В Китае наблюдается доселе невиданный экономический феномен..
С государственными задолженностями, расходами на инфраструктуру и прочими подобными злободневными явлениями, о которых рассуждают везде и без конца, этот феномен не имеет ничего общего. Он относится исключительно к существованию наличных денег. Точнее, к тому, как отдельно взятая держава, именуемая Китаем, последовательно и проворно избавляется от бумажных денег и монет.
Почти каждый житель любого крупного китайского города почти за все покупки платит с помощью своего «умного телефона» (smartphone). В ресторане официант осведомится: не желаете ли оплатить с помощью систем “WeChat” или “Alipay”? — двух платежных опций смартфонов — и лишь потом дожидается ваших наличных и своих чаевых. (Правда, и то, и другое случается теперь редко).
Удивительно, как быстро совершился нежданный переход к безналичным расчетам. Всего три года назад любой китаец преспокойно платил наличными и даже не задумывался, что может быть иначе.
«С точки зрения чисто технической, это едва ли не самое выдающееся новаторство из всех, которые брали начало в Китае. И пока это существует только в Китае», — говорит Ричард Лим (Richard Lim), генеральный директор предпринимательской фирмы “GSR Ventures”, которая вкладывает капитал в новые или перестраивающееся предприятие.
Кое-что в китайском интернете достойно даже не удивления, а чистейшего изумления. Глазам не веришь. Если вы иностранец, вы не поймете, как можно заблокировать напрочь и “Facebook”, и “Google”. Поймете лишь тогда, когда окажетесь вынуждены обойтись без них.
И с наличностью в Китае происходит примерно то же самое. Некий американский журналист провел три года в Гонконге, изучая новинки азиатской технологии. Интернет в Гонконге резко отличается от интернета в Китае. Журналист пишет: я знал, что на континентальной китайской почве расплачиваться нынче принято, главным образом, по телефону — и статистика ошеломляет: в 2016 году совокупные «сотовые» платежи составили 5, 5 триллионов долларов — примерно в 50 раз больше, чем стóит весь американский рынок, оцениваемый в 112 миллиардов (согласно данным консультационной фирмы iResearch).
Но сопутствующий бытовой сдвиг, продолжает автор, можно прочувствовать лишь на собственном опыте. Американец переехал в Шанхай и сразу же ощутил перемены: первые несколько недель, проведенные в городе с двадцатимиллионным населением, гостю пришлось обходиться без интернета. Журналист не смог получить быстрого доступа к своему банковскому счету — и это в стране, где расплачиваться предпочитают из «виртуального бумажника».
Это значило, что по Китаю придется путешествовать классическим образом: набив карманы красными банкнотами «жень-минь-би» [обобщенное разговорное название китайских денег; буквально: «народные деньги». — The Экономист].
В кофейнях и ресторанах американец надолго задерживал очередь посетителей, роясь в бумажнике (обычном, а не «виртуальном») и отбирая купюры, которые нужно было вручить кассиру. Но и это удавалось далеко не всегда. Сплошь и рядом журналист был вынужден искать место, где вообще соглашались принимать обычные деньги. Если такого места не находилось, американец просил помощи у коллег, и те платили за тарелку лапши, кусочек мяса и прочую снедь по телефону, — а заказы доставлялись прямо в офис.
Подать милостыню нищему или помочь деньгами уличному музыканту (хотите — верьте, хотите – нет, пишет автор) теперь можно по телефону. Уличные музыканты ставят рядом с собой фанерные листы, на которых указан соответствующий электронный код, а благодарные слушатели переводят им свою денежную подачку по телефону.
«Это уже стало образом жизни, — говорит Шив Путча (Shiv Putcha), аналитик исследовательской фирмы “IDC”. — Весь Китай сегодня подключен к “интернетовскому бумажнику”».
Некоторые скандинавские страны тоже отучаются от наличных денег, однако все еще используют кредитные карты. Китай же переходит на исключительно телефонные платежи. Знакомая китаянка пожаловалась американскому журналисту: я забыла вынуть кредитную карточку из банкомата — и даже не вспомнила бы о ней, если бы не звонок из банка, последовавший три недели спустя.
Все вышеизложенное означает: компании, ведущие сетевую торговлю — “Tencent” и “Alibaba” вместе со своим филиалом “Ant Financial”, — то есть фирмы, использующие компьютерные платежные системы WeChat и Alipay, сидят на денежном сундуке необъятных размеров. Обе наживаются на электронных платежах, обе взимают комиссионные с других компаний, пользующихся их сетевыми платформами, а заодно и накапливают сведения о плательщиках: от их кредитоспособности до их же восприимчивости к рекламе.
Ричард Лим говорит: согласно последним исследованиям, “Tencent” и “Ant Financial” вознамерились в будущем году оставить позади компании, выпускающие кредитные карточки — например, Visa и Mastercard. Речь идет о количестве совершаемых ежедневных платежей. Технически дело сводится к тому, чтобы упростить платеж, позволяя мелким розничным торговцам применять простой двухмерный матричный штрихкод взамен дорогостоящих устройств, считывающих данные кредитных карточек. Серверная система, хранящая перечень потребительских банковских счетов, избавляет от необходимости прямо связываться с банками, а это уменьшает сопутствующие расходы.
“Tencent” не разглашает сведений о доходах, приносимых телефонными платежами, однако в четвертом квартале 2016-го их сумма в статье «Прочие услуги» утроилась по сравнению с предшествующим годом и составила 6,4 млрд «жень-минь-би» или 940 млн долларов. Утроить поступления позволили именно телефонные платежи.
Повальный китайский переход к оплате приобретений по телефону чреват и неприятными последствиями. Целая страна строит всю потребительскую экономику вокруг двух частных платежных платформ, а это значит, что, во-первых, люди, не имеющие доступа к соответствующим компьютерным сетям, просто не способны ничего оплатить, а имеющие этот доступ становятся полностью зависимыми от упомянутых компаний.
Жизнь приезжих — например, туристов, — осложняется. Туристу нет ни малейшего смысла открывать банковский счет в Китае. Следовательно, использовать свой сотовый телефон в качестве бумажника турист не может.
Сложности возникают и для деловых людей — как местных, так и приезжих. Иностранные компании, желающие сбывать свои товары китайцам, теперь зависят от “AliBaba” и “Tencent”. А компании китайские, зависящие от тех же “AliBaba” и “Tencent”, вынуждены создавать отдельные структуры, позволяющие проникать на сайты “Facebook” и “Google”, а также в сети, связанные с кредитными карточками, которые применяются в мире повсеместно.
Могут возникнуть и другие неприятности. В начале 2000-х гг. японские «телефоны-раскладушки» позволяли владельцам всё: и смотреть телевизионные передачи, и расплачиваться в магазинах. Но именно потому, что сотовые телефоны были столь совершенны, Япония отнюдь не спешила использовать «умные телефоны» следующего поколения. Итог: за 15 лет целая страна из технического гиганта превратилась в технического лодыря.
Несомненно, сознавая это, “AliBaba” и “Tencent” стараются выйти за пределы Китая, чтобы их новаторские ухищрения не пошли по стопам вымерших динозавров. Но за пределами Китая маячит жестокая конкуренция…
«Вопрос “на засыпку”: а если западные фирмы создадут нечто подобное и станут могучими соперниками китайцев? — говорит Ричард Лим. — И создадут ведь…»
Но пока не создали, приезжим в Китае приходится несладко: они полностью отрезаны от принятой в стране платежной системы.
Авторский перевод Вадима Глушакова
По материалам зарубежной печати
