Ведущая: Поразмыслим о всемирно-исторической роли Соединенных Штатов, которым ныне приходится считаться с мощью новых участников всепланетной игры. Этому вопросу посвящена беседа Джеффри Брауна со Збигневом Бжезинским, бывшим советником президента Джимми Картера по вопросам национальной безопасности.

Джеффри Браун: Америка должна содействовать возрождению Запада, чтобы создать противовес уже поднимающему голову новому Востоку. Так пишет Збигнев Бжезинский в своей недавно вышедшей книге «Америка и кризис всемирной мощи с точки зрения стратега» (“Strategic Vision: America and the Crisis of Global Power”). Бывший советник президента по вопросам национальной безопасности подвергает суровому анализу нынешний застой внутри Соединенных Штатов и односторонность их внешней политики, а затем дает полезные советы.

Недавно мы беседовали со Збигневом Бжезинским у него дома, в Северной Вирджинии.

Что называет Бжезинский смещением всемирного центра тяжести с Запада на Восток? В чем же состоит упомянутое смещение? Изменяется ли равновесие всемирных сил постепенно, или стрелка весов резко склоняется в сторону Азии – особенно, Китая?

Збигнев Бжезинский: Эпоха всемирного господства окончена для Запада. Само представление о «властелине мира», об одном-единственном государстве, в конце концов подминающем все прочие, связывается с Западом. Оно возникло во времена великих географических открытий и последовавшего за ними соперничества на морях и океанах. Испания, Британия, Франция… Затем вспыхнула борьба за власть над Европой, даже над Евразией. Имперская Германия, потом нацистская Германия, а потом и сталинизм.

Ныне мировое господство недостижимо, ибо Запад утратил былое влияние. Между тем, уже подняла голову Азия. Сегодня Азию составляют государства энергичные, способные соперничать с другими – и на Дальнем Востоке возможен период неустойчивости.

Мало того, положение осложняется еще и тем, что я зову всемирным политическим пробуждением. А именно: все человечество – впервые за всю свою историю – пробудилось в политическом смысле. Везде и всюду человечество тревожится, мятется, негодует – и чем дальше, тем больше ненавидит западный образ жизни.

Джеффри Браун

Джеффри Браун — журналист и писатель

Джеффри Браун: Возьмите, к примеру, «Арабскую весну».

Збигнев Бжезинский: Да, это один из примеров крайнего порядка.

Джеффри Браун: Или Россию…

Збигнев Бжезинский: Это другой пример. В России началось брожение умов. Хоть что-нибудь, а приключится там – и довольно скоро.

Джеффри Браун: Говоря о смещении «центра тяжести» к Востоку – особенно, Китаю… О Китае столько рассуждают и столько пишут… Чего мы не понимаем здесь? Как вы сами рассматриваете Китай, стоящий лицом к лицу с Соединенными Штатами?

Збигнев Бжезинский: Полагаю, мы способны избежать лобового столкновения с Китаем – этого изрядно опасались в минувшем. Столкновение происходит, если одна сверхдержава прекращает развиваться, а меж тем на сцену выступает государство-соперник, стремящееся вытеснить и заменить былую владычицу. Как правило, это приводит к исполинскому конфликту, – а за последние полтора века привело к мировым войнам.

Думается, в случае с Китаем этой беды можно избежать – отчасти потому, что возникло новое положение вещей: взаимная зависимость, хозяйственная и финансовая. Короче говоря, и США, и Китай осознают: нанесешь удар сопернику – пеняй на себя: пострадаешь сам. И осознание это в обозримом будущем сохранится.

Джеффри Браун: Рассуждая об упадке западной мощи и росте мощи восточной, вы используете понятие «партнер». Что значит «партнер» применительно к США? Просто напарник – и больше не предводитель?

Збигнев Бжезинский: М-м-м… Для начала это значит: мы не можем больше навязывать свои условия другим. Не можем больше выступать режиссером, распределяющим роли во всемирной драме.

Также это значит: нам надлежит учиться на собственном горьком опыте и понимать, что применение вооруженной силы, во-первых, приводит к непредсказуемым последствиям, а во-вторых, стóит очень, очень больших денег.

Джеффри Браун: И мы вовсе не жандарм планеты!

Збигнев Бжезинский: Мы и не можем быть жандармом планеты – ибо эдак и обанкротиться недолго, да и внутри страны вспыхнет общественное недовольство, а международное сообщество отвернется от нас. Всемирная мощь постепенно рассеивается, Запад – в частности, США – перестал быть ее средоточием.

У Америки множество незадач – и внутри государства, и на международной арене. Вдобавок, до сих пор не существует общепринятого, преобладающего взгляда на миропорядок, в котором впервые доводится решать задачи всепланетного масштаба. Я проповедую стратегический взгляд на положение дел, а не шаблонный подход к ним. Нужно разработать концепцию того, как надлежит Америке создавать некое всемирное равновесие, дозволяющее общими силами решать возникающие перед нами задачи.

Джеффри Браун: Одна из которых, думается, – выражаясь вашими же словами, – распространить Запад к Востоку, вовлечь в его пространство Россию и Турцию.

Збигнев Бжезинский: Несомненно. Думаю, это отвечало бы жизненным интересам Запада. Включить Россию и Турцию в состав западных стран значило бы изрядно увеличить западную жизнеспособность.

В конце концов, за минувшее столетие турки явили миру полную решимость сделать свою страну современной, светской и демократической. Они уже мыслят нашими понятиями, входят в нашу систему.

А в России впервые за ее историю возникает нечто, заслуживающее имени гражданского общества. Не отдельные инакомыслящие герои, которых мы чтим, – но которые разобщены, – а общество, сообщество молодых, космополитически настроенных представителей среднего класса. Они ощущают себя составной частью Запада.

Уверен: если мы окажемся разумны, терпеливы и настойчивы, то, когда Путин покинет свой пост, Россия гораздо быстрее двинется в сторону Запада.

А коалиция Америки и разросшейся Европы обретет изрядный всемирный вес.

Джеффри Браун: Готовы ли американский народ и американская политическая система управиться с кризисом, о коем вы рассуждаете? Вы употребляете слова «уменьшение мощи», говорите «партнеры», «созидатели равновесия», а не «предводители». Это новые понятия, и не уверен, что люди наши готовы или вообще способны усвоить их.

Збигнев Бжезинский

Збигнев Бжезинский — американский политолог, социолог и государственный деятель польского происхождения

Збигнев Бжезинский: Думаю, вы затрагиваете коренной вопрос. Те главы книги, где ведется речь об Америке, посвящены отнюдь не только нашим экономическим и общественным проблемам, а еще и тому, о чем вы только что упомянули.

Мы – демократическая страна. И наша внешняя политика может быть хороша лишь постольку, поскольку народ верно разумеет положение всемирных дел. Загвоздка же заключается в том, что нынешний американский народ невежествен по этой части чудовищно.

Джеффри Браун: Чудовищно.

Збигнев Бжезинский: Полнейшее невежество. Похоже, наш народ – самый темный из населяющих высокоразвитые страны мира.

Джеффри Браун: И что же получится в итоге? Вы отвели немало страниц раздумьям о последствиях нежелания приспособиться к мировым переменам – ко всемирному кризису, как вы зовете их.

Збигнев Бжезинский: Думаю, последствия выразятся в дальнейших неурядицах – некоторые проблемы, коих возможно избежать, вырвутся из-под контроля, станут неуправляемы. Первостепенными проблемами, конечно же, остаются Иран и вероятные итоги – разрушительные итоги – вооруженного вмешательства в его дела. Иные вероятные последствия – новые региональные кризисы, нежелание общими силами решать всемирные неурядицы, причиняющие вред всему человечеству.

Джеффри Браун: Понятно. Мы беседовали по поводу новой книги «Америка и кризис всемирной мощи с точки зрения стратега». Збигнев Бжезинский, благодарю вас.

Збигнев Бжезинский: Благодарю взаимно – как и всегда.