1-й ведущий: Мы опять в Лас-Вегасе, и находимся рядом с бывшим министром финансов США Ларри Саммерсом…Вот Энтони упоминает, Ларри, об экономическом застое, который длится уже целое десятилетие. А вы написали о нем целую статью (см.: “The Age of Secular Stagnation: What It Is and What to Do About It” by Lawrence H. Summers. Foreign Affairs, February 2016). Что же обозначается понятием «экономический застой поколения», и почему важно разобраться в этом понятии?
 
Ларри Саммерс: Им обозначается хронический преизбыток людей, которые намереваются копить и сберегать денег больше, чем предприниматели намерены этих денег инвестировать. А это, в свой черед, означает, что в экономике постоянно наличествует серьезное давление на размер учетных ставок. В результате возникает опасность того, что на финансовых рынках станут появляться «пузыри» во многих категориях активов. Возникает тенденция к понижению экономического роста. Инфляция становится рекордно низкой. Думаю, таким образом диагноз поставлен – ибо промышленный мир болен.
 
2-й ведущий: Сколь долго это протянется, сэр? Продержится ли финансовый «пузырь» с десяток лет?
Ларри Саммерс: Само понятие «экономический застой поколения» означает, что нынешнее положение дел просуществует весьма долго … Никто не способен заниматься точными экономическими предсказаниями, заглядывая на 20–25 лет вперед. Думается, говоря о ближайшем десятилетии, мы еще можем делать прогнозы, а далее уже почти ничего не видно… Это не значит, что положение будет незыблемым, тенденция к ослаблению экономики будет оставаться. Полагаю, что учетные ставки на уровне нуля останутся предметом нашей самой большой озабоченности. Это не значит, что процентная ставка всегда будет нулевой, однако озабоченность настолько низким уровнем учетных ставок будет сохраняться. Поглядим на это так: если двигаться прежним курсом, то в течение трех следующих лет вероятность экономического спада составит по крайней мере 50%. И если это произойдет, то у нас уже не будет свободы маневра в 400 пунктов, который раньше имелся у Федерального Резерва. То есть, если раньше, когда начинались проблемы в экономике, можно было понижать учетные ставки в самом широком диапазоне, то сегодня этого диапазона, в 400 пунктов, просто нет. А потому экономика наша сделалась непривычно хрупкой по чьим угодно понятиям…
 
1-й ведущий: В подобной экономической среде… Наши передачи смотрит множество людей, вынужденных жить на свои сбережения. И с 2008 года упомянутые люди, по сути, всерьез борются за эту возможность. Понимаю: вы не дадите финансовых советов, но дайте хотя бы некую путеводную нить. Как следует рассуждать нашим гражданам, какие мысли вы им подскажете?
 
Л. С.: В основном наша страна сосредотачивает экономические усилия на капиталовложениях – государственных и частных…
 
2-й ведущий: …А инфраструктура?
 
Л. С.: …на участии в… А инфраструктура, помимо прочего, устраняет преграды, стоящие перед налоговой системой, перед системой правового регулирования, перед частными инвестициями. «Правые» политики и «центристы» спорят: кто из них больше поддерживает капиталовложения, кто из них больше потрудился, дабы сохранить социальную защиту и дать людям тратить свои деньги спокойно? Любой фиксированный максимум процентной ставки поможет нам двинуть экономику вперед. Полагаю, граждане должны быть осторожными, обустраивая свою жизнь, и не рисковать чрезмерно лишь оттого, что раздосадованы и разочарованы низкими процентными выплатами по облигациям. Это значило бы предсказывать исход футбольного матча, когда еще не начинался второй тайм, – а такой предсказатель обычно терпит фиаско.
 
2-й ведущий: Что ж, давайте просто следить за ходом игры… В следующем месяце британское правительство проведет референдум по поводу возможного выхода из ЕС. Что вы сами об этом думаете?
 
Л. С.: 23 июня… Большая ошибка британская, большая ошибка европейская…
 
2-й ведущий: Скажите, почему?
 
Л. С.: …большая ошибка Соединенных Штатов – и большая всемирная ошибка…
 
2-й ведущий: …Но скажите, почему?
 
Л. С.: …Э-э-э… Потому что выходом из ЕС обозначится разрыв традиционных связей, принесших и приносящих предпринимателям огромные прибыли; потому что наметится уклон в сторону протекционизма, потому что под угрозу поставят Лондонский Сити – всемирный финансовый центр…
 
2-й ведущий: …Но, по вашему суждению, свободная торговля хороша?
 
Л. С.: Думаю, все, что нам… думаю, нам требуется более открытый рынок в общем смысле этого слова – и вовсе не менее открытый…
 
2-й ведущий пытается перебить.
 
Л. С.: …А свободная торговля… Свободная торговля означает laissez-faire (вседозволенность), игру без правил. Это, безусловно, отнюдь не та торговая система, что нам требуется…
 
2-й ведущий: …Временами кандидаты на президентский пост пытались обратить себе на пользу чувства, которые испытывает американский народ по отношению к различным международным договорам о свободной торговли.
 
Л. С.: …Люди раздосадованы и разочарованы, а когда люди раздосадованы и разочарованы, им требуется на кого-нибудь свалить вину – ведь обвинять легче всего… Однако вот вам истина. Правы США, или не правы, – но государство сохраняло почти полностью открытый рынок в течение 40 лет. Мы увеличивали ввоз продукции не просто потому, что имелись некие торговые соглашения, но потому, что 40 лет назад наши рынки были открытыми. А благодаря нашим торговым соглашениям и прочие страны делали свои рынки открытыми, стремясь не отставать от Соединенных Штатов…
 
2-й ведущий (перебивает): …Скажите, а ВТО..?
 
Л. С.: …ВТО существует отдельно от Соединенных Штатов, и потому я поддерживаю ВТО. Я поддерживаю также Тихоокеанское Торговое Партнерство – и не потому, что мне безразлично влияние торговли с Азией на американскую экономику (кстати, нам требуется гораздо более агрессивная стратегия, дабы упорядочить эту торговлю), но потому, что мы больше не идем на подобный риск, мы уклоняемся от упомянутых соглашений, ибо получаем широкий доступ к рынкам иных стран.
 
1-й ведущий: …Вы излагаете примерно то самое, что президент Обама пишет ныне, повествуя о политико-экономическом наследии, которое оставляет по себе… Недели две назад он сказал, что вынес решение развить и укрепить Реформу здравоохранения и защиты пациентов – так называемую «Обамедицинскую Реформу» (Obamacare), в виде своеобразного противовеса «Законопроекту об инфраструктуре» – среди прочего, и потому, что на упомянутом законопроекте мы не смогли в свое время сосредоточить надлежащего внимания. Было ли это ошибкой?
 
Л. С.: …Рассудить придется уже истории… Меня в то время больше всего огорчало то, что Америка не развернула более длительной и основательной программы государственных капиталовложений. Бьюсь об заклад: если бы развернула – наша экономика существенно бы окрепла. Но думается, мы получили множество экономических выгод и благодаря происходившему со здравоохранением. Ведь это факт: охрана здоровья сделалась дешевле и позволяет Америке выиграть очень много.

Ларри Саммерс

Лоуренс Генри Саммерс — американский экономист, директор Национального экономического совета (с 20 января 2009 года по декабрь 2010). Член Бильдербергского клуба, Совета по международным отношениям, министр финансов при Клинтоне, главный экономист во Всемирном банке, бывший президент Гарвардского университета, член совета директоров Brookings Institute (институт Брукингс), будучи служащим Международного валютного фонда являлся убеждённым сторонником глобализации, протеже Девида Рокфеллера, ученик Роберта Рубина.