На послесоветском пространстве опрятные забегаловки, составляющие сеть общественного питания «Макдональдс», поныне числятся чем-то едва ли не изысканным – да что там! — роскошным. В «Макдональдс» ходят и просто перекусить, и посудачить с приятелями, и детский день рождения отметить – поигрывая при этом непременными воздушными шариками на палочках и флажками с надписью «I love MacDonald’s”. Вместо слова “love” на флажках, само собою, красуется сердечко.

Да мало ли зачем приходят бывшие советские люди в «Макдональдс». Там отхожие места бесплатны, заходи прямо с улицы, справляй нужду и убирайся по своим делам, не сжевав ни кусочка жареной картошки и не выпив ни глотка диетической «Кока-Колы». Никто ни за кем особо не следит, никто не придерется, не скажет вам: здесь, мол, не общественный сортир. Добро пожаловать, и пользуйтесь доступными удобствами на доброе здравие…

Очень любят «Макдональдс» бывшие советские люди, а уж юные потомки бывших советских людей любят его еще крепче: весело там, «прикольно»…

Западноевропейская репутация «Макдональдса» куда менее завидна. Во времена менее «политкорректные» эти блистательные харчевни прямо звали бы «обжорками» для плебеев. Ныне подобная прямота не в чести, отношение к «Макдональдсу» выражается обитателями Западной Европы несколько иначе – и, пожалуй, изящнее.

Несколько лет назад жена пишущего эти строки ехала в вагоне лондонской «подземки». По проходу неторопливо шагал британский босяк, просивший милостыни. Речь оборванца началась примерным английским соответствием общеизвестному заунывному призыву «Люди добрые, извините, что я к вам обращаюсь…», но за вступительной частью последовало нечто для нашего слуха начисто непривычное:

“Ladies and gentleman, I’m so poor that I can’t buy even a lousy American hamburger at a lousy MacDonald’s!” («Дамы и господа, я столь беден, что не могу купить себе даже паршивого американского гамбургера в паршивом «Макдональдсе!»)

И на слой мелочи, сиротливо звякавшей поначалу о донышко подставляемой оборванцем кружки, немедля начали с отчетливым стуком валиться увесистые монеты – фунты стерлингов – и бесшумно опускаться невесомые бумажки – тоже фунты стерлингов. Добрые лондонцы явно стремились по мере возможности поддержать и выручить единомышленника, очутившегося на мели.

Так относятся к «Макдональдсу» западные европейцы. А как смотрят на него в США?

Один из моих знакомых, серьезный, седовласый американец, меланхолически заметил: «Given the current quality, their fast food can easily become your last food…” (При нынешнем качестве [приготовления], их быстрая закуска легко может оказаться для вас последней в жизни»).

Это, разумеется, шуточное преувеличение – и все же…

Сеть «Макдональдс» предпочитает делать своими представителями, торгующими на льготных условиях, только тех предпринимателей, у которых наличествует не меньше 8 – 10 ресторанных помещений.

Тед Ледзотте, живущий в штате Мичиган, заведовал харчевнями «Мак-Дональдс» добрых тридцать лет – и в 2015-м продал последнюю из них. По словам Ледзотте, содержание забегаловок обходится чересчур дорого – перестройка лишь одного-единственного ресторана обошлась ему в 1,9 миллиона долларов. Решение распродать свое добро было вынужденным: «В нынешних условиях, ежели хочешь удержаться на плаву и уцелеть, необходимо содержать, по меньшей мере, два таких ресторанчика», – поясняет Ледзотто. Сеть «Макдональдс» предпочитает делать своими представителями, торгующими на льготных условиях, только тех предпринимателей, у которых наличествует не меньше 8 – 10 ресторанных помещений. «Имеешь 10 забегаловок, – говорит Ледзотто, – стоишь на ногах мало-мальски твердо: если даже одна-другая и прогорит, остальные выручат». Из шести харчевен, принадлежавших Теду, одна прогорела, а прочие же пришлось продать более крупным представителям «Макдональдса».

Долгое время славился «Макдональдс» тем, что, в основном, представляли его мелкие владельцы кафе и ресторанчиков, обладатели двух-трех небольших помещений, где кухня и обслуживание были достаточно хорошими. Но теперь исполинская корпорация избавляется от подобных «козявок», отдавая предпочтение дельцам поувесистее и с размахом пошире. Начиная с 2014 года, число американских представителей «Макдональдса», работающих на основе франшизы, уменьшилось на 2,6%, хотя количество помещений под вывеской «Макдональдс» возросло на 1,2%. Крупнейшие представители корпорации разрастаются далее, а прежние владельцы трех-четырех ресторанчиков, пришедших в упадок, разоряются.

Избавляясь от «козявок», «Макдональдс» получает возможность ускорять обновление и внедрять новейшие технологии. Так называемые «чуткие экраны», установленные уже примерно в 250 ресторанах, дают посетителям возможность самообслуживания. Подобные устройства дорогостоящи, мелким представителям корпорации они просто не по карману. Предпринимателю средней руки угнаться за корпоративными требованиями и корпоративными амбициями немыслимо.

«Они подталкивают своих мелких представителей к распродаже имущества и недвижимости», – говорит Роб Гунцикер, владелец фирмы Advanced Restaurant Sales. – Когда корпорация заводит себе слишком уж много мелких представителей, – а ведь за всеми нужно следить, и обо всех нужно заботиться, – то выгоднее сократить их численность. Иначе у корпорации хлопот полон рот, и расходы увеличиваются».

Сейчас в Америке работают 1 842 представителя корпорации «Макдональдс», имеющие лишь три-четыре-пять ресторанчиков – это на 4,6% меньше, чем в 2014 году, когда таких представителей насчитывалось 1 930. А вот число дельцов, владеющих десятком, или дюжиной, или двумя-тремя десятками ресторанов, подскочило за этот же период на 12%: ныне их стало 245 по сравнению с 218-ю в 2014 году.

В апреле месяце Стив Истербрук, генеральный директор «Макдональдса», объявил: теперь корпорация отдает безусловное предпочтение представителям, владеющим, в среднем, пятью-семью ресторанами. «Не лучше ли иметь представителей поменьше, да побогаче, а балансовую ведомость покрепче?» – спрашивает он.

Крупнейшее ответвление «Макдональдса» в Мемфисе располагает 69-ю ресторанами. Еще девять представителей-великанов имеют в среднем, по 40 помещений.

«Если вы руководите лишь одной компанией, а не множеством, у вас господствует единомыслие, а не царят разногласия. Это и называется умением вести свои дела».

Такой размах оказывается предпочтителен и удобен для многих компаний, работающих при посредстве представителей, поясняет Джефф Лефлер, генеральный директор FranchiseGrade.com. «Если вы руководите лишь одной компанией, а не множеством, у вас господствует единомыслие, а не царят разногласия, – говорит он. – Это и называется умением вести свои дела».

А десятки лет назад «Макдональдс» делал своими представителями людей, владевших лишь одним-единственным кафе или рестораном. «Такие люди стремились сделаться представителями компании «Макдональдс», чтобы со временем, став богаче, прикупить себе еще одно или два кафе», – говорит Марк Калиновский, аналитик фирмы Nomura Securities. А ныне, когда США буквально усеяны «Макдональдсами» – харчевен стало более 14 000! – корпорация стремится, удобства ради, выжимать все соки из представителей покрупнее и закрывать всех представителей помельче. «Разве это не самый удобный способ давать наиболее рьяным и богатым своим представителям возможность прибирать к рукам все больше и больше ресторанов? – спрашивает Калиновский. – И, похоже, «Макдональдс» добивается своего…»

Глеб Насущный