Еще подростком, впервые услыхав бородатый анекдот про боксера: «А в нее (голову) я ем», – я задумался, боксера ли здесь высмеивают, и не про журналиста ли это на самом деле. Что еще можно ответить на вопрос «почему у вас такая маленькая голова?» – не говорить же, в самом деле, «чтобы уворачиваться от ударов». Определенно, дело тут не в боксере, а в манерах отечественных журналистов – в их любви к глупым и оскорбительным вопросам и привычке считать себя на три головы выше других, в частности, спортсменов.
В этом меня в очередной раз убедила перепалка на пресс-конференции украинского боксера Александра Усика и журналистки канала «1+1». Причина – встреча спортсмена с митрополитом Онуфрием. Усик подарил главе УПЦ боксерские перчатки с памятной надписью. Бдительная журналистка, узрев в этом нарушение морального кодекса патриота, поставила вопрос ребром: «Осенью вы ездили в зону АТО, а вчера подписывали перчатки московским попам. Скажите, а вы не боитесь окончательно закрепиться в имидже приспособленца?».
Ибо нет никого лицемернее, чем патриот на ставке, да еще и в военное время, когда растущий спрос приносит любителям родины за деньги блага, гарантирующие в условиях общего обнищания почти беззаботную жизнь.
Дальнейшее развитие беседы можно посмотреть на видео и дать собственную оценку действиям сторон. Однако я не об этом. Я о «приспособленцах». Вам может нравиться позиция Усика, может вызывать неприязнь или враждебность. Но приспособленчество – самый последний из эпитетов, который тут применим. Чего, впрочем, нельзя сказать о самой журналистке. Ибо нет никого лицемернее, чем патриот на ставке, да еще и в военное время, когда растущий спрос приносит любителям родины за деньги блага, гарантирующие в условиях общего обнищания почти беззаботную жизнь. Да еще и с охранной грамотой с улицы Танковой в кармане. Можно, разумеется, предположить наличие у девушки твердых идеалов, но и тогда ее разговоры о приспособленчестве Усика будут актуальны лишь после того, как она сама отважится на прогулку по ялтинской набережной в спортивном костюме с украинской символикой.
А еще страшнее, что любые дружеские жесты и действия в адрес УПЦ отныне приравнены СМИ к государственной измене.
Однако самое страшное в этой истории даже не в оскорбительной постановке вопроса. Ведь журналистка «плюсов» использовала слово «приспособленец» совершенно искренне. Просто в формате оруэлловского новояза «приспособленец» – это не тот, кто делает подлые дела, получая денежное вознаграждение, а тот, кого не удается однозначно распознать посредством идентификатора «свой-чужой».
И это действительно страшно. А еще страшнее, что любые дружеские жесты и действия в адрес УПЦ отныне приравнены СМИ к государственной измене. Александр Усик может тысячу раз сохранить достоинство и даже поставить журналистку на место, однако новый вопрос уже вброшен в профессиональное сообщество пропагандистов и агитаторов. А значит, с ним скоро будут приставать к каждому. Возможно, в ближайшее время следует ожидать даже появления списков прихожан УПЦ из числа публичных людей, а активисты будут добиваться их исключения из пула комментаторов в СМИ. Маховик межконфессионального конфликта, запущенный в новогоднюю ночь благодаря прецеденту в Запорожье, неумолимо набирает обороты.
Мирослав Буряк
