Десятого октября в Константиновском дворце, резиденции турецкого лидера, прошли переговоры между президентами России и Турции. Они обсудили вопросы в сфере энергетики, но, как и предполагалось, главной темой для разговора стала борьба против исламских террористов.

В то время, как отношения между Россией и Турцией оттаивают, Анкара и Вашингтон все больше отдаляются друг от друга, и, судя по всему, эта встреча поспособствует дальнейшему охлаждению отношений между США и Турцией.

Сейчас Соединенные Штаты всецело заняты подготовкой к президентским выборам и сборе компромата на Дональда Трампа, поэтому они не осознают всю важность переговоров между Владимиром Путиным и Реджепом Тайипом Эрдоганом, которые, несомненно, будут иметь глобальные геополитические последствия.

Официальной причиной визита русского президента в Турцию стало его участие в 23-м Мировом энергетическом конгрессе, открывшемся в Стамбуле 9 октября. У Анкары и Москвы накопился ряд важных вопросов в сфере энергетики, которые требуют совместного обсуждения, и обе страны готовы расширить сотрудничество в реализации совместных проектов в этой области. 10 октября было, наконец, подписано межправительственное соглашение о строительстве газопровода «Турецкий поток», переговоры о котором прервались в ноябре прошлого года, когда турецкие ВВС сбили российский военный самолет Су-24. Проект планируют реализовать в ускоренном темпе. Через «Турецкий поток» будет поставляться 63 млрд куб. м газа в год в Турцию и Европу.

Пока в арсенале Эрдогана находится единственный козырь в переговорах с Европейским Союзом – угроза прекратить сдерживать поток беженцев в Европу.

В настоящее время контракт на транзит российского газа через Украину в Европу подходит к концу в связи с резким ухудшением отношений между этими двумя странами в течение последних двух с половиной лет. Поводом для вражды послужила поддержка, оказываемая Москвой украинским сепаратистам. Поэтому Россия стремится найти альтернативные маршруты для поставки своего газа европейским потребителям. Для Турции этот проект выгоден во всех отношениях, так как она сможет покупать дополнительные объемы газа, получит право продавать газ и получать доход от транзита. Следовательно, она приобретет еще один инструмент влияния на Европу. Пока в арсенале Эрдогана находится единственный козырь в переговорах с Европейским Союзом – угроза прекратить сдерживать поток беженцев в Европу.

Однако лидеры России и Турции обсудили и другие актуальные проблемы, требующие безотлагательного разрешения, в том числе, антитеррористическую кампанию против группировки «Исламское государство» в Сирии и Ираке. И, конечно, чем больше Путин и Эрдоган сближаются в вопросах урегулирования кризиса, тем больше Анкара отдаляется от Вашингтона и налаживает отношения с Москвой. Тем временем, отношения России и США резко ухудшились после бомбардировки Алеппо, которую, как полагают, провела российская авиация. Оттепель между Анкарой и Москвой наступила после того, как Эрдоган принес извинение за сбитый над Сирией самолет ВКС, осознав, наконец, насколько больно ударили по экономике его страны санкции, наложенные разгневанным российским президентом. По грубой оценке, Турция теряла 19 млрд долларов доходов, или 3% ВВП в год, лишившись возможности экспортировать свои товары в Россию, принимать российских туристов и осуществлять чартерные перевозки. Два турецких летчика F-16 ВВС Турции, уничтожившие российский Су-24 и признанные национальными героями, вдруг были арестованы за участие в попытке государственного переворота, которая была предпринята три месяца назад. Вдохновителем и организатором этого мятежа объявили Фетхуллаха Гюлена, имама и проповедника, живущего в изгнании в Пенсильвании и создающего в Турции «параллельное государство», имея своих последователей на постах в государственных учреждениях, армии и бизнесе. Его также обвинили в попытке спровоцировать конфликт между Анкарой и Москвой.

Попытка переворота стала одной из главных причин отчуждения Анкары от Вашингтона. В лагере Эрдогана уверены, что американцы не могли не знать о готовящемся путче, однако не предупредили о нем турецкое правительство. Уже доказано, что центром управления путчем стала военная авиабаза Инджирлик, на которой дислоцируются войска НАТО. Многие из 180 руководящих сотрудников базы и высокопоставленных офицеров, участвовавших в военных операциях НАТО против ИГИЛ, арестованы, в том числе командующий базой, и 149 уволены в ходе массовых чисток и репрессий, последовавших за попыткой переворота.

Турция также возмущена, что американские власти не хотят выдавать ей «пенсильванского беглеца», отрицающего свою причастность к путчу. Администрация США уверяет, что будут соблюдены все надлежащие судебные процедуры. Однако некоторые чиновники в Вашингтоне в частном порядке выразили скептицизм, что доказательства, представленные турецкой стороной, не достаточно обоснованы для того, чтобы служить основанием для экстрадиции проповедника. Конечно, их высказывания только подлили масла в огонь в обострившиеся американо-турецкие отношения.

В настоящее время уровень доверия между Анкарой и Вашингтоном снижается. Эрдоган обвиняет Белый дом в бездействии в отношении господина Гюлена, а также в попытках дискредитировать его самого и его семью после того, как в Майами арестовали иранского бизнесмена и торговца золотом Резу Зарраба. Последнему предъявили обвинение в создании преступной схемы, которая позволила обойти санкции США в отношении Ирана. Вашингтон уверен, что в эту схему были вовлечены некоторые турецкие политики и члены правительства, а Эрдоган и его супруга были тесно связаны с Зараббом. Дело в том, что бизнесмен пожертвовал несколько миллионов долларов фонду социальной поддержки и обучения малоимущих слоев населения TOGEM-DER, основанному женой турецкого президента.

Под предлогом борьбы с «Исламским государством» в северной Сирии, Анкара снабжает оружием «Сирийская свободную армию» (ССА), наносит авиаудары по сирийской территории и даже проводит там наземные операции. По заявлению Эрдогана Турция вынуждена принимать меры для полноценной защиты своих границ от альянса Демократических сил Сирии, куда входят курдские отряды народной самообороны (YPG) и арабские оппозиционные группы. Однако курдские лидеры уверены, что Турция борется не с ИГИЛ, а с курдами и делает все возможное, чтобы помешать им создать свою автономную область на севере Сирии.

Американцы считают курдов своим самым надежным союзником и самой боеспособной силой в борьбе с ИГИЛ. Администрация Белого дома неоднократно призывала Анкару урегулировать турецко-курдский конфликт, но все ее предупреждения были проигнорированы турецкой стороной.

Своей следующей целью в борьбе с ИГИЛ в Сирии Эрдоган назвал город Аль-Баб, называемый «воротами в сердце халифата» «Исламского государства» — город Ракка. Именно в Аль-Баб президент Турции направляет свои войска, которые вместе с мятежной «Сирийской свободной армией» собираются взять контроль над этим городом. YPG тоже стремятся пробиться в Аль-Баб. Поэтому заявление министра обороны США Эштон Картер о том, что Вашингтон не желает видеть ни турецкую армию, ни ССА в Аль-Бабе, турки восприняли как очередное доказательство поддержки американцами курдских группировок.

Эрдоган объявил о готовности Турции участвовать в операции США против ИГИЛ в Ракке, но только при условии, что курдские отряды народной самообороны не будут вовлечены в эту операцию. Хиллари Клинтон, которая, судя по всему, возглавит Белый дом, так как предвыборная кампания Трампа, большого поклонника президента Путина, терпит фиаско, сделала акцент на том, что Америка должна «поддержать наших арабских и курдских партнеров, чтобы окончательно уничтожить ИГИЛ в Ракке».

Уже длительное время Турция стремится создать «зону безопасности» внутри Сирии, однако европейские державы и США всячески мешают дать ход этому проекту. По словам Эрдогана, «на данный момент район в 900 квадратных километров очищен от террористов. Мы можем увеличить эту площадь до 5000 квадратных километров в рамках создания зоны безопасности».

Эрдоган пригласил своего «дорогого друга Владимира» — так он назвал Путина в ходе встречи в Санкт-Петербурге — сразу после того, как турецкая армия заняла и очистила от террористов ИГИЛ город Джараблус, еще один стратегический пункт, который собирались штурмовать курды.

У Кремля нет принципиальных возражений против операции Вооруженных сил Турции в Сирии. 15 сентября начальник Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации Валерий Герасимов встретился со своим коллегой Хулуси Акаром, главой Генштаба Турции, чтобы обсудить начатую Турцией 24 августа операцию «Щит Евфрата» и перспективы урегулирования кризиса в Сирии. Диалог оказался продуктивным, и обе стороны выработали пакет необходимых мер для поддержания режима прекращения боевых действий.

Талха Козе, академик и ведущий аналитик турецкого Фонда политических, экономических и социальных исследований SETA, основанного пресс-секретарем турецкого президента Ибрагимом Калыном, сказал: «Русские не возражают против того, что Турция делает в северной Сирии. Частично это объясняется тем, что они сейчас полностью сосредоточены на Алеппо и тем, что действия Турции не противоречат российским интересам. А Турция считает, что действия Америки в Сирии ущемляют ее интересы».

По сообщениям официальных лиц Турции, в своем диалоге главы государств затронули предстоящее военное нападение на Ирак. Американские и иракские войска планируют освободить иракский город Мосул от ИГИЛ ориентировочно за девять дней. Господин Эрдоган настаивает, что турецкие вооружённые силы «должны сыграть свою роль в битве за Мосул, и никто не сможет им запретить принять участие в этой операции». Он также заявил, что бойцы Рабочей партии Курдистана собираются присоединиться к этой миссии, но Анкара категорически возражает против их участия.

Багдад обвинил Анкару в нарушении суверенитета Ирака, так как она разместила несколько сот военнослужащих и танки в городе Башика для подготовки местного ополчения из числа суннитов, сражающихся против террористов ИГИЛ.

Однако ни США, ни Ирак не хотят, чтобы Турция была вовлечена в операцию по зачистке Мосула от исламских боевиков. Багдад обвинил Анкару в нарушении суверенитета Ирака, так как она разместила несколько сот военнослужащих и танки в городе Башика для подготовки местного ополчения из числа суннитов, сражающихся против террористов ИГИЛ. Спикер объединенной группы операции «Непоколебимая решимость», направленной против «Исламского государства», подполковник американской армии Джон Дориан заявил, что «армия Турции не входит в американскую антитеррористическую коалицию в Ираке. Она не получала от иракского правительства никакого приглашения или разрешения на вторжение на территорию его страны, поэтому ее присутствие здесь является незаконным».

Маловероятно, что господин Путин смог бы помочь господину Эрдогану решить эту проблему. Тем более, что турецкий лидер сообщил, что только сунниты из числа арабов, турок и курдов должны проживать в Мосуле после освобождения города от ИГИЛ. Его требование было немедленно отклонено правительством Ирака, в котором доминируют шииты, а Россия не собирается настаивать на том, чтобы исчезли шиитские группы, часть которых поддерживает Иран. Дело в том, что Тегеран, ценный геополитический союзник Башара аль-Асада и Кремля, остается важным игроком в процессе урегулирования конфликта в этом нестабильном и взрывоопасном регионе.

Александр Никитенко