Террористы-смертники, взорвавшиеся в Стокгольме и в Санкт-Петербурге, оба оказались не просто земляками из солнечного Узбекистана. Они оба были депортированы Турцией – задерживались при попытке незаконного пересечения турецко-сирийской границы и отправлялись на родину. Об этом сообщили спецслужбы Узбекистана, для которых борьба с радикальным исламизмом давно превратилась в рутину, и в адрес которых нередко звучат упреки со стороны правозащитников из-за излишней ретивости в этой борьбе. Ведь Узбекистан можно без преувеличения назвать передовым краем противостояния религиозному экстремизму.

Ибо даже в таком внутриевропейском замесе, как гражданский конфликт в Украине, фоном выступает татарский фактор.

Впрочем, где война – там всегда экстремисты. В частности, исламские. Даже если война не имеет никакого отношения к волнующим их вопросам, это отличный способ потренироваться. Да и новые друзья из числа местных появляются – как бы там ни было в дальнейшем, ничто так не сближает, как совместный боевой опыт. А знакомства вне радикального мильё как воздух нужны всякому революционеру, террористу и провокатору. Тем более, что исламский вопрос можно подвести под любой конфликт. Ибо даже в таком внутриевропейском замесе, как гражданский конфликт в Украине, фоном выступает татарский фактор. Да и само украинское руководство не против порассуждать о едином антимосковском фронте с ИГИЛ. Не на уровне главы государства, разумеется, но на уровне советника главы МВД.

И это удалось в полной мере – исламские радикалы присутствуют и воюют в Украине. Это факт, о котором говорить не принято, потому он и не скрывается. В конце концов, та же Амина Окуева – персонаж популярный в украинских СМИ. Как кстати и ее покойный супруг – Адам Осмаев, привлекавшийся во времена Януковича за подготовку терактов, в частности, покушения на Путина.  И хотя теоретически сюжет про Путина мог быть и придуман следователями, едва ли следствие могло придумать самоподрыв вследствие неосторожного обращения со взрывчаткой, ставший причиной ареста будущего командира АТО. Ибо судьбы участников антитеррористической военной кампании воистину неисповедимы. Да и кем еще должны быть все эти выходцы с Кавказа и Средней Азии, воюющие в рядах Азова или батальона Номана Челбиджихана? Что еще они могли забыть в степях Донбасса, кроме все той же священной войны, идущей на постсоветском пространстве с самой перестройки?

Говорят, в Украине воюет порядка четырех тысяч исламских радикалов.

Некоторым может показаться противоестественным такой союз нацистов и мусульман – дескать, украинские радикалы не могут ужиться с «расово неполноценными» людьми. Но это поверхностный взгляд. Ибо война – это война. И в ней нередко злейшие враги становятся союзниками. Разумеется, при наличии общего противника. Говорят, в Украине воюет порядка четырех тысяч исламских радикалов. Не знаю, много это или мало, однако с полной уверенностью могу сказать, что в случае прекращения или заморозки конфликта они станут опаснее всех сепаратистов сразу. По крайней мере, для гражданского населения. Потому что, в отличие от сепаратистов, исламисты убивают прежде всего мирных граждан.

Семен Хавевер

Print Friendly