Зигмунд Бауман – один из величайших социологов и философов нашего времени. Этот могучий старик, несмотря на свои 90 лет, ведет активную жизнь, и является одним из тех, на ком держится интеллектуальная жизнь целой эпохи.

В отличие от придворных интеллектуалов всех мастей, готовых встать в позу «чего изволите» по отношению к правящей идеологии или даже конкретным правителям, Бауман был и остается идеалом свободного интеллектуала, воплощающего в жизнь максиму: «Если тебе дали линованную бумагу, пиши поперек». С одной стороны, он слишком известен, чтобы его можно было заставить замолчать, а с другой – «дедушка старый, ему все равно».

В рамках этой статьи мы не будем обсуждать все творчество этого выдающегося человека, а сосредоточимся на одной из его лучших книг «Текучая современность». И постараемся показать, как описанные в ней тенденции развития современного мира влияют на украинское общество. В конечном итоге, в капле воды отражается океан, со всеми его обитателями.

В этой книге философ берет за одну из основ «Манифест коммунистической партии» и развивает метафору текучести. Бауман показывает, что капитализм и стремление к максимизации прибыли неизбежно требует «освобождения» человека от оков традиции: привязанности к родине, к семье и прочим «анахронизмам». Разрыв связей со всем, что мешает получить прибыль, с одной стороны, и принудительно-добровольное участие в гонке зарабатывания денег, с другой.

Твоя религия мешает тебе быть успешным? Избавься от нее. Твоя вторая половина хочет ребенка, но это мешает быть успешным? Избавься от нее и не «обременяй» себя детьми. Родина ждет, что ты будешь к ней лоялен? А выгодна ли для тебя такая родина? Что дала она тебе? Может, надо избавиться от нее? Чем больше человек может отбросить ради мобильности, тем более он успешен. В конечном итоге, философ показывает, что наиболее успешные люди – это наиболее мобильные люди. И если люди, добившиеся успеха, легко передвигаются по всему земному шару, то «неудачники», которые не смогли вписаться в глобальный рынок, остаются прикованными к одному месту, одной работе, одной семье… И вынуждены довольствоваться объедками с господского стола. Что создает огромную пропасть между относительно небольшой группкой транснациональной элиты и «локальными» народами. При этом низы теряют возможность влиять на действия верхов, поскольку власть все более ускользает из рук национальных правительств и утекает неизвестно куда.

У Баумана есть блестящая метафора: взбунтовавшиеся пассажиры авиалайнера с требованием приземлиться или изменить курс вламываются в кабину пилота. И лишь тогда узнают, что за штурвалом никого нет, и самолет летит на автопилоте, уже Бог знает сколько времени. И никому неизвестно есть ли у него цель, и сможет ли он приземлиться. В этом случае остаётся лишь вжаться в кресло и покорно ожидать дальнейших событий, одновременно не забывая набивать себе карманы и удовлетворяя свои индивидуальные «человеческие» потребности. Потому что после нас хоть потоп!

Автор вспоминает также метафору идеальной тюрьмы Иеремии Бентама. Этот английский философ предложил создать тюрьму с прозрачными стенками, в которой стражник может наблюдать за заключенными, будучи при этом невидимым. Поскольку заключенные не знают, в какой момент на них смотрят, у них возникает ощущение постоянного контроля. Сейчас этот принцип успешно реализован в глобальном масштабе: никто не знает, где находится власть; никто не знает, от чего зависит тот или иной сдвиг в глобальном масштабе; власть больше нельзя обнаружить в пределах современных государств. Именно попытка найти власть на местах является основой правых популистских движений в Европе, стремящихся вывести свои страны из ЕС. Люди устали быть заключенными без права взглянуть в лицо своим надзирателям. В конечном итоге, «лучше знакомый черт, чем незнакомый дьявол».

А пока «революция» не достигла успеха, и наши «пассажиры» еще не готовы попытаться «посадить» авиалайнер, даже если это будет последнее, что они сделают в своей жизни, давайте взглянем, что у них останется, если отбросить гонку за успехом.

Как пелось в одной хорошей песне: «Ни дома, ни друзей, ни врагов…» Бауман рисует настоящее и будущее густыми черными красками.  Когда человек разрывает все привязанности, связывающие его с миром, он остается наедине с собой. Лишь для того, чтобы понять, что его не существует. Если у тебя нет по-настоящему важных людей и действительно неоплатных долгов, то любой твой выбор всегда неокончателен и не несет за собой никаких действительно важных последствий, его всегда можно изменить. Любого близкого человека можно заменить и никакого «пока смерть не разлучит нас». Остается лишь гонка за деньгами и желание острых ощущений для подавления нарастающего чувства бессмысленности. На этой минорной ноте Бауман, по сути, заканчивает книгу, оставляя читателя наедине с нарисованной им апокалипсической картиной общества ходячих желудков и гениталий, стремящихся новыми стимулами закрыть факт своей пустоты и никчемности.

Любой достаточно внимательный человек заметит, что все, сказанное в книге западного исследователя, можно применить и к украинскому социуму. Разобщенность, погоня за успехом, торгово-денежный подход даже к самым базовым ценностям общества. Украина ни в коем случае не является исключением из общего правила. Просто в международном раскладе нам отсыпали меньше денег, чем развитым странам. Но рынок превратил нас в своих рабов на общих основаниях.

Несмотря на то, что уже третий год идет война, официальной целью нашего государства является евроинтеграция. То есть отказ от части государственного суверенитета в обмен на материальные блага. В своей массе,  мы вполне готовы «растворить» свою страну в ЕС и забыть свою украинскую идентичность.

Фактически, мы очень хотим получить билет третьего класса на «самолет», из которого уже хотят сбежать пассажиры первого, чему яркий пример Brexit. Конечно, очевидно, что украинское правительство – это яркий пример вопиющей бездарности и некомпетентности. Но это наше правительство, и, как показывает практика последних 25-ти лет, мы можем оказать влияние на него. Но каким образом украинский народ сможет оказать влияние на евробюрократов в Брюсселе?

Хотя никто нас в ЕС не пустит, и потому этот вопрос может быть интересен только теоретически. Он показывает лишь, что разница между восточными украинцами, которые готовы обменять независимость на российские деньги, и западными украинцами, стремящимися обменять независимость на европейские деньги, крайне невелика.

На этом фоне становится очевидным, что революция 2013-14 годов, как и всякая революция в принципе, имела в виду не какие-то нематериальные ценности, как бы нас ни пытались убедить в этом, а, прежде всего, стремление более крепко вписать Украину в контекст глобальной экономики, с целью заработать больше денег.

Однако нужно честно признать, что все не впишутся. И что мобильность, требуемая современной глобальной экономикой, противоречит сути таких государств, как Украина. Хотя, в принципе, это противоречит сути любого государства. И потому на этом пути могут выиграть отдельные люди, но не может выиграть вся наша страна полностью.

Потому, пожалуй, наиболее ярким символом нынешних политических процессов в Украине является безвизовый режим с Европой. Нам пытаются подать его как достижение, но ведь, по сути, если нам его дадут, то на «следующий день» половина населения Украины эмигрирует в ЕС на заработки. И с точки зрения государственного человека, ратификация такого документа преступление. Поскольку такой расклад поставит жирный крест на украинской государственности.

Но с точки зрения логики капиталистического производства, все просто прекрасно. ЕС может получить очередную порцию дешевых почти рабов, а граждане Украины, приобретя текучий статус, смогут заработать больше денег. Однако нужно понимать, что в этой жизни нельзя получить все. Украина не может, в отличие от развитых стран, получить и сильное государство, и высокий уровень мобильности одновременно. Мы должны выбрать, либо украинцы исчезают как народ, и Украина как государство, но при этом мы все по отдельности выигрываем какие-то мелкие бонусы. Хотя, конечно, большой вопрос, насколько велики будут эти бонусы. Учитывая огромное количество арабских беженцев и нелегальных мигрантов в ЕС, их объем может оказаться до обидного малым. Либо мы пытаемся встать на ноги и сами позаботиться о себе. Не сделав выбор, мы рискуем сесть между двух стульев, не получив в результате ни сильного государства, ни денег. К чему, собственно говоря, все сейчас и идет.

Александр Вольский