Ницца всегда ассоциировалась с благополучной и размеренной жизнью, присущей только для самого известного в мире респектабельного и фешенебельного курорта с вековыми традициями. Сегодня она стала символом очередной страшной трагедии. Роскошный отель «Негреско», провести ночь в котором до сих пор является символом некого престижа и знаком принадлежности к «высшему свету», на время вынужденно превратился в подобие полевого госпиталя.

Стражи порядка открыли огонь по машине, застрелив преступника на месте.

Краткая хроника событий. 14 июля во время празднования главного национального праздника Франции – Дня взятия Бастилии – 31-летний выходец из Туниса Мохамед Лахуайедж Бухлель врезался на арендованной заблаговременно фуре в толпу людей, собравшихся наблюдать праздничный фейерверк на Английской набережной в Ницце. Грузовик вилял из стороны в сторону, явно стремясь к тому, чтобы жертв было как можно больше, и сумел проехать 2 км. Хотя некоторые полицейские эксперты уточняют – 1.8 км. (Видимо, в их понимании 200 м. играют принципиальную роль, — прим. авт.). Из грузовика раздавались также выстрелы по толпе. После этого стражи порядка открыли огонь по машине, застрелив преступника на месте. Правда, лобовое стекло, в котором насчитали немало пулевых отверстий, все же уцелело, что говорит в пользу того, что использовались, скорее всего, маломощные полицейские револьверы, а не штурмовые винтовки. Еще некоторое время к остановившемуся, наконец, орудию убийства никто не осмеливался подойти, опасаясь, что там может находиться солидный груз взрывчатки. Если бы таковой там действительно был и сработал, то зона поражения могла, по мнению экспертов, достичь радиуса свыше 1 км. и более в зависимости от типа и мощности взрывного устройства. В этом случае пострадавших могло бы быть намного больше. В итоге 84 человека погибло, а свыше 200 получили ранения различной степени тяжести. В их числе выходцы из разных стран, а не только Франции. По уточненным данным, среди жертв есть и российские граждане.

Как написанные под копирку звучат слова скорби и соболезнования, призывы к консолидации и объединению усилий со стороны президента Франции Франсуа Олланда. Все это говорилось неоднократно после расстрела 7 января 2015 года редакции французского еженедельника «Шарли Эбдо», терактов 13 ноября 2015 года в театре Батаклан, у стадиона «Стад де Франс» и на улицах Парижа. Менялось лишь число жертв.

В первом случае погибло 12 человек, а во время второй масштабной атаки в Париже – уже 130. Следует упомянуть и о взрывах в аэропорту и метро бельгийской столицы, прогремевших 22 марта уже этого года (печальный итог — 34 убитых и более 340 раненых).

Тактику таранного удара с помощью автомобилей уже давно применяют террористы в Израиле, но жертв в таких случаях обычно меньше из-за своевременной и оперативной реакции полиции.

Конечно, далеко не все ясно и с мотивами преступления в Ницце. По горячим следам глава МВД Франции Бернар Казнев заявил, что у правоохранительных органов республики не было никаких оснований подозревать совершившего преступление в Ницце Мухамеда Бухлеля в связях с ИГИЛ. Много уже говорилось и о т.н. «эксцессе одиночки», который достаточно сложно предотвратить системными методами работы, а обычной «профилактики» бывает недостаточно. Тактику таранного удара с помощью автомобилей уже давно применяют террористы в Израиле, но жертв в таких случаях обычно меньше из-за своевременной и оперативной реакции полиции, хотя исключить буквально все эпизоды не представляется возможным.

Вместе с тем, террористические организации вполне способны проводить подобные преступления, действительно, не привлекая многочисленных участников, которых проще вычислить. Но, с другой стороны, они могут специально с целью нагнетания страха и неуверенности в обществе объявить о своей причастности и к тем преступлениям, которые ими и не готовились.

Можно бесконечно ставить на вид французским спецслужбам неспособность эффективно противостоять террору. Следует признать, что упреки эти во многом будут справедливы, поскольку как явствует из последних событий, агентурная работа велась явно не должном уровне, если велась вообще. Но необходимо принять во внимание и тот факт, что во время проведения ЕВРО-2016 по футболу во Франции ни одного теракта не было.

Можно говорить о разрушении единой системы безопасности Евросоюза, последовавшей вслед за прошедшим в Великобритании референдумом о выходе из ЕС. Но при этом следует понимать, что так быстро свести на нет отлаженный механизм просто невозможно, как невозможно разрушить то, чего никогда, по сути, не существовало. Можно до бесконечности обсуждать, что было сделано, а что нет, чтобы предотвратить омерзительное преступление, рассуждая о несогласованности действий, отсутствии специальных средств и соответствующего оружия, налаженной системы обмена оперативной информации, мер безопасности при проведении массовых мероприятий.

Однако насколько все вышеупомянутое не представлялось бы важным, содержание проблемы состоит принципиально в ином. Решить ее можно только на глобальном международном уровне.

Причина плесени в сырости. Если не бороться с сыростью, а только бесконечно пытаться извести плесень, то последняя всегда проявится вновь. Это утверждение абсолютно справедливо и по отношению к терроризму.

Хороших террористов, а конкретнее тех, кто признает насилие в качестве оправданного вида борьбы, нет.

Необходимо пресекать в корне любые источники, подпитывающие это всемирное зло – экономические, политические, религиозные, идеологические, национальные. Причем борьба только с одним, или даже несколькими причинами возникновения масштабного терроризма, эффекта не даст. Нужны комплексные меры. Необходимо занимать принципиальную позицию к проявлениям лояльности к террористам на государственном уровне, попыткам делить террористов на явных преступников и борцов за веру, идею и т.д. Хороших террористов, а конкретнее тех, кто признает насилие в качестве оправданного вида борьбы, нет. Насилие рождает только насилие. Эту аксиому, вроде бы признанную и декларированную с высоких трибун неоднократно, на деле признают далеко не все.

Требовать же от спецслужб безукоризненного выполнения своих функций, которые многие сводят лишь к задаче «догнать и наказать», в корне неверно. Иначе размеры таких служб должны будут расти прямо пропорционально росту террористической опасности, но все тяжелее им удавалось бы справляться с ней. В конечном счете, органы, направленные на борьбу с террором, уподобились бы пожарной команде, реагирующей постфактум на произошедшее событие и лишь пытаясь минимизировать его последствия. А главное состоит, да и состояло, в предотвращение теракта. В глобальном же масштабе необходимо создать такие условия, которые не позволяли бы терроризму обретать благодатную почву. Терроризм не должен существовать, чем бы и кем бы ни оправдывались его цели.

Игорь Бондаренко, президент Европейской академии безопасности и конфликтологии, доктор юридических наук, профессор.