Глава самопровозглашенной ДНР Александр Захарченко буквально шокировал человечество новым заявлением. Отныне самопровозглашенные республики будут самоназываться не Новороссия, а Малороссия и претендовать они будут не на самоопределение или присоединение к Российской Федерации, а на переустройство Украины – с переименованием и переносом столицы. Предложил он и флаг – хоругвь Богдана Хмельницкого. Заявление Александра Захарченко действительно трудно комментировать. Прежде всего, в силу его полного расхождения со сложившимся дискурсом вокруг конфликта на Донбассе, что, вероятно, и было основной технологической задачей.

Сепаратисты Донбасса официально отказались именовать себя сепаратистами, ирредентистами и прочими «истами» в пользу признания права на участие в украинской политике и сохранения позиции.

Остается признать, что задача была выполнена на все сто, а, возможно, и больше процентов. На заявление Захарченко, комментировать которые более трех лет отказывается официальный Киев, откликнулись не только глава СНБО Украины, но и глава МИДА и президент. И несмотря на насмешки, важнейший психологический барьер преодолен. Киев вступил в прямую полемику с Донецком, а Банковая с бульваром Пушкина.

Но это лишь детали. Главное – это отказ от сепаратистской программы, признание себя частью украинского политического процесса, пускай и посредством претензии на лидерство. Да-да, именно так. Сепаратисты Донбасса официально отказались именовать себя сепаратистами, ирредентистами и прочими «истами» в пользу признания права на участие в украинской политике и сохранения позиции. Разумеется, термин Малороссия и требование переноса столицы в Донецк – плохое мирное предложение. Примерно такое же плохое, как муссируемый в украинских СМИ «хорватский сценарий». И чем дальше мы будем отдаляться от упомянутого сценарного плана, тем меньше будет «малороссий» в заявлениях из Донецка. Ибо в эпоху Дональда Трампа любое абсурдное предложение – это начало большого торга.

Вероятно, это хорошо понимают за рубежом. По крайней мере, своим заявлением глава самопровозглашенной ДНР привлек внимание не только постсоветских политиков и СМИ. Ему удалось стать ньюсмейкером и на Западе. И неважно, в негативном ключе освещалось это заявление, как в «Немецкой Волне», или как в «Уолл-Стрит Джорнал» — нейтрально и в сопровождении фотографий жителя неподконтрольных Украине территорий Донбасса на фоне его разрушенного дома. Подпись к фотографии намекает на то, что ответственность за военный конфликт несут не только Донецк и Москва, но и Киев.

Не доверяют в Москве бывшим регионалам — даже больше не доверяют, нежели в Донецке.

Впрочем, заявлению Александра Захарченко возможны и другие объяснения. Громкому заявлению предшествовал арест народного депутата Украины от «Оппозиционного Блока» Михаила Добкина – ближайшего соратника харьковского мэра Геннадия Кернеса и кандидата в президенты от оппозиции на выборах 2014 года. По сути, этот арест аннулирует пакт о ненападении, заключенный в 2014 году между властью и оппозицией: отказ от преследований в обмен на лояльность к территориальной целостности и признание выборов состоявшимися. Теперь пакту пришел конец, а, значит, в борьбе за жизнь и ресурсы оппозиция может начать согласование с непризнанными республиками. И флаг Богдана Хмельницкого уже в ближайшие дни может появиться на каком-нибудь массовом протестном мероприятии. При этом запретить его, как остальную сепаратистскую атрибутику, уже невозможно. Просто потому, что запрет гетманского штандарта противоречит всей идеологической доктрине Украины. Оттуда, кстати, может проистекать и растерянность Москвы в отношении заявления. Просто инициатива была не московской, а украинской. И Россия, пускай нехотя и признавшая право данного проекта на существование, поспешила отстраниться от него как можно дальше. Не доверяют в Москве бывшим регионалам — даже больше не доверяют, нежели в Донецке.

Впрочем, все это не более, чем домыслы. Заявление Захарченко может попросту оказаться художественным перфомансом, который лидер самопровозглашенной республики устроил по пьянке в обществе креативного собутыльника – писателя Захара Прилепина. На «слабо» или вследствие проигрыша в карты «на желание». Ведь со слов того же Прилепина, умеет Захарченко заложить за воротник: «Однажды он посмотрел ролик, где греко-католический священник на сцене Евромайдана призывал сжечь Донбасс. Это его так расстроило, что он сначала раз десять этот ролик пересмотрел, а потом в одиночку выпил три бутылки водки. После этого эмоционального потрясения он и присоединился к Антимайдану, уехав из Донецка в Киев». Признаюсь честно – я бы от такой дозы умер. И ни один из моих знакомых, включая самых стойких, и близко не смог бы к ней подойти. А уж после трех бутылок – хоть Малороссия, хоть Лондон штурмом. Впрочем, лично я не очень готов поверить в подобное объяснение. Как не верю и в историю Прилепина, считая ее литературой, причем самого низкого пошиба. Скорее уж поверю в то, что Захарченко озвучивал секретный план Трампа. Тоже абсурдно звучит, но, по крайней мере, такая версия не приписывает людям, управляющим мирами, качества идиотов и алкоголиков.

Семен Хавевер

Print Friendly, PDF & Email