Представленный вниманию читателей отрывок является частью одного из самых известных философских дебатов в истории человечества между двумя ведущими западными мыслителями — американцем Ноамом Хомским и французом Мишелем Фуко

Ноам Хомский: Убедись я в том, что завоевание власти пролетариатом приведет к созданию террористического полицейского государства, где свобода, человеческое достоинство и приличествующие человеку взаимоотношения пойдут прахом, я сказал бы: не желаю видеть пролетариат победившим. По сути, единственная причина, по которой мы желаем пролетариату победы, заключается в том, что мы – верно или ошибочно – считаем: когда рабочие возьмут власть в свои руки, возникнут некие новые основополагающие людские ценности.

Мишель Фуко: Когда пролетариат возьмет власть в свои руки, он, вполне вероятно, предстанет перед только что побежденными классами как свирепый – даже кровожадный – повелитель-диктатор. Не вижу, как возможно было бы возразить на это.

А если вы спросите, что произойдет, коль скоро пролетариат выступит несправедливым и кровожадным повелителем-тираном по отношению к самому же себе, я отвечу: это случится только если на самом деле у власти очутится не пролетариат, а некий иной класс, чуждый пролетариату – бюрократия или мелкобуржуазные элементы.

Мишель Фуко

Мишель Фуко — французский философ, теоретик культуры и историк. Создал первую во Франции кафедру психоанализа, был преподавателем психологии в Высшей нормальной школе и в университете города Лилль, заведовал кафедрой истории систем мышления в Коллеж де Франс

Ноам Хомский: Ваша революционная теория неудовлетворительна по множеству причин – исторических и прочих. Впрочем, если даже принять ее ради удобства беседы, все же, согласитесь: теория гласит… вернее, утверждает: пролетариату дозволено захватить власть и пользоваться ею свирепо, несправедливо и кровожадно, ибо говорится – по моему разумению, ошибочно – говорится так: революция будет… революция породит более справедливое общество, где государство со временем отомрет, а пролетариат останется единственным классом.

Не будь подобного далеко идущего оправдания, само понятие о диктатуре пролетариата – свирепой и кровожадной – было бы, вне сомнения, порочно. По крайности, я… Сам я, например, отнюдь не махровый пацифист. Иными словами, при известных обстоятельствах я отнюдь не считаю насилие недопустимым. Хотя само по себе насилие в известном смысле всегда несправедливо, полагаю, что из нескольких наличествующих зол насильственного свойства следует выбирать наименьшее.

Но применять насилие и тем в известной степени порождать несправедливость можно, лишь когда ваши действия оправданы высокой целью. Впрочем, и тут надлежит оценивать ведущие к ней средства – очень, очень вдумчиво их оценивать, с немалой долей скептицизма. Коль скоро применяется насилие – то следует быть совершенно уверенным в том, что это насилие принесет больше добра, нежели зла.

Без этой оговорки – и без этого оправдания – весь предмет нашей беседы становится по-настоящему и всецело аморален.

Мишель Фуко: Не думаю, что рассуждая о цели, которую ставит перед собою пролетариат, возглавляя классовую борьбу, достаточно было бы считать ее доброй и порождающей бóльшую справедливость. Уничтожив класс, ныне пребывающий у власти, и взявши власть в собственные руки, пролетариат покончит с классовой природой власти как таковой.

Ноам Хомский: Превосходное оправдание…

Мишель Фуко: Да, это и есть оправдание, однако мы говорим не об оправдании своей цели, а о грядущем захвате власти…

Ноам Хомский: …И о том, что достигаемая нами цель – согласно заявлениям – справедлива. Но знаете ли… Например, марксисты-ленинцы провозглашали: «Мы – стало быть, пролетариат – по праву берем власть в свои руки!», – а затем отправляли всех несогласных в крематорий… Видите, чем способна завершиться победа пролетариата? А подобное, разумеется, нежелательно.

Идея сводится к тому – и я, по причинам, уже упоминавшимся, гляжу на нее скептически, – что период свирепой диктатуры – вероятно, диктатуры свирепой и кровожадной – оправдан, ибо вслед за ним классовое угнетение прекратят и упразднят. А добиваться этого – значит ставить перед собою достойную жизненную цель.

Ноам Хомский

Ноам Хомский — американский лингвист, публицист, философ, считается одним из наиболее влиятельных из ныне живущих интеллектуалов. Ярый и последовательный критик политической тирании. Он считает одинаково регрессивными идеологии государственного социализма и государственного капитализма, а государство будущего связывает с развитием либертарианства как логического продолжения идей классического либерализма