Есть такой старый советский анекдот о еврейской семье, которая решила купить машину. Первым делом они начали спорить, кто где сядет, и самый бойкий старший сын устроился сидеть на переднем сиденье возле отца за рулем. Возмущенная такой наглостью мама подскакивает к нему, дает оплеуху и кричит – «Хаим, а ну вылезай из машины!» По странному ходу моего ассоциативного мышления именно этот древний анекдот пришел мне в голову, когда я увидел результаты парламентского голосования в Грузии. Абсолютно ясно, что губернатор Саакашвили к себе на Родину не вернется — он останется у нас. Теперь Украина — его Родина, и политикой он будет заниматься у нас. Кроме как политикой, губернатор Саакашвили ничем никогда не занимался, а потому перехода его на другую работу ждать не стоит. Он будет нам делать реформы, шум и гам на всю Одессу. Иногда на всю страну, если получится. Но домой он точно не поедет, это свершившийся факт.

Губернатор Саакашвили о результатах выборов хорошо догадывался и потому молчал в тряпочку, чтобы не опростоволоситься у себя на новой родине в Украине.

Вообще-то для опытных «саакашвиливедов» такой исход выборов был предсказуем. Потому как губернатор в последние дни мало буйствовал и еще меньше говорил. И это накануне выборов, которые должны были положить конец правящей в Грузии хунте и очистить путь к его триумфальному возвращению в Тбилиси. Человеку вот завтра возвращаться на родину, где он не был уже много лет, где семья и друзья, и вино, и Кура, где столько всего… А он спокоен, как слон. Это не про нашего губернатора Саакашвили. Все знают, какой он эмоциональный, и пропустить столько радости мимо — ну это просто не про него. Очевидно, губернатор Саакашвили о результатах выборов хорошо догадывался и потому молчал в тряпочку, чтобы не опростоволоситься у себя на новой родине в Украине.

Здесь ведь тоже времена непростые настали. Уже прошли первые 100 дней его губернаторства в Одессе. Уже даже прошли первые 200 дней его губернаторства. Но местное население так ничего удивительного от господина Саакашвили и не увидело. Он им много всякого рассказал про аэродром — новый и лучший в стране, про дороги замечательные, про то что он из Одессы сделает Батуми (зачем?). Губернатор Саакашвили им там в Одессе первые 100 дней столько всякого рассказывал, что даже самых длинных ослиных ушей не хватило бы для такого количества лапши. Он ведь думал как – что в Одессе он на время, на 100 дней. А потом такого ценного кадра, как он, естественно, переведут в столицу, в Киев. А те, что в Киеве, решили — зачем он им в Киеве такой нужен, и так все места заняты. Вот они его и кинули – оставили в Одессе. И вот подставленному политическими неприятелями под одесский народ губернатору Саакашвили пришлось развесившим уши одесситам объяснять про аэродром, дороги и всякие другие европейские ценности, которые он им наобещал не позже чем к Новому году. Был бы он хотя бы губернатором Конотопской области — там народ попроще и на такой наглый обман реагировал бы мягче. Но Одесса в наглости знает толк, а потому такого прощать не собиралась.

Ничего в Одессе не будет, пока в стране коррупция.

Губернатор срочно решил сменить тактику и перестал с одесситами общаться. Не моргнув глазом, он им сообщил, что враги в Киеве не дали ему на реформы денег, а потому аэродрома, дорог и других европейских ценностей в городе не будет. Ничего в Одессе не будет, пока в стране коррупция. Лично он, Саакашвили, в действительности — чистый Дон Кихот Ламанчский и отправляется на борьбу с коррупцией. Когда вернется, не знает, потому как коррупции много, а он один. По вопросам всяческим, что в Одессе могут приключиться, его просьба не тревожить – он борется с киевскими коррупционными мельницами. От такой наглости Одесса ахнула, охнула и подумала – боже спаси Украину. Если губернатор Саакашвили Ламанчский думает, что он вот так, одним предложением «убрал» трехсотлетнюю, миллионную и такую непростую Одессу, то он сильно заблуждается.

Он, кажется, часто в последнее время стал заблуждаться – вот выборы в Грузии проиграл (кстати, уже второй раз за четыре года), Одессу обманул самым циничным образом. Что дальше? Может Миша хватит, вылезай из машины — приехали.