Уже несколько месяцев как война в Сирии исчезла с первых полос ведущих газет и журналов мира. Не то чтобы она закончилась, но накал боевых действий, а, следовательно, и количество жертв явно уменьшилось самым драматическим способом. Что же там происходит и каковы перспективы окончания этого гуманитарного кошмара, порочащего наш век просвещенного интернета?

На побережье проживает около 80% населения Сирии, такое демографическое явление можно наблюдать практически по всему Средиземноморью.

Для лучшего понимания сегодняшних процессов необходимо вкратце описать этническо-религиозный состав противоборствующих сторон, а также военно-политические расклады на данный момент сложившиеся. Как ни странно может показаться в самом сильном положении сегодня оказался режим Башара Асада.

Башар Асад

Вообще-то Башар Асад не генерал, а врач-окулист, но жизнь его повернулась так, что теперь он командует большой армией на самой большой войне наших дней.

В самом начале военных действий Асад, а точнее его Генеральный штаб и командование многочисленных спецслужб, приняло ряд очень правильных с военной и политической точки зрения решений, эффект от которых проявился только недавно, но эффект этот огромен. Как только начались боевые действия сирийские войска отошли к побережью, оставив большую часть территории страны, сократив, таким образом, линию фронта в несколько раз. На побережье проживает около 80% населения Сирии, такое демографическое явление можно наблюдать практически по всему Средиземноморью. С самых древних времен люди в этих краях жили у моря или в долине рек. Мало кто селился в пустыне, которая означала смерть. Сократив линию фронта всего до каких-то 200-250 километров, сирийское военное командование сконцентрировало здесь все свои силы, которые с легкостью сдерживали атаки разрозненных повстанческих группировок.

Что касается повстанческих группировок, то здесь у Асада также имелось серьезное преимущество. Он всех этих людей очень хорошо знал. Среди них было немало тех, кто раньше служил в его армии, были различные активисты, стоявшие на учете в службе безопасности, были среди них и исламисты. В то время как сирийские правительственные войска являлись частью диктатуры, а, значит, здесь была жесткая дисциплина, в рядах повстанцев бушевала самая разнузданная демократия, которую только можно было тогда встретить на Ближнем Востоке. Ни о каком едином командовании или воинской дисциплине речи и быть не могло.

Иными словами 80% повстанцев были исламистами, а 10% были бандитами.

Однако главное, о чем знали сирийские власти, и о чем не очень на тот момент догадывались американские власти, была роль исламистов во всем этом месиве. Исламисты очень быстро возглавили сирийскую революцию, а затем ее похитили. Уже через год после начала событий в Сирии численный состав повстанческого движения выглядел следующим образом: 50% — Исламское государство, 30% — фронт ан-Нустра (сирийская Аль-Каида), 10% — бандиты на районе и только 10% демократическая (но очень разрозненная) оппозиция, которая революцию и начала. Иными словами 80% повстанцев были исламистами, а 10% были бандитами. Оставшиеся 10% интеллигентов, выступавших за демократию и справедливость, просто потерялись на фоне этого зверья, которое их било при каждом удобном случае. Началась война всех против всех, но с учетом ближневосточных реалий, когда хитрость и вероломство правят бал на поле боя.

ан-Нусра

Герои фронта ан-Нусра не менее бородатые, нежели герои Исламского государства. Кто из них опаснее еще большой вопрос.

Башар Асад, к примеру, заключил с Исламским государством негласный мир. Те заняли огромную Сирийскую пустыню, составляющую значительную часть территории страны, а также приграничные районы с Ираком и занялись там строительством халифата, куда также вошла часть захваченной ими территории соседнего Ирака. Таким образом, правительство Сирии смогло нейтрализовать самого крупного, с военной точки зрения, противника и создать головную боль невероятных размеров Соединенным Штатам и странам Запада. Для исламистов же на тот момент времени главное было создание своего государства (халифата) на сопредельных территориях Сирии и Ирака, что стало огромным шагом вперед в деле всемирной исламской революции. Мышиная возня с сирийским режимом не шла ни в какое сравнение с делом исламской революции. Асада оставили Аль-Каиде, с которой у Исламского государства имеются большие идеологические разногласия касаемо халифата, загнивающего Запада и кого считать неверными.

Эти две серьезные организации сейчас, скорее, конкуренты за умы молодых мусульман во всем мире, желающих присоединится к джихаду, нежели в этом джихаде союзники. Исламское государство, в основном, воюет с Ираком, Западом и курдами (о них позже), а Аль-Каида воюет с Сирией и трепет всю остальную оппозицию, превратившуюся уже совсем в обалдевшего призрака, мечущегося в поисках правды и хозяина в этом безумном мире, который они же и создали.

Курды это самая большая несправедливость нашего времени.

В этой невероятной этнической головоломке еще есть курды и тут ситуация становится уже совсем сложной. Не только потому, что курды – бойцы, и с военной точки зрения являются очень серьезным фактором на пестром поле боя здесь сложившимся. Дело в ином. Курды это самая большая несправедливость нашего времени. Если почти все другие несправедливости человечество уже решило, то эта болит по всему миру, потому как курды, подобно армянам, живут практически во всех важных странах земного шара. Только курдов намного больше, чем армян, их больше 30 миллионов, а еще они коммунисты. Однако самой большой проблемой в курдском вопросе являются в действительности не курды, а турки.

Курды стали в Турецкой республике третьей и очень важной, можно сказать решающей силой. Страну раздирают ужасные противоречия между глубоко верующими мусульманами, в основном жителями деревень, толкающими государство к шариату, и светским городским населением. Президент Эрдоган, умеренный исламист, находится у власти уже 10 лет, но победа на каждых новых выборах дается ему все с большим трудом. Последние он смог выиграть с огромным скрипом, развязав антитеррористическую кампанию против курдов, которые стали мощной третьей силой на выборах, чего раньше не было. Курды составляют от 20 до 30 процентов населения страны (многие скрывают свое происхождение, а потому посчитать их точно не представляется возможным). Но главное заключается в ином, если Эрдоган перегнет палку, то в стране может начаться курдское восстание. В Турции на протяжении многих лет шла ожесточенная Гражданская война с курдами, в которой с обеих сторон погибли сотни тысяч людей. Но тогда Турция была крайне отсталой и дикой страной, где убийство такого количества людей не представляло особой угрозы государству. Сейчас все обстоит совсем по-иному. Вряд ли турецкий народ в наши дни позволит развязать в стране такую бойню. Скорее он вынесет Эрдогана из президентского дворца на свалку истории, а то и прямиком в ближайшую тюрьму. К тому же, по мнению очень многих он и так слишком уж засиделся во власти.

Реджеп Тайип Эрдоган

Президент Эрдоган был футболистом. Затем стал исламистом. Потом он занял пост мэра Стамбула, откуда и совершил прыжок в самый верхний эшелон турецкой власти.

Тут возникает еще один очень важный нюанс. Еще в далеких 80-ых прошлого века президент Сирии Хафез Ассад предоставил территорию Сирии для создания главной базы движения сопротивления турецких курдов. Сирия стала для Турции неким аналогом Пакистана в Афганской войне Советского Союза. Но тогда шла Холодная война, и ничего с Сирией сделать было нельзя, потому как за ней стоял СССР, точно так же как за Пакистаном стояли США. С тех самых пор сирийские курды это ближайшие братья по оружию курдов турецких и все они до сих пор коммунисты. Если сирийские курды получат независимость (а к ним, вероятно, присоединятся соседние иракские курды, уже практически независимые), то возникшее курдское государство будет представлять собой смертельную угрозу режиму Эрдогана. Точнее выражаясь, режим Эрдогана падет в ту же минуту, потому как единственным способом избежать полномасштабной турецко-курдской войны будет немедленная замена последнего на человека, который будет договариваться с курдами и идти им на уступки.

турецкая армия

Турецкие вооруженные силы — сильнейшая армия в Европе.

Иными словами, хоть турецкие военные в сирийском конфликте пока и не участвуют, их тень нависает над севером страны как огромная туча, из которой вот-вот может хлынуть жуткий град. Но туча эта находится на крепком поводке, так что грозной она выглядит только для тех, кто не знает местных тонкостей. Во-первых, Эрдоган это еще далеко не вся Турция, а угрозу курды представляют в первую очередь ему и отъявленным националистам, стоящим за ним. Во-вторых, Эрдогана очень не любят турецкие военные, потому как они всегда были основой светского турецкого государства созданного Ата Тюрком. Это вообще чудо, что они его еще не грохнули. Очевидно, демократия в Турции зашла настолько далеко, что самая большая и сильная армия в НАТО (после США), которая раньше полностью управляла страной и меняла президентов по первому капризу начальника своего Генерального штаба, сидит уже 10 лет как белый пушистый щенок и не трогает так нелюбимого ею президента. Однако, в случае, если Эрдоган окажется настолько безумным, что развяжет полномасштабную войну с курдами, тут даже демократия может президента не спасти от праведного гнева миллионной турецкой армии. И в третьих, опомнившиеся США бросились бороться против Исламского государства, а единственной эффективной силой, которая на месте способна бороться с исламистами, оказались курдские коммунисты. Вот таким образом курды оказались под крылом США, что окончательно посадило мрачную тучу Эрдогана на привязь.

Продолжение следует