Ведущая: Средний Восток – от Ливии до Ирака – охвачен пламенем. Один за другим появляются новые отряды воинствующих поборников ислама, они растут, словно грибы – из ниоткуда. Сегодня всемирное внимание сосредоточилось, разумеется, на ИГИЛ.

Что вы можете сказать касаемо ИГИЛ? И каковы его истоки?

Ноам Хомский: Дня два тому назад вышла в свет любопытная статья, принадлежащая высокопросвещенному аналитику Грэму Фуллеру (Graham Fuller). Он служил в ЦРУ, а ныне выступает одним из ведущих официальных авторов, занимающихся вопросами разведки на Ближнем Востоке. Статья озаглавлена: «ИГИЛ породили Соединенные Штаты» (The United States created ISIS).

Перед нами новая статья, посвященная Ближнему Востоку и повествующая о некоем заговоре – их теперь публикуют тысячами, – но тут работало совсем иное перо: Фуллер принадлежит к «сливкам» политической элиты, стоящей у власти в США.

Он торопится уведомить: отнюдь не считаю, будто Соединенные Штаты решили создать ИГИЛ, а затем снабжали террористов деньгами. Однако тут же указывает – и, полагаю, вполне верно, – что Соединенные Штаты удобрили почву, на которой ИГИЛ выросла и расцвела. Возделала эту почву привычная американская «политика кувалды»: разбивай вдребезги все, что тебе не по вкусу. В 2003 году Соединенные Штаты и Британия вторглись в Ирак – первостатейное преступление. А потом британский парламент предоставил правительству право продолжать бомбардировки.

Вторжение оказалось для Ирака пагубным. Ирак уже был, по сути дела, уничтожен. Во-первых, более долгой, длившейся целое десятилетие войной с Ираном, – и, кстати, Ирак тогда поддерживали Соединенные Штаты. За этой войной последовало десятилетие карательных санкций, – а эти санкции признали чистым геноцидом даже двое глубокоуважаемых, всемирно известных дипломатов, отвечавших за их осуществление и сразу же, в знак протеста, ушедших со своей должности.

Санкции разрушили гражданское общество и укрепили диктатора, поскольку население вынуждено было полагаться на него всецело, дабы выжить. Пожалуй, лишь от того тиран и не разделил участи великого множества иных диктаторов – сверженных своими народами.

Но, в конце концов, – а именно, в 2003 году – Соединенные Штаты решили напасть на Ирак. Нападение – многие иракцы уподобляют его монгольским нашествиям тысячелетней давности – было сокрушительным. Погибло 100 000 человек, беженцы исчислялись миллионами, перемещенные лица исчислялись миллионами. Археологические богатства страны, копившиеся еще со времен древней Самарии, были уничтожены.

Одним из последствий вторжения оказался немедленный распад общества на секты. Нападавшая сторона, согласно словам одного из её руководителей Пола Бремера (Paul Bremer), блистательно сумела раздробить народ на отдельные секты – суннитов, шиитов и курдов – разрознить их, вынудить вцепиться друг другу в глотки. Два года спустя в стране разразилась великая междоусобица, порожденная западным вторжением – причем, лютейшая междоусобица.

Если поглядите на карту Багдада, – но возьмите городскую карту, скажем, 2002 года – увидите: население там отменно смешанное. Сунниты и шииты обитали в одних и тех же кварталах. Они вступали в смешанные браки – зачастую при этом, не зная даже, кто из них суннит, а кто шиит – подобно тому, как мы понятия не имеем, к какому же, собственно, толку протестантской веры принадлежат наши знакомые или соседи.

Разногласия имелись, но вражды не было. На протяжении двух первых лет обе стороны утверждали: не будет никаких столкновений меж суннитами и шиитами. Обе исламские ветви перемешивались, вели одинаковый образ жизни в одних и тех же местах – и т. д.

А к 2006 году в Ираке бушевала война.

Из Ирака война выплеснулась во все окружавшие государства. Теперь уже весь регион раздирают на части стычки меж суннитами и шиитами. И в итоге таких столкновений, благодаря их естественному ходу и развитию, верх берут элементы самого крайнего и злобного свойства.

У них имеются корни. Корнем зла является наиглавнейшая союзница Соединенных Штатов – Саудовская Аравия. США и Саудовская Аравия остаются добрыми союзниками с тех самых пор, когда Соединенные Штаты выказали серьезный интерес к тамошним землям, по сути – со дня основания этого города-государства, где, как вы знаете, господствует некая семейная диктатура.
Беда в том, что Саудовская Аравия обладает немеряными нефтяными запасами. И Британия отдавала предпочтение исламскому радикализму перед обычным светским государством задолго до Соединенных Штатов. Потом, конечно, возобладали Соединенные Штаты – но подход к делу остался почти неизменным.

А ведь радикальный ислам, сосредоточившийся в Саудовской Аравии – самой воинствующей исламской державе на свете, – таков, что ислам иранский выглядит по сравнению с ним едва ли не веротерпимостью, а Иран (уж не говорю о светских странах Ближнего Востока) предстает чуть ли не современным демократическим государством.

Терроризм воодушевляется крайней школой исламской мысли – повернутой, разумеется, на новый лад – ибо Саудовская Аравия, по сути своей, государство-проповедник. И она использует свои неисчерпаемые природные богатства – нефтяные месторождения, – дабы навязывать указанную доктрину всем окружающим странам – да и всему региону. Создаются школы-медресе, возводятся мечети, радикально мыслящие муллы наставляют людей повсеместно – от Пакистана до Северной Африки. Воинствующая магометанская мысль саудовского образца и есть учение, поднимаемое на щит ИГИЛом – и выросло оно из крайней разновидности ислама… А столкновения порождены американской политикой «большой кувалды», размозжившей Ирак и продолжающей дубасить по кому попало, везде и всюду.

Об этом и ведется речь у Грэма Фуллера. Саудовская Аравия снабжает радикальный экстремизм ИГИЛа не только идеологическим стержнем, а и деньгами – не саудовское правительство, конечно, а богатые саудовцы, кувейтцы и прочие осыпают бойцов джихада чистым золотом и поощряют их к созданию все новых и новых отрядов.

Есть и другие обстоятельства… Источником зла сделалось нападение на регион, учиненное США и Британией. Об этом и говорит Фуллер: ИГИЛ породили Соединенные Штаты.

Будьте вполне уверены: чем далее развиваются конфликты, тем более крайнее свойство приобретают они, тем более лютыми они становятся. И власть забирают все более свирепые вожаки.

Это неминуемо, если насилие превращается в главный способ взаимодействия. Это происходит неминуемо – и в городских кварталах, и в международной политике. Развитие вспыхнувшего конфликта, как мы сами видим, всецело предсказуемо – на свет появляются организации, подобные ИГИЛу.

И если даже Соединенные Штаты умудрятся уничтожить ИГИЛ, они тот же час окажутся лицом к лицу с каким-нибудь еще худшим противником.