния. Гордый таким бурным биржевым ростом президент Трамп на днях заявил, что с момента его прихода к власти страна стала на 4 триллиона долларов богаче. Номинально он абсолютно прав. После того, как Дональд Трамп стал президентом, биржа выросла на 23%, что составило упомянутые президентом США 4 триллиона долларов. Эти триллионы попали прямо в карманы американских граждан. 54% американцев владеют акциями либо напрямую, либо посредством участия в паевых фондах. На радостях граждане начали тратить эти деньги, толкая таким образом экономику страны вверх, ведь американская экономика более чем на 2\3 состоит из гражданского потребления. Кроме того, столь большие прибыли на бирже должны обернуться серьезными налоговыми поступлениями в государственный бюджет. Даже если взять налоговую ставку в 33%, хотя для большинства состоятельных людей она выше, то дополнительные налоги за год превысят 1 триллион долларов, что покрывает дефицит государственного бюджета, выводя впервые за многие десятилетия страну на бездефицитный уровень.

В случае, если фондовая биржа упадет на те же 23%, на которые она поднялась с ноября прошлого года, то государственный бюджет не досчитается того же 1 триллиона долларов.

Казалось бы, Америке удалось найти вечный финансовый двигатель, который и станет залогом ее экономического процветания. Но недаром западные финансисты напоминают друг другу, что бесплатных завтраков не бывает. Все прежние взлеты фондовой биржи заканчивались одинаково – стоимость акций возвращалась к своим естественным значениям, что обычно сопровождалось масштабным крушением фондового рынка с последующим спадом в экономике. Экономика падала по той же причине, по которой она сейчас растет. В случае крушения фондовой биржи миллионы домохозяйств понесут ощутимые финансовые потери и резко сократят потребление. Это приведет к сильному торможению национальной экономики, которая, как уже было сказано выше, по большей части и состоит из потребления этих домохозяйств. Также сократятся поступления в бюджет, ведь у населения вместо прибыли появятся убытки, которые они начнут списывать с прочих доходов. В случае, если фондовая биржа упадет на те же 23%, на которые она поднялась с ноября прошлого года, то государственный бюджет не досчитается того же 1 триллиона долларов. Бесплатных завтраков не бывает.

Столь резкие денежные синусоиды имеют глубокую психологическую основу, на которой, в принципе, и держится мировая экономика. Речь о потребительском поведении, инвестиционном климате и корпоративном мышлении. За всеми этими понятиями стоят реальные люди, принимающие финансовые решения в зависимости от экономической атмосферы, в которой они живут. И если живут они в атмосфере депрессии и рецессии, то и решения будут соответствующие.

Фондовый рынок непрестанно растет, принося обществу новые финансовые средства, а США, кажется, никак не выкарабкаются из рецессии. В действительности Америка из рецессии вышла, но лишь пару лет назад и недалеко. Многие страны Европейского Союза все еще переживают спад, а самые удачливые пребывают в очень шатком экономическом положении. В следующем году Западный мир отметит печальную годовщину – десять лет в посткризисном состоянии. И тут вновь удивляют биржевые результаты на фоне такого экономического положения. Так долго терпеть экономические трудности США приходилось лишь однажды — с 1929 по 1941 годы. Но тогда биржа вела себя совсем по-другому. Перед началом рецессии, в 1929 году, индекс Доу-Джонса достигал почти 4 тысяч пунктов (с учетом инфляции). Затем он рухнул до самых глубин, но довольно быстро оттуда выбрался и на протяжении десятилетия томился в диапазоне от 1 до 2 тысяч пунктов. Ни о каком поступательном движении вперед, а тем более росте в три раза тогда не шло и речи. Индекс Доу-Джонса смог восстановить свой докризисный уровень в 4 тысячи пунктов только к середине пятидесятых годов – на это ушло целых двадцать пять лет. Сегодня финансисты смеются, когда им напоминают, что совсем еще недавно индекс Доу-Джонса был меньше 10 тысяч пунктов, а экономика при этом не растет.

Президент немедленно уничтожил две крупнейших угрозы, висевших дамокловым мечом над американской экономикой.

Но объективные причины для биржевого рывка в 2017 году все же имеются. Финансисты, особенно те, которые толкают бычий тренд на рынке, готовы изложить их любому желающему. Доллар значительно потерял в цене. К примеру, против евро его стоимость опустилась уже почти на 15% с начала года. Для американских акций это очень хорошо, потому как большинство компаний, особенно крупных, де факто уже не американские, а транснациональные и большую часть своих продаж осуществляют за рубежом. Чем сильнее иностранные валюты по отношению к доллару, тем больше в долларах зарабатывают эти компании. Одновременно с этим надо признать, что некий выход из стагнации все же происходит даже в таких безнадежных, казалось, странах, как Греция и Португалия, что также добавляет продаж американским транснациональным предприятиям. Но главное в последнем биржевом рывке это Дональд Трамп. Как только этот феномен не называют. Самым популярным в биржевом лексиконе стало выражение «Tramp Trade». Если переводить грубо – «Трампова торговля». С приходом Трампа к власти на американские деловые круги обрушился финансовый водопад. Президент немедленно уничтожил две крупнейших угрозы, висевших дамокловым мечом над американской экономикой: Парижское климатическое соглашение и Транстихоокеанское партнерство. И то, и другое стоило бы Америке триллионы долларов, которых у нее просто нет. Заботиться о климате, конечно, нужно и важно, но очень дорого. К примеру, пришлось бы окончательно похоронить угольную отрасль США со всеми вытекающими последствиями, а резко возросшая стоимость электричества снизила бы прибыльность корпоративного сектора, и т.п. Отменив Транстихоокеанское партнерство и бросив всю мощь своей жесткой риторики против свободной торговли во всем мире, Дональд Трамп фактически завершил глобализацию как современный экономический строй. Возможно, в далекой перспективе это нехорошо — даже в ближайшей перспективе для многих стран, особенно бедных, это плохо. Но для Америки сегодня такое событие является глотком необходимого ей финансового воздуха. Ну не может Америка больше конкурировать со всеми этими Китаями, Вьетнамами, Индонезиями, Германиями, Мексиками. Даже с крошечной Коста-Рикой лучше Америке в честном торговом бою не пересекаться — проиграет. Единственное спасение в сложившейся ситуации – выйти из всех торговых битв и как можно скорее, чем президент Трамп и занялся с самого первого дня во власти. С тихоокеанскими друзьями разговор был закончен сразу, с Канадой и Мексикой – друзьями по Североамериканской зоне свободной торговли – решили, что надо передоговориться. А еще президент Трамп обещал американской экономике огромные деньги, причем в прямом смысле слова раздать. Налоги уменьшить, в инфраструктуру вложить 1 триллион долларов, оборонную способность государства поднять. Неслучайно самыми буйными в индексе Доу-Джонса оказались акции компании «Боинг». Их стоимость с момента прихода Трампа к власти выросла на 70%. Для столь консервативной компании со столь предсказуемым и стабильным бизнесом такие рывки дело беспрецедентное. Да, приведение американских аэропортов в порядок приведет к значительному росту авиационного сообщения, а увеличение вложений в американскую оборону в первую очередь коснется военно-воздушных сил, но все же рост стоимости акций пусть даже ведущего авиапроизводителя в стране на 70% всего за полгода – некоторый перебор.

Политический фактор Трампа из биржевых торгов уже можно исключать.

Трампова торговля оказалась, по мнению многих экспертов сегодня, явлением не совсем здоровым. Президент, конечно, многое сделал, но столь же много пустил на самотек. Большинство трамповских обещаний оказались похороненными в Конгрессе или еще где-то по дороге к президентскому столу на подпись. Врагов у нового президента больше, чем у какого-либо другого в истории США. Ни налоговых облегчений, ни инфраструктурных вложений, лишь очень незначительное увеличение оборонного бюджета – вот и все результаты на текущий момент. Хуже другое: перспектив в этих вопросах никаких не осталось. В стране полный политический тупик. Кроме того, уже через несколько месяцев начнутся очередные выборы в Конгресс, что займет все внимание политического класса, и никакие изменения невозможно будет внедрить. При любом исходе выборов придется все начинать сначала, а там уже и до следующих президентских выборов недалеко. Короче говоря, выполнить свои обещания на этом сроке Трампу уже явно не удастся, а сможет ли он остаться на следующий, очень большой вопрос. А значит, политический фактор Трампа из биржевых торгов уже можно исключать.

Что же тогда остается для обеспечения столь значительного роста американской биржи. Крайне медленное восстановление экономики в США и Европе. Ослабление национальной валюты. Замедление темпов глобализации в отдельно взятой стране – США. По большому счету, это все. Неужели этого достаточно для обоснования стремительного роста биржевых индексов и создания такого количества денежных средств буквально из воздуха. Американская биржа подошла к очень опасному краю. Об очередной высоте даже речи не идет. Все разговоры идут исключительно вокруг состоявшейся цифры в 22 тысячи и того, насколько большим может быть отскок. Не станет ли он падением в ту самую пропасть, по краю которой американская биржа ходит уже долгое время.

Вадим Глушаков

Print Friendly