В пятницу, 18 августа, в Кэмп-Дэвиде состоялось расширенное совещание американского правительства по ситуации в Афганистане. Совещание готовили несколько месяцев, и на нем присутствовали практически все госслужащие высшего звена, имеющие к вопросу отношение. Такой себе большой военно-политический совет в Филях по принятию аналогичного решения – уходить или оставаться. Президенту были представлены все возможные варианты, заранее продуманные и тщательно проработанные. Однозначного решения афганская проблема на сегодняшний день не имеет ввиду ее невероятной сложности. Какие-то договоренности на встрече наверняка были достигнуты, но широкой общественности о них ничего не сказали. Возможно, намекнули, — дабы впоследствии, если все пойдет по плану, получить за достижения политический кредит. Распознать очертания будущего решения можно было, очень внимательно выслушав речь президента Трампа, произнесенную им по этому вопросу 21 августа. Стоит заметить, что и саму речь, и встречу в Кэмп-Дэвиде сопровождала мощная кампания политического продвижения. Президентская администрация вначале накормила прессу досыта информацией о том, что состоится историческое совещание, на котором, наконец, решат афганский вопрос. Совещание состоялось в пятницу, но прессе о его результатах не сообщили. Затем, в воскресенье, министр обороны США на встрече стран НАТО в Мюнхене объявляет, что Америка приняла решение по Афганистану, и президент США выступит на эту тему в понедельник вечером перед американским народом. Все происходящее сопровождалось лавиной догадок и аналитических разглагольствований о том, что происходит, и как Трамп поступит с Кабулом. Однако после произнесенной президентом речи американский народ остался в недоумении, потому как Трамп опять умудрился ничего конкретного не сказать.

Самым важным посланием было всего одно предложение, сказанное Трампом — о том, что США готовы увидеть умеренные элементы Талибана в рядах нового афганского правительства.

Речь президента США по афганскому вопросу длилась 24 минуты и была исключительно демагогической, но в потоке политического пафоса были скрыты послания тем, кто играет основные роли в регионе. Самым важным посланием было всего одно предложение, сказанное Трампом — о том, что США готовы увидеть умеренные элементы Талибана в рядах нового афганского правительства. Предложение было искусно сформулировано и завуалировано, чтобы никто из широких масс общественности на него ни в коем случае не обратил никакого внимания. Из сотен предложений, сказанных за 24 минуты, этому вопросу уделили всего одно предложение. Но в нем была вся суть американского плана действий в Афганистане. С Талибаном будут договариваться, а не воевать, и торги пойдут о количестве портфелей и влияния у исламистов в новом правительстве. Говоря прямо, после 16 лет войны Америка сдается Талибану и пытается заключить с ним мир на приличных условиях. Если смотреть на речь президента Трампа под этим углом, то она действительно революционная и важная, несмотря на то, что вся ее суть прозвучала в единственном предложении.

Вторым важным элементом афганской политики, которому президент Трамп уделил намного больше внимания, является позиция по Пакистану. Никогда еще в истории США о Пакистане не говорили так плохо и на столь высоком уровне. Господин Трамп метал в адрес Исламабада гром и молнии из угроз и оскорблений. В словах американского президента действительно есть большая доля правды. Пакистан всегда поддерживал в Афганистане исламистские элементы самого разного толка: от Аль-Каиды до Талибана. Это был инструмент влияния Пакистана, который всегда рассматривал Афганистан не меньше, чем как свой задний двор. Посадить в Кабуле свое правительство Исламабаду не довелось. Сначала в Кабуле сидело советское правительство. Потом там был хаос, который в какой-то момент закончился приходом к власти пакистанского правительства из Талибана. Но счастье оказалось недолгим. Террористический акт 11 сентября 2001 года стал для Исламабада настоящей катастрофой. Сам Пакистан принудили к жесткому сотрудничеству, а в Кабул направили американское правительство, которое находится там по сей день. С тех пор прошло шестнадцать лет, а пакистанский воз и ныне там. Американский гнев 11 сентября 2001 года забылся на фоне десятков тысяч солдат, погибших с того времени на Ближнем Востоке, и Пакистан вновь относительно волен проводить свою повестку в соседнем Афганистане.

Третьим по важности элементом в речи президента Трампа стала роль Индии в афганском урегулировании. Этот пассаж был самым удивительным, и не только потому, что шел впритык к словам о деструктивной роли Пакистана в регионе, а еще и потому, что Трамп говорил об экономической роли, которую Индии предстоит сыграть в Афганистане. Пакистан и Индия являются смертельными врагами с момента создания этих двух государств семьдесят лет назад. Одной из важнейших целей Пакистана является не допустить индийского влияния в Афганистане любой ценой. И тут президент Трамп не только обрушивается на Исламабад с обвинениями во всем мировом терроризме, но и следом говорит о помощи Индии в афганском вопросе. Невиданная даже по сегодняшним меркам дерзость в крайне сложном международном вопросе. Так сталкивать две ядерные державы на международной арене крайне опрометчиво. Но что подразумевал президент Трамп под экономической ролью Индии? Самой большой демократии мира, как часто называют Индию ввиду огромного населения, остро нужен природный газ по низкой цене. Ей нужно очень много природного газа. Но поблизости его в таком количестве нет. В действительности он есть — в Иране. Иран занимает второе место в мире по запасам природного газа. От Ирана до Индии рукой подать, но рукой этой надо подать через Афганистан – что немыслимо на текущий момент. Если Тегерану удастся построить через территорию Афганистана газопровод в Индию, то для всех вовлеченных в этот проект стран дело станет невероятно прибыльным и крайне важным с экономической точки зрения — в первую очередь, для Индии. Сам Афганистан, кстати, является настоящей сокровищницей различных полезных ископаемых и для такой огромной, растущей экономики, как Индия, будет очень полезен.

Иными словами, Америка готова уступить Афганистан не только Талибану, но и другим закулисным участникам местных событий, несмотря на то, что трое из них заклятые враги США, а двое, в лучшем случае, нейтральны к Вашингтону.

Афганский клубок настолько запутан, что разобраться с ним будет очень сложно. Иран, Индия, Пакистан, Китай, Российская Федерация – вот пять крупных геополитических игроков, кружащих над Афганистаном подобно коршунам в поисках добычи. Пока Вашингтон со своими союзниками по НАТО были в Кабуле главными, вышеупомянутая пятерка пребывала за кулисами афганской войны, понемногу преследуя свои интересы. Однако, возможно, США договорились с ними на каких-то пока никому не ведомых условиях о смене караула в Афганистане. Иными словами, Америка готова уступить Афганистан не только Талибану, но и другим закулисным участникам местных событий, несмотря на то, что трое из них заклятые враги США, а двое, в лучшем случае, нейтральны к Вашингтону. Геополитический афганский расклад выглядит следующим образом. Пакистан поддерживает пуштунов, составляющих около 40% населения и являющихся в Афганистане самой воинственной и сильной этнической группой. Пуштуны контролируют юг и центр страны. На севере проживают узбеки, которых в Афганистане около 30%, а также таджики и хазарейцы. Хотя на севере Афганистан граничит с бывшими советскими среднеазиатскими республиками – Таджикистаном, Узбекистаном и Туркменистаном – решающим фактором здесь является Российская Федерация, которая поддерживает афганских узбеков и таджиков, в основном, с помощью Узбекистана. Также немаловажным фактором, но уже на северо-западе является Иран, который полностью контролирует Герат и окрестности. Хотя Китай общей границы с Афганистаном и не имеет, его влияние в регионе от этого меньше не становится. Пакистан и Иран сегодня очень зависят от Китая. По сути, без больших оговорок и Пакистан, и Иран можно было бы назвать современными колониями Китая. После того, как западные страны ввели против Тегерана экономические санкции в 2007 году, объявив нефтяное эмбарго и блокировав финансовый сектор Ирана, Китай стал скупать всю иранскую нефть и давать стране кредиты. В Пакистан Пекин вложил больше средств, чем все остальные страны вместе взятые, и теперь отстаивает интересы Пакистана как в ООН, так и во всем мире. Индия, которая имеет крошечный кусочек границы с Афганистаном на самом севере, никаких групп влияния в Афганистане не имеет, но может стать крупнейшим покупателем афганских природных ископаемых и газовым клиентом Ирана. Проще говоря, Дели может быть экономическим двигателем региона, о чем и сказал в своей речи президент Трамп, но для этого Дели придется преодолеть противоречия и с Пакистаном, и с Китаем. Посредником в этом случае, возможно, выступит Москва, которая сегодня находится в очень близких отношениях с Индией и Китаем.

Единственный дипломатический путь из Афганистана для Вашингтона — уступить это богом проклятый кусок земли местным в обмен на гарантии, что здесь больше не будет рассадника исламских террористов, которые в один прекрасный день вновь взорвут что-то в США. В принципе, такая сделка может быть выгодна всем заинтересованным сторонам – Талибану, Китаю, России, Ирану, Индии, Пакистану и даже сегодняшнему афганскому правительству, потому как в обмен на большой кусок власти в них перестанут стрелять. Возможно, такая договоренность в данный момент и обсуждается Вашингтоном со всеми заинтересованными сторонами. Именно поэтому президент Трамп и озвучил столько странных намеков в своей длинной неконкретной речи, чтобы те, кому они предназначались, его услышали.

Вадим Глушаков

Print Friendly, PDF & Email