Новый великобританский истеблишмент нанес своим противникам очередной мощный удар, и это всего лишь через несколько дней после предыдущего удара, когда за краткий промежуток времени им удалось выбрать нового премьер-министра. В этот раз удар еще более сильный, а вкупе с предыдущим, – чистое Ватерлоо для врагов Англии. Европейский истеблишмент застыл в ужасе, так его еще не били никогда, а ведь реальное сражение даже не началось – переговоры по выходу Англии из Евросоюза находятся в стадии планирования.

Со времен Уинстона Черчилля на мировой политической арене не было более сильного демагога, дебатера и держателя речей, чем Борис Джонсон.

Министром иностранных дел Англии назначили Бориса Джонсона – самого заметного лидера сторонников выхода из ЕС, самого, наверное, экстравагантного политика Великобритании, если не всей Европы, обладателя самого острого в Европе пера и языка. Равных ему в политических дебатах на просторах Европы нет. К тому же дебатирует он на английском языке, что ставит его еще на одну ступеньку выше европейских противников, которые с английским языком на средненькое вы, иные же на слабенькое ты. Бориса Джонсона можно без преувеличений назвать одним из лучших знатоков английского языка в мире. Среди мировой политической элиты Джонсон, бесспорно, главный эксперт по английскому языку, другого такого нет даже в США. Напомним, что одним из несомненных политических достоинств Уинстона Черчилля было его владение имперским языком, на котором он громил неприятеля без страха и упрека. Демагогия – или способность говорить складно и грамотно – есть главное оружие современного политика. Со времен Уинстона Черчилля на мировой политической арене не было более сильного демагога, дебатера и держателя речей, чем Борис Джонсон.

Английский язык для Джонсона это его призвание, профессия и нескончаемая страсть. Он писал с самых ранних дней своих в Оксфорде – главной колыбели английского языка в мире. Большую часть своей жизни он работал журналистом, достигнув на этом поприще невероятных высот. Затем он стал писать книги, издававшиеся огромными тиражами по всему миру. Писать и говорить он не переставал никогда. Многие справедливо считают его одним из лучших перьев страны. Если добавить к этому очень сильное чувство английского юмора и немалую долю экстравагантности, то можно смело предположить, что Джонсон затмит собой самых ярких политиков Старого Света. Да у него там вообще нет конкуренции. Ему бы только до сцены политической добраться, да чтобы занавес подняли – дабы он смог излить европейской публике в речах своих всю гамму знаний и эмоций.

Ввиду того, что вести переговоры по выходу Великобритании из Евросоюза придется именно министру иностранных дел, европейская бюрократия рассматривает назначение Джонсона на этот пост не иначе, как объявление войны.

Все последние действия британского истеблишмента указывают на консолидированное планирование на высочайшем уровне, что последний раз можно было наблюдать в высших правящих кругах страны в 1940 году, после того, как немецкая армия разгромили англо-французские войска на континенте. Тогда английская элита оказалась в состоянии полной дезориентации, но затем смогла в кратчайший период времени сгруппироваться и создать сильнейшую в мире команду, которая нанесла непобедимому, как тогда казалось, Третьему рейху сокрушительное поражение.

Правительства в Лондоне нет, а политическая элита рассорилась буквально в считанные дни после плебисцита.

Возможно, некоторые сочтут подобные исторические параллели преувеличением, но все же. После оглашения результатов референдума Великобритания, казалось, была обезглавленной. Премьер-министр Кэмерон подал в отставку, весь истеблишмент пребывал в растерянности и непонимании дальнейшего пути развития страны. Английский народ оказался расколотым и, подобно своим политикам, пребывал в состоянии нерешительности. Полное безвластие, разброд и шатание. Неуверенность в завтрашнем дне, капитулянтские настроения – пойти сдаться на милость ЕС, попросить прощения и отменить результаты референдума. Правительства в Лондоне нет, а политическая элита рассорилась буквально в считанные дни после плебисцита. Все указывало на катастрофу исторического масштаба.

Затем, абсолютно неожиданно, всего за один день, в лондонском политическом хаосе происходит невероятный поворот – неразбериха заканчивается буквально за один день, и в городе появляется крепкая власть. Новый премьер-министр имеет все необходимые для управления страной качества, всем ясно – это лидер на поколение вперед. А еще через несколько дней выброшенный, казалось, на свалку политической истории Борис Джонсон занимает второй по важности пост в государстве. Противник в ужасе бежит перед вновь созданной британской командой, явно отдавая себе отчет об полном их боевом превосходстве. Неужели, британская политическая мозаика сложилась сама собой? Скорее всего – нет. Британская бюрократия оказалась более поворотливой и гибкой, нежели бюрократия европейская, чем и доказала свое превосходство над последней. Получив политическую свободу всего три недели назад, Лондон пожинает плоды своей решительности, наслаждаясь полной независимостью.

Состязание двух систем, как когда-то во времена Холодной войны, началось. Меряться силами будут англичане и европейцы, и победитель явит миру новый стандарт капиталистического благополучия: индивидуальный английский или колхозный европейский. Мы все будем с нетерпением ждать развития событий и болеть за своего фаворита. Скуки больше в Европе не будет.

P.S. На следующей неделе мы опубликуем биографию Бориса Джонсона.